Жена хранителя теней - Наталья Самсонова

Дан был мрачен. И я его прекрасно понимала: мы, получается, спасли Венсара только для того, чтобы убить его. Если я правильно поняла, то без Зеркала Тень истает. То есть умрет. Умрет второй раз и не в бою, а по вине того, кто должен, наравне с Данриэлем, защищать Сагерт. Умрет по вине того, кто должен быть союзником, а оказался врагом.

— Мы подождем, — произнес наконец Дан. — Будем наблюдать за тобой. Сколько ты еще продержишься?

— Три дня, — скупо выдохнул Венсар и добавил: — Если дашь мне позволение солгать, то я скажу, что желаю смерти. Что устал от своего долга и хочу уйти в небытие.

— Я не дам тебе позволения солгать, — жестко произнес Данриэль. — Если мы увидим, что с тобой что-то не так, я сам помогу тебе уйти. Это мой долг.

— Да, Хранитель, — тихо прошелестел Венсар.

«Мать-Магия, пусть с Венсаром все будет в порядке», — взмолилась я. Мне не хотелось представлять, что почувствует Дан, если ему придется убить своего бойца. Бойца, который хочет жить и служить Сагерту.

«Будь ты проклят, Корвус Версой, — зло подумала я. — Будь ты проклят, жестокий и глупый человек!».

Плат задрожал и начал снижение. Увидев очертания Таэсс-Харна и яркие огни, зажженные на его стенах, я коротко выдохнула. Дома. О Мать-Магия, мы — дома.

— Я счастлив, — шепнул Дан. — Я никогда не рассчитывал привести жену в Таэсс-Харн. Не допускал и мысли, что…

Он не договорил. Очевидно, спохватился, вспомнил, что мужчины не испытывают эмоций и не страдают. А я, нащупав его руку, крепко сжала пальцы.

«Не может такого быть, чтобы все в Сагерте ненавидели Теней, — сердито думала я. — Но вполне вероятно, что благодаря «другу» Дан видел только таких».

Нас встречали. На площадке стояла Ринари, рядом с ней замерли Тильда с Роной. В руках у рыжей был пушистый плед.

Данриэль спустился первым и помог сойти мне. И через мгновение я оказалась в объятиях Наставницы. Крепко сжав меня, она отстранилась и с легкой ехидцей спросила:

— Как тебе первый выход в свет?

За этим вопросом скрывалась сотня других, а потому ответила я крайне обтекаемо:

— Надеюсь, что он же и последний.

— Все было настолько плохо? — нахмурилась Ринари и посмотрела на Дана.

Хранитель Теней скупо улыбнулся и с извиняющейся улыбкой произнес:

— Боюсь, что Лиарет выразилась очень четко. Венсар, идем. Прошу простить, Лиарет, квэнти Ринари.

Проявившийся воин подошел к нам и низко поклонился Ринари:

— Вы воспитали невероятную дочь.

Наставница на мгновение замерла, а после присела в реверансе и тепло произнесла:

— Лиа моя ученица, но да, люблю я ее так, как могла бы любить своего ребенка.

Эти слова согрели меня изнутри. Мне кажется, что я тоже люблю Ринари так, как могла бы любить свою маму. Если бы у меня была такая возможность. Если бы Судьба дала мне узнать, какой была квэнни Даллеро-Нортон.

Отведя взгляд, я пропустила момент, когда Дан и Тени ушли.

— Возьми плед, ты дрожишь, — шепнула Ринари.

Только в этот момент я почувствовала озноб.

— Это от нервов, — кривовато улыбнулась я и поблагодарила Тильду, которая укутала мои плечи пушистым пледом.

Путь до своих покоев я помнила смутно. Ринари, подхватив меня под руку, что-то сказала девчонкам, и те мгновенно исчезли.

— Сейчас придем, переоденешься в удобное домашнее платье, — ворковала Наставница, — и все-все мне расскажешь.

Я только кивала и послушно перебирала ногами. Сил у меня не осталось ни на что.

В комнате нас встретила Рона, которая перехватила заботу обо мне у Ринари. И через несколько минут я, переодетая в мягкое и старое домашнее платье, сидела на удобном пуфе и, прикрыв глаза, вдыхала нежный аромат травяного чая. Рона же в это время колдовала над моими волосами. И только когда локоны обрели свободу, я поняла, насколько тяжелой и жесткой была та приятная, воздушная прическа.

— Не заплетай, — попросила я.

— Хорошо, квэнти Лиарет — поклонилась Рона. — Тильда подала ужин.

В гостиной и правда обнаружился полностью сервированный стол. Ринари, стоявшая у окна, повернулась ко мне и улыбнулась:

— Вообще, мы рассчитывали, что ужинать ты будешь с Хранителем Теней. Оттого так много свечей и цветов. Но твой будущий муж был слишком стремителен. Остановить его можно было только силой, а я уже не в том возрасте, чтобы хватать симпатичных мужчин.

— Его нельзя было останавливать, — покачала я головой и вздохнула, — ты даже не представляешь, с каким пренебрежением относятся к Теням. И к Дану.

— И к тебе, — проницательно произнесла Ринари и спросила: — Голодная?

— Ужасно, — призналась я и села за стол.

— Неужели там не кормили? — удивилась Наставница и устроилась напротив меня. — Я так поняла по рассказам твоих служанок, что на приеме Хранителя Закона принято есть, а не танцевать. Или там настолько приятная публика, что мысли о диете возникают сами собой?

Рассмеявшись, я кивнула:

— Неприятная публика — очень точно подмечено. Одно радует: приемы я не люблю да и танцую отвратительно. А что касается деликатесов… — Я взяла вилку и со вздохом констатировала: — Я их даже не увидела. Но если бы и увидела — приятно ли есть под прицелом полусотни испытующих взглядов?

Дав мне утолить первый голод, Ринари вновь спросила:

— Так что же там произошло? Ты сказала, что к Теням плохо относятся. Тебя не приняли?

В голосе Наставницы явственно слышалось негодование пополам с сожалением. Я знала, что Ринари многое бы отдала, чтобы быть рядом со мной. Чтобы вместе встретить любую неприятность. И так же я, как и она, понимала: это невозможно.

— Герольд объявил меня гостьей Таэсс-Харна, — сдержанно произнесла я и пригубила легкое фруктовое вино. — Не невестой. Стражи Закона, прислужники Хранителя Закона, тут же поспешили уверить меня, что стоит лишь попросить — и я никогда больше не увижу Данриэля. Они укроют и защитят бедную несчастную девушку.

Злость вновь всколыхнулась во мне.

— Надеюсь, ты нашла достаточно слов, чтобы пояснить прислужникам Закона, куда именно они могут засунуть свое предложение? — сердито спросила Ринари.

— Не сразу, — честно сказала я. — Думаю, ты бы справилась лучше.

— Так я и прожила подольше, — фыркнула Наставница. — Что с герольдом?

— Орин, Тень, который незримо сопровождал меня, подсказал, как заставить Стражей разобраться в инциденте. Так меня еще и обвинили в том, что я хочу справедливости. Мол, невинный человек лишь выполнял приказ!

Помолчав, я подытожила свои приключения:

— В общем, после объявления герольда Дан ушел к музыкантам, чтобы заставить их сыграть для нас. А я в это время, мгм, немного повздорила со Стражами Закона, после чего мы с Даном танцевали в центре бального зала. Затем Данриэль ушел, чтобы поговорить с алворигом Версоем, а я спряталась на балконе и болтала с Орином.