Два жениха и один под кроватью - Марина Ли

Однако у самых дверей меня поймал за локоть Даккей, вынуждая остановиться.

— Нам нужно поговорить, — потребовал он.

— После лекций.

— Сейчас.

Глухое раздражение ядовитой пеной всколыхнулось внутри, но я сдержалась. Стряхнула с себя пальцы боевика и прошипела:

— К чему такая спешка?

— Это и в самом деле ты сделала?

— Вы. И нурэ Алларэй.

— Ответьте на вопрос, наставница.

Мимо нас пробежало двое студентов из младшей группы, и я, мило им улыбнувшись, пробормотала сквозь зубы, не глядя на боевика:

— Настучала ректору на то, что ваша группа, Даккей, вчера вместо занятий пьянствовала в «Граале»? В некотором роде я. Кстати, вас я там вчера не заметила. Где вы были? Под столом прятались?

Боевик мрачно насупился, и я подумала, что отвечать он не станет, но он ответил:

— В нужнике. — Он ещё больше позеленел. — Но я не об этом спрашивал. О другом.

И снова перешёл на ты.

— Ты так сильно разозлилась на мою выходку, что решила подослать ко мне демона в человеческом обличье?

Я моргнула от неожиданности и, чуть подавшись вперёд, переспросила:

— Что, прости? Нельзя ли то же самое произнести на аспонском? Я плохо говорю на выбранном тобою наречии.

— Давешняя малявка с циркулем, — процедил Даккей, передёргивая плечами, — которая так яростно тебя защищала. Помнишь?

Я кивнула. Конечно, помню. С чего бы мне вдруг забыть Агаву?

— Хорошая девочка. И очень талантливая.

Мужчина удовлетворённо хмыкнул.

— Вчера эта талантливая на обеденном перерыве дежурила в столовой. И я рискнул выпить чаю из стакана, поданного её рукой…

Красноречиво замолчал. Я вопросительно изогнула бровку.

— Окончание вчерашнего дня и ночь я запомню до гробовой доски, клянусь предками! — продолжил боевик злым шёпотом. — Когда пару часов назад я рискнул выбраться из нужника, то первым делом изловил мерзавку. Прижал как следует, требуя объяснений.

И так зыркнул, что я, надо сказать, внезапно обеспокоилась судьбою Агавы Пханти. Вряд ли Даккей причинил бы девчушке даже минимальный вред, но напугать мог серьёзно. С другой стороны, студентка явно не из пугливых, раз отправилась в ночь Илайи вместе с Дойлом пугать боевиков маленьким зомбиком.

— И что ты думаешь? Она даже не отпиралась. Сказала, что последовала твоему совету и, чтобы научить меня хорошим манерам и вежливости, воспользовалась медвежьим виноградом.

Я сначала возмущённо округлила глаза и приготовилась защищаться, но потом вспомнила, что об этом волшебном средстве упоминал Бред, а не я, и фыркнула, пытаясь сдержать рвущийся наружу смешок.

— Прямо так и сказала, что это я её надоумила?

— А ты знаешь ещё одну нурэ Алларэй?

— Одного, — исправила я, с удовольствием наблюдая за тем, как у Даккея вытягивается лицо. — И помнится, на одной из лекций он обмолвился разок об этом чудодейственном средстве. Оно и вправду так хорошо, как говорят?

Боевик попытался взглядом вскрыть мне череп, на что я по возможности приветливо улыбнулась.

— Обязательно попробуй, — скривившись, предложил Даккей и выражение лица у него стало, прямо-таки угрожающим. Ой, боюсь-боюсь. — Тебе понравится.

— Спасибо за совет.

Боевик ещё с полминутки сверлил меня взглядом, а потом развернулся и, не говоря ни слова, скрылся в аудитории. И только я успела свободно выдохнуть, как за моей спиной раздалось звонкое:

— Нурэ Алларэй!

Обернулась рывком и с удивлением увидела Джону Дойла.

— Ты что тут делаешь? У вас разве не стрельбище сегодня?

— Он вам тоже угрожал? — хмуро спросил мальчишка, откровенно пугая меня чернотой своих глаз. — Угрожал?

— Нет, что ты… Я…

— Угрожал, — уверенно кивнул тот и так нехорошо посмотрел на дверь, за которой скрылся Даккей, что я не на шутку перепугалась за своего жениха. — Так я и знал.

— Джона, магией молю, — прошипела я, — не суй свой нос туда, куда тебя не просят. Поторопись на стрельбище! Опоздаешь — получишь от нурэ Айлири взыскание. Тебе это надо?

— Разберусь, — тряхнул длинной чёлкой и с демонстративной небрежностью побрёл к лестнице, а я, мысленно воззвав к предкам, взялась за ручку двери, готовясь встретиться с разъярёнными ясельниками.