Вы все жжете! Часть 2 - Бронислава Вонсович

Он привлек меня к себе за талию и чмокнул куда-то в правую бровь.

— Я про монастырь. — Я стукнула его кулаком по груди. — Мы собирались в монастырь. К скелету.

— Вот так всегда, — разочарованно протянул он и отпустил меня. — Сначала увлекают, потом отказываются от своих слов.

— Увлекайся лучше Соланж, — намекнула я на то, что все знаю.

— Спасибо, но при выборе между Соланж и скелетом, скелет предпочтительней. Он-то точно с Антуаном не целовался, — заявил он. — Пойдем? Скелет сам себя не опросит, пока мы тут прохлаждаемся.

— Думаешь, если задержимся еще немного, скелет тут же уйдет с кем-то целоваться? — проворчала я.

Как только мы завернули за угол, Шарль посерьезнел и опять набросил на нас отвод глаз, под которым мы и дошли благополучно до монастыря. Кусты мне показались еще более густыми, чем тогда. Разрослись до неприличных размеров за это время. Кстати, ни малейших следов того, что кто-то ковырял здесь землю, не было. Конечно, за это время они могли и стереться, но, сдается мне, приходил сюда мажонок совсем не за этим. Да и сейчас непонятно за чем пришел.

Я задрала голову, но монастырская стена не просматривалась. Как мы будем через ветки продираться и, главное, искать проход? Идея отправиться сюда вдвоем с Шарлем показалась крайне глупой. Просто необычайно глупой со всех сторон. Нам же еще возвращаться. И что будет с моим платьем после знакомства с местными ветками, на которых есть весьма острые сучки? Прошлое не выдержало их тесных объятий.

— С чего ты взял, что проход открывается не артефактом, как утверждал Франциск?

— Если немного подумаешь, сама поймешь, — ответил Шарль, размял пальцы и начал выплетать заклинание.

Ветви недовольно зашумели, но раздвинулись, образовав колодец, одной стороной которого была стена замка. Это было красиво, но на открывшейся стене я не видела ни малейших признаков прохода. В любом случае точно свалилась отсюда, что подразумевало не полную безнадежность нашего мероприятия: в конце концов, потайной ход был совсем обычный, не в пространственном кармане, поэтому в самом крайнем случае можно будет просто выломать кусок стены, все равно никто этого не заметит.

Шарль меня подхватил и начал подниматься. Медленно, да еще и пыхтел при этом прямо мне в ухо. С намеком, что я неподъемно толстая, не иначе. Да у меня кости просвечивают так, что я временами на скелет похожа. Может, все дело в ограниченной грузоподъемности самого Шарля? Тогда Соланж он точно левитировать не сможет. Ну так это не моя печаль.

— Где-то здесь, — пропыхтел мажонок мне в ухо. — Рукой поводи.

Я поторопилась исполнить его просьбу, а то если окажется, что энергия у Шарля заканчивается, рухнем мы вдвоем, а так хоть вероятность появляется, что успеем медленно спуститься. Но на удивление отпечаток проявился. Я быстро приложила к нему руку, и поверхность стены истаяла, обнажив проход в потайные переходы монастыря. Шарль ринулся туда, не отпуская меня, и почти сразу перестал пыхтеть.

— Не думал, что окажется столь сложно держать два энергоемких заклинания.

— И меня, — я пошевелилась, намекая, что пора бы и отпустить.

— Да ты вообще невесомая, — возразил он. — Не дергайся, в пыль упадешь.

Но на пол поставил, хотя я сразу замерла, когда поняла, что на руках у Шарля я, скорее всего, и не испачкаюсь. И если бы просто поставил, так нет, тут же зарылся в кучи пыли рядом с выходом, который неожиданно начал закрываться. Я и не испугалась почти, поскольку это событие в последнее время происходило регулярно, а этот потайной ход я уже открывала. Мой спутник тоже отнесся к случившемуся совершенно спокойно, зажег светлячка и вновь вернулся к изучению пыли на полу.

— Ага, вот и она! — радостно вскрикнул Шарль, вороша четвертую по счету кучу. — Все, как я и думал!

— Она — это кто? — настороженно уточнила я.

— Она — это отрубленная конечность твоего скелета.

С этими словами он сдул пыль с кучки костей, сиротливо лежащих у порога. Появилось чувство неправильности, которое тем больше усиливалось, чем больше я смотрела на чужие кости.

— Ее надо вернуть скелету.

— Согласен. Чем скелет целей, тем легче призвать душу его владельца. Собирай.

— Почему я?

— Ты же у нас специалист по костям. Одну стащила, кучку вернешь.

— Я не стащила!

— Взяла по приказу Его Величества, — согласился Шарль. — Но, поверь, возвращать лучше тебе. Ты последняя прикасалась к скелету. Николь, это просто кости, одну из которых ты даже на шее носила в виде кулона.

И не поспоришь. Но то была вынужденная мера, поскольку Франциск кость поднять не мог. Но этот же может? Не думаю, что он чего-то боится. Впрочем, некромантия — наука со своими законами, вдруг так будет неправильно? Я вздохнула, вытащила носовой платок и аккуратно переложила в него косточки, благо Шарль пыль с них уже удалил. И тут я поняла, о чем он говорил внизу! Почему был так уверен, что я открою проход, и почему скелет лежал без одной руки.

— Ему отрубили руку, чтобы выйти?

— Скорее всего, причем тот, кто убил.

— Необязательно убил. Может, этому, который теперь скелет, стало плохо и он умер по естественным причинам?

— Тогда бы отрубатель конечностей вытащил все тело наружу, — не согласился Шарль. — А так он сделал все, чтобы его не нашли. Возможно, ты знаешь, что в монастырях магический поиск не работает?

К скелету мы пришли по моим следам в пыли, которые все еще были прекрасно различимы. И хорошо: у меня не было уверенности, что я сама смогла бы найти нужное быстро. Платочек пришлось пожертвовать моему неизвестному предку — не высыпать же кости в пыль? А так я аккуратно положила все рядом с пострадавшей конечностью и даже кружева расправила. Покосилась на Шарля, но он не предложил разложить кости в правильном порядке, поэтому я сразу встала. На мои действия скелет не отреагировал ровным счетом никак, что порадовало: подспудно я опасалась, что если он соберется полностью, то встанет, заскрежещет челюстями, глазницы в черепе загорятся красным, и Шарлю придется его упокаивать. Не хотелось проверять, справился бы мажонок.

Шарль расчистил кусок пола и теперь расчерчивал его странной неправильной фигурой с разноразмерными лучами. Появилось подозрение, что если уж скелет не встал после добавления кисти, то после манипуляций Шарля встанет непременно. Одно хорошо — пока он будет приходить в себя, мы успеем добежать до выхода, а неупокоенный скелет в потайном ходе монастыря — дело нужное, чтобы не шлялся тут кто попало. Но на всякий случай я отошла подальше.

Шарль расставил свечи, водрузил примерно в середину своего художества маленькую фарфоровую плошку, в которую насыпал поровну порошка из трех пакетиков.

— Не сопи над ухом, — внезапно сказал он. — Мешает.

Я обнаружила, что, не желая ничего пропустить, вернулась из относительно безопасного места и не только стою рядом с Шарлем, но и чуть ли нос не засовываю в его плошку. Во всем этом был один несомненный плюс — я запомнила, что написано на пакетиках. Не то чтобы это было мне жизненно необходимо, но с другой стороны — никогда не знаешь что и где пригодится. В остальном были сплошные минусы, главный из которых — Шарль может решить, что он мне небезразличен, хотя я всего-навсего сомневаюсь в нем, как в компетентном маге.