Отбор для невидимки - Дарья Вознесенская

Я же с некоторым чувством стыда подумала, что и не знала, что она делала после увольнения.

С учетом того, что рекомендательных писем ей никто не дал — об этом презрительно обмолвилась как-то мэсси Аньер. Но что бы они ни делала… дела у нее шли не очень. Выглядела девица еще более неопрятно, чем раньше, даже грязно. А волосы были всклокочены, один глаз… подбит.

— Тилла… — я постаралась, чтобы мой голос звучал нормально. Она отпрянула от мужчины, а тот оправил сюртук с некоторым облегчением, как мне показалось.

— А-аа, мэсси Шайн… Чистенькая, миленькая, как всегда…

Она что пьяна?

Похоже… Вон как тянет слова и косит одним глазом.

И снова червячок сомнений и стыда закопошился где-то в груди. А вдруг ее наказали незаслуженно? А вдруг я и правда была в этом замешана? А вдруг прямо передо мной разворачивается настоящая человеческая трагедия — а я ничего не делаю?

Я поставила покупки в карету и заставила себя спокойно спросить у девушки:

— У тебя все в порядке?

— Было в порядке пока ты не приехала… — прошипела та с искаженным лицом.

— Вряд ли имеет смысл начинать разговор таким образом…

— Что, легла под вэй-гана и теперь думаешь тебе все можно? Вот выберет он себе невесту и прогонит так же как меня…

Её аж перекосило от злости, а меня — от несправедливых оскорблений. И жалости поубавилось — слишком уж много яда было в ее глазах и словах. Объясняться я не сочла нужным. Только терпеливо спросила:

— У тебя есть… работа? Жилье? Деньги?

— Ты что? — неискренне изумилась Тилла — Собираешься передать мне монеты, которые получила за то, что тра…

Большая рука накрыла ее рот, а потом и потащила прочь, за угол ближайшего дома.

Кучер возвратился быстро. Посмотрел на меня и вдруг медленно, будто ему было сложно говорить, произнес:

— Не обращайте внимания мэсси, она… завистливая девка, которая сама виновата в том, что произошло…

Я все еще смотрела в ту сторону, где скрылась Тилла и не скрывала переживаний:

— Просто она…

— Она подставить вас пыталась… — буркнул мужчина и отвернулся. — Еще и… ох, не мое это дело.

Он забрался на козлы, а я со вздохом залезла в карету. За всей этой суетой я и позабыла, что планировала выяснить подробности о предыдущих домоправительницах и прочих слугах, что покинули замок до моего приезда… Но так этого и не сделала.

С другой стороны, а надо оно мне? Если по каким-то причинам меня окружили неким коконом молчания — не лучше ли это, нежели все те грязные подробности, что брызгами достигали моего сознания благодаря таким, как Тилла?

И сама же себе ответила — не лучше.

Я ни на шаг пока не приблизилась к пониманию, сколько времени проведу в этом мире, и чем меньше неопределенности и неуверенности в собственном положении у меня будет, тем спокойней я себя буду чувствовать.

Дав себе зарок в ближайшее время объясниться с мэрром Корни, я снова постаралась расслабиться. И даже немного вздремнула по дороге назад.

А после сосредоточилась на своих прямых обязанностях.

До приема дел было невпроворот.

Приходилось контролировать указания, что раздавали три невесты, организовавшие этот праздник; пояснять молоденьким служанкам, зачем они разносят вручную подписанные пригласительные, если все вэи и так толкутся вместе; следить за тем, чтобы садовники оставили в живых хоть какую-то часть цветов — а гости после не задохнулись от запахов в зале для приемов; убеждать взволнованных вэй-организаторов, что вытаскивать без разрешения хозяина из галереи дорогостоящие предметы интерьера — не самая лучшая идея; встречать музыкантов и объяснять им их задачу — подкрепляя это двойной суммой гонорара; и гасить истерики на предмет того, что отобранные для приема закуски и вина кому-то там не понравились…

В общем, собираться на прием я начала всего за час до него. Впрочем, я и не планировала приходить вовремя — скорее, хотела скользнуть в открытую створку за спинами всех собравшихся. Да и готовиться было особо не с чем… Так что я ограничилась ванной, кремом для рук, легким макияжем из подручных средств, а потом Карина помогла мне застегнуть мой наряд — модистка не обманула, и он прибыл вовремя — и поднять волосы в высокую прическу, которую украсили заранее собранными голубыми мелкими цветочками.

Дядюшка Роз даже пшикнул на них «живой водой», как и на букеты — составом на стыке магии и зельеварения, позволявший сохранять лепестки свежими много дней.

Впрочем, все мои усилия были сведены к нулю роскошью зала и находящихся в нем невест.

Вот удивительно, стоило мне появиться в помещении как гостье, я и на само пространство посмотрела не с позиции количества пыли и прочих хозяйственных забот. Замок и правда был невероятно роскошен, и я в который раз подумала, как же мне повезло, что я работаю здесь и напитываюсь этой красотой.

Расписная ткань, натянутая на стены, бесчисленные магические светильники, делающие помещение не только пожаробезопасным, но и торжественным, гирлянды из цветов, огромные зеркала в драгоценных рамах, множащие фигуры в праздничных нарядах, уверенно играющие музыканты — они выглядели вполне нормально, и я мысленно поблагодарила мэсси Аньер, предложившую купить у лекаря, что обслуживал замок, успокоительную настойку и незаметно влить им в напитки перед выступлением.

Вэи сверкали драгоценностями и улыбками. И, конечно, великолепными нарядами, которые они в довольно больших количествах привезли из столицы. Мое собственное платье показалось мне разве что… добротным на фоне атласа, жемчугов, перьев и кружев тончайшего плетения, но я отбросила эти мысли. Потому что я и не должна была выделяться или становиться с ними вровень.

Но больше всего поражал… вэй-ган. Не знаю, сколько уж моральных усилий ему стоило надеть явно сшитый на заказ — на новое тело — костюм и сапоги, и, судя по всему, расчесать свою шерсть, но он смотрелся…внушительно и почти приемлемо.

Себастиан сидел на возвышении, а вокруг него расположились трое… хм, четверо вэев. Я чуть нахмурилась, потому как не смогла понять, откуда взялся еще один, да с таким… что же у него с лицом?

Но от мыслей меня отвлек взгляд вэй-гана.

Тот посмотрел прямо мне в глаза и выражение его морды…хм, как-будто стало доброжелательным.

Я же сделала неглубокий реверанс и… отвернулась. Не следовало привлекать внимание такими вот… переглядками.

Отошла к одному из окон, где стояли столики с закусками, и с благодарностью приняла от лакея в праздничном сюртуке бокал с игристым вином. А потом с не меньшим удовольствием попробовала хрусткую корзиночку, наполненную паштетом из птицы — и даже умудрилась не обляпаться. Хотя до изящества благородных вэй мне было далеко… Они напоминали балерин, находящихся на сцене — изящные повороты породистых головок, тонкие пальцы, легкие жесты, прямые спины… Возможно, их кровь была такой же красной, как моя, но навыки и воспитание, вбитые с детства, чувствовались в каждом движении.