На лезвии любви - Екатерина Верхова

Я давно так не веселилась. Мало того что Ричард оказался хорошим рассказчиком, так он еще и точно знал, какие места во дворце действительно достойны посещения. За все это время мы не увидели ни одного гостя: по коридорам и рекреациям сновали слуги и вышагивала стража, аристократы и другие высокопоставленные поданные, судя по всему, готовились к официальному приему.

Ричард показал мне не только сторожевую башню и королевскую галерею, но и лавку мага. Уж не знаю, как ему в такие кратчайшие сроки удалось добиться приглашения, но мы все-таки оказались в темном полуподвальном помещении.

Все тут было напитано магией. У стен стояли диковинные приспособления для магических пыток, которые давно уже не использовались из-за негуманности. Мы с Ричардом как раз гадали, как применялось то или иное орудие, когда впервые за последние два часа увидели кого-то, кроме работников дворца.

В просторное помещение вошли двое, и одного из них я бы узнала даже в кромешной темноте. Дарен Неррс придерживал под руку светловолосую девушку, помогая ей совладать с длинным пышным платьем, подолом которого она зацепилась за порожек.

Я замерла, не в силах отвести взгляд от этой парочки. Девушка была хороша собой, это легко просматривалось даже в сумраке помещения. Прямой нос, четкая линия пухлых губ и большие глаза. Тонкую талию подчеркивало платье с корсетом, а узкие запястья выдавали худобу. Сама не поняла, как так вышло, но я слишком сильно стиснула предплечье Ричарда.

— Ой, Дарен, мы тут не одни, — весело произнесла девушка, увидев нас. Приветливо улыбнулась и сделала реверанс. — Здравствуйте! Мое имя Беатри Уитни.

Беатри Уитни, значит. Я слышала про эту семью, еще два года назад об их истории трубили все газеты и журналы. Глава рода совершал ужасные преступления: убивал людей, насиловал женщин и избивал слуг. Никто бы не поверил в это — ведь на виду семейство всегда держало лицо, — если бы не неопровержимые доказательства, в единый мир оказавшиеся в общем доступе. Никто так и не смог понять, кто именно сдал лорда Уитни, ведь большая часть семьи прикрывала его прегрешения. И потому единственной, кого не заключили под стражу, осталась Беатри Уитни — самая младшая наследница рода.

Уж не знаю как, но ей удалось доказать суду свою непричастность. Слушание было закрытым, а потому вопрос «как» так и остался без ответа.

— Здравствуйте, леди Уитни, — мягко произнес Ричард, чуть дернув меня за руку.

Ах да, я проявила неуважение...

— Приятно с вами познакомиться. — Мой голос прозвучал куда холоднее и суше, чем я планировала. — И вам доброго дня, лорд Неррс.

От девушки моя холодность не укрылось. Она на мгновение изменилась в лице, в глазах промелькнула печаль, но уже через секунду вновь открыто улыбнулась. Дарен молчал. Просто гипнотизировал взглядом мою руку, лежащую на предложенном локте Ричарда.

А вот ладошка Беатри, лежащая на его, Дарена, руке, отчего-то совершенно его не волновала!

— Мое имя Ричард Уилкенс, — представился парень. — А это моя невеста, Эрналия Браунс-Роунвесская.

Мы с Дареном дернулись одновременно. Вот только он от слова «невеста», а я от «Роунвесской» — если с первым я как-то временно смирилась, то к последнему никак не могла привыкнуть.

— Очень приятно познакомиться, — вернула Беатри. — Как вам дворец? Раньше мне не доводилось тут бывать, но сейчас я в полном восторге. Дарен любезно предложил мне экскурсию.

Она бросила веселый заигрывающий взгляд на Неррса, а у меня от этого свело челюсть. Настроение неумолимо поползло вниз.

— Неужели наследницу рода Уитни ни разу не приглашали на приемы? — попыталась я поддержать светский разговор и тут же сообразила, насколько грубо это прозвучало.

Ну конечно же! Дочь известного всему королевству маньяка не будут звать на светские приемы и балы — могла бы и сама догадаться.

Беатри же даже в лице не изменилась, разве что в серых — теперь я могла их рассмотреть — глазах проявилась сталь. Именно из-за этого я и поняла, что девица не так проста, как хочет казаться.

— Ой, вы даже не представляете, Эрналия, как относится высший свет к дочери прославленного на все государство преступника. — На ее губах заиграла все та же милая улыбка. — Впрочем, может, и представляете. Разве вам не довелось столкнуться с тем же?

— Полагаю, что к дочери экономического преступника несколько иное отношение, — в тон ответила я и расплылась в такой же милой наигранной улыбке. — От всей души сочувствую, вам наверняка пришлось нелегко.

— Уверена, не труднее, чем вам. Иногда люди больше ненавидят тех, из-за кого лишились средств к существованию, — выдала Беатри.

— Ну да, действительно. Деньги ведь куда важнее, чем жизнь... — не удержалась от ответной светской шпильки я.

— Предлагаю обмен любезностями на этом и закончить, — впервые за все время заговорил Дарен. — Эрни, Ричард, Беатри сама и сдала все свое семейство. Потому попрошу к ней относиться без лишних подозрений.

— Я и не думал, — совершенно спокойно произнес Ричард.

Он успел это озвучить, прежде чем Беатри выдала возмущенное:

— Дарен, мы же договаривались!

— Не беспокойся. Это мои подопечные в ВАКе. И я уверен, что ни один, ни вторая не станут болтать об этом направо и налево.

— Может, они не станут болтать и о...

— Беатри! — Голос Дарена стал холодным, и девушка тут же замолчала. Что происходит?! — Я сказал им то по той причине, что ты сама хотела получить хоть какую-то поддержку в высшем свете. Внучка графини Роунвесской и Уилкенс-младший — самая надежная и крепкая опора, что тебе доступна. Помимо моей поддержки, разумеется.

— Я не уверена, что они станут. — начала девушка, поднимая на меня подозрительный взгляд.