Строптивая невеста. Любить нельзя убить - Мика Ртуть

Ольга

Следующее утро началось с неприятного сюрприза.

Кулон исчез. Бесследно. И Ольга понятия не имела, когда — вчера днем, пока она в вынужденном союзе с Д'Амарьяками приводила кухню в порядок, или уже ночью, пока она спала без сновидений. Потому что проклятая отработка выпила из нее все силы и все нервы. А попробуйте на ходу преобразовать несколько темных заклинаний в бытовые, при этом ничего не разрушив и не подняв десяток скелетов! И все это — не упуская из виду двух темных магов, так и мечтающих воткнуть тебе нож в спину!

В общем, Ольга вымоталась так, что еле доползла до своей комнаты и рухнула в кровать, не раздеваясь. Даже укрывала ее уже Лиз — но самого процесса Ольга не помнила.

Ей вообще показалось, что едва она упала в постель, как ее тут же поднял отвратительно жизнерадостный голос тролля Зямы из-за двери:

— Утро! Утро! Вставать пора! — сопровождаемый грохотом кулачищ.

— Утихомирь своего поклонника, пока я его на декокты не пустила, — сонно проворчала Лиз, накрываясь подушкой.

Ольга лишь поморщилась: вот уж точно, поклонник. Зеленый вчера сожрал столько каменных сухарей (больше ничего съедобного в кухне не нашлось), что всякий порядочный тролль бы на его месте лопнул. Этому же — хоть бы хны. Только улыбался, уверял всех в своей хорошести... ну и помогал, конечно. Двигал мебель, драил котлы, которые не поддались магии, выметал дохлых мышей и букашек, вытаскивал из вентиляции застрявшую кошку-умертвие...

О своей гениальной идее запустить в узкие трубы свежеподнятую кошку вместо того чтобы лезть туда самой, Ольга даже вспоминать не хотела. Потому что кошка упокоилась в самый неподходящий момент и, разумеется, наглухо застряла. А великие темные маги вместо того чтобы помочь — ржали. Как кони. И требовали за помощь поцелуй.

В общем, мерзавцы. Истинные Д'Амарьяки, чтоб они оба чирьями покрылись!

— Да проснулась я, проснулась, — хрипло со сна крикнула Ольга.

— Доброе утро! Доброе утро! — обрадованно заголосил тролль.

Ольга сжала виски ладонями.

— Тише ты!

— Зяма завтрак принес! Зяма хороший!

— Замечательный Зяма, — морщась, согласилась Ольга и выбралась из постели. С чего бы вдруг тролль принес ей завтрак, она не знала и гадать пока не могла. Сначала бы проснуться. — Не ори так, будь человеком!

Тролль счастливо заржал и принялся повторять:

— Зяма, будь человеком, гы-гы-гы!

За что схлопотал злобное ворчание и меткий бросок подушки от Элизы. Правда, подушка ударилась в закрытую дверь, но Ольга все равно оценила бросок. Отличный бросок. Милая бриттская целительница вполне могла бы записаться в сборную Академии по метанию чего-нибудь.

Глянув по дороге в зеркало, Ольга поморщилась: ее симпатичный брючный костюм превратился в тряпку. Значит, на встречу с деканом факультета, он же куратор спецкурса, придется идти в том же, в чем она завтракала с Гельмутом вчера.

Как же неудобно иметь мало одежды! И как быстро она приходит в негодность, когда нет ни камеристки, ни бытовой магии!

— Зяма, будешь так орать, тебя кто-нибудь проклянет, — предупредила Ольга тролля, открыв дверь.

— Да-а-а-а! — мечтательно протянул зеленый и просиял желтыми хищными глазами. — Вкусно! Проклинать — вкусно! Вот, тебе. Зяма хороший?

Оценив поднос с омлетом, колбасками, горячим картофельным хлебом и толстыми вафлями с вареньем, Ольга кивнула:

— Очень хороший. Откуда это?

— Вот! — тролль ткнул пальцем в записку на краю подноса.

В записке значилось: «С благодарностью за прекрасную работу, герр Шварц, старший повар».

— Ладно. Спасибо тебе, хороший Зяма, — кивнула Ольга, взяла один их хлебцев и дала троллю.

Тот счастливо ухмыльнулся во все свои зубищи (универсальной, то есть человеческой конфигурации, разве что куда более крупные и острые), проурчал что-то вроде «добр-рая, хор-рошая» и утопал. А Ольга на всякий случай сняла заколку с черепом и провела над подносом: бабушкин подарок никогда не пропускает ни яда, ни вредоносных заклятий. Подарок молчал — и мерзко-едкое чувство опасности где-то под ребрами утихло.

Вот спасибо Д'Амарьякам, теперь в каждом подарке ей мерещится подвох!