Окраина. "Штрафники" - Юрий Валин

1-8 апреля

Reuters — «67 % жителей США считает пожары в Калифорнии и Орегоне „божьим наказанием“».

УНИАН — «Потери индийских ВМС в Аденском заливе объясняются плохой координацией с остальными силами международной группировки. Фрегат „Годивари“ был затоплен собственным экипажем. Что касается корвета „Кора“, то, по последним данным, он был захвачен пиратами из-за…»

«Московский кроманьонец» — «Кроме пасеки, сей достойный муж имел двух любовниц. Девушки со слезами рассказали нашему корреспонденту…»

Генка считал, что Отделение побывало в аналоге Сахары. В больнице по телику передачу смотрел: просто один в один. То, что змеек и жучков не видели, — ерунда. Попалось место такое нежилое. Алексей Валентинович выдвинул осторожную версию о том, что песчаный мир являет собой овеществленное воплощение человеческого ужаса перед одиночеством. Таисия — к ней начальнику пришлось идти в «светелку» — объявила, что почти ничего не помнит. У нее шоковое состояние, общее обезвоживание, потертости ног и т. д. Госпожа Хакасова отлеживалась в одиночестве уже третий день, и, честно говоря, остальные бойцы «КП-29» восприняли отсутствие главного кулинара с облегчением. Обеды и ужины готовил начальник вместе со все умеющим Генкой.

Андрей напомнил себе, что нужно заказать еще пельменей, и посмотрел в лежащие на столе бумаги. Форму отчета заполнил быстро, вот с дополнениями пришлось помучиться. Личные мнения участников операции, краткая оценка действий каждого, рекламации на снаряжение и прочее, прочее…

От себя Андрей написал, что Песчаная Тропа пуста. Предназначение ее: исход полностью исчерпавшей себя личности. Клиентов там много не будет: людей, подобных погибшему Попову А. М., остро чувствующих абсолютную собственную пустоту, не так много. Рекомендуется присвоить данному вектору «Фаты» степень 2В — бесперспективна, умеренно опасна.

Андрей вздохнул. Все подряд умеренно опасно. Курение, дебри бюрократической отчетности, швейцарское оборудование, горчица, полученная два дня назад. И где они такую приправу взяли? Вместо напалма можно использовать.

Все опасно, и без всего опасного невозможно обойтись. Без отчетов тем более. А раз с делопроизводством нужно закругляться, требуется пойти и побеседовать с госпожой Капчагой. Девица у себя в комнате, после славной экспедиции выползает исключительно для приема пищи. Коленки у нее, видете ли, облазят. Как будто ее никто не предупреждал.

До облезлой коллеги всего три десятка шагов, а начальник все тянул. После возвращения, когда улеглись «песчаные» впечатления, почему-то вернулась неловкость от произошедшего в буфете. Неприлично тогда получилось. Это все Хеш-Ке виновата, но этой стервы, слава богу, рядом нет, а с Мариэттой каждый день за столом сидеть приходится. Молчит девица, сомнительную тему не поднимает, хотя уж точно не успела забыть, как солидный дядька-начальник по ней елозил. Хоть бы подколола, что ли.

Андрей решительно встал, закрыл ноутбук, одернул свитер и отправился завершать опрос личного состава.

Мариэтта возлежала, утвердив ноги на спинке койки. Пятки у нее были ярко-розовые, хотя, надо думать, не обгоревшие.

— Ужин? Тревога? У тети Таи колики? — осведомилась боец Капчага, опуская книгу на грудь. — Вы ей укропной водички порекомендуйте, от пузика хорошо помогает.

— Экая ты подкованная в медицине. Может, тебя санинструктором назначить?

— Не нужно. Клизмы — не мое, — поспешно заверила девушка.

— Оно и видно, что не твое, — Андрей кивнул на коленки пострадавшей, открытые шортами, в которые превратились бывшие бежевые штанцы. Малиновый цвет обгоревших коленок уступил место насыщенно-розовому — свежая кожа блестела под толстым слоем мази.

— Ну как? Импрессионизмус? — поинтересовалась Мариэтта, нагло ухмыляясь.

Больная явно была в курсе, что ее топик задрался, полностью обнажив живот. В проколотом пупке блестела какая-то финтифлюшка. Нет, Маня, подобные фокусы здесь не пройдут.

— Давай, излагай впечатления по пустыне. Мне нужно отчет заканчивать. — Андрей шагнул к магнитофону, сделал потише «Шизгару». В последнее время девчонка полностью перешла на древние записи, сохранившиеся в радиоузле. Теперь потрепанные катушки и видеокассеты окончательно погребли под собой футляры современных компакт-дисков.

— Впечатления? Это я с удовольствием, — Мариэтта поудобнее подпихнула локтем подушку. — Вы записывать будете? Или на диктофон?