Шёпот теней - Нелли Видина

Алик лёг в кровать, не раздеваясь, только обувь скинул. Он потянул одеяло на себя, чтобы укрыться, но вдруг протяжно вздохнул, глаза у него закрылись, рука упала, а тело обмякло. Первый момент я испугалась, что он умер, только потом до меня дошло, что у вампиров сердечных приступов не бывает, и Алик просто отключился незадолго до восхода.

Я подошла к окнам и плотно зашторила. Пусть рассвет только занимается, рисковать не буду. Вернулась к Алику и присела на край кровати. То, что я собиралась проделать, наверное, не совсем правильно, даже неэтично, но мне очень хотелось понять, кто со мной рядом. Я осторожно протянула руку и коснулась пальцев Алика. Вампир не реагировал. Интересно, он меня чувствует? Кажется, что нет, но лучше проверить.

Сознание Алика находилось в спячке. Я отчётливо ощутила, что при желании могу дотянуться до Алика, но делать этого сейчас я не собиралась. Убедившись, что вампир крепко спит, хотя сном его состояние можно назвать весьма условно, скорее уж дневная кома, я взяла его ладонь в свою. Прохладная мягкая кожа, совершенно точно неживая, но и мёртвой бы я её не назвала.

Попробовала нащупать пульс на запястье. Пульса, конечно, не было. Я немного осмелела и переместила пальцы Алику на шею. О том, что лапаю труп, старалась не думать. Алик на мои манипуляции никак не реагировал, и я провела по его переносице, коснулась щеки, затем пропустила между пальцами прядь волос. Нет, трупом в полной мере Алик не был. Единственно верно подходящее для него слово – нежить.

Я накрыла Алика с головой, чтобы, если не дай боги, солнечный свет всё-таки попадёт в комнату, вампир не пострадал. Мне вдруг захотелось забраться в собственную норку, тоже накрыться с головой и обо всё на свете забыть, но я не могу позволить себе такую роскошь.

– Карп, – позвала я, – Поговорим?

Призрак явился незамедлительно, завис в воздухе, уплотнился, стал очень похож на левитирующего живого человека и тотчас скривил губы в злой усмешке. Карп наклонил голову к правому плечу и надменно усмехнулся. Я решила временно игнорировать его эмоции. Как же мне наладить с ним отношения? Для начала бы разобраться, что к чему.

– Почему ты появился так быстро?

– Потому что ты позвала меня, медиум. Ты дёрнула за поводок, и меня притащило.

– Мне жаль.

Дух снова фыркнул.

– Мне жаль, – повторила я, – Я сделала то, чего не понимала сама, действовала интуитивно, пробовала себя. Если бы я могла исправить…

– Зачем ты разоряешься передо мной? – перебил Карп.

– Насколько я поняла, ты привязан ко мне окончательно и бесповоротно. Ты сказал, что альтернатива только одна – полностью тебя уничтожить. Во-первых, я даю тебе выбор. Какой из имеющихся вариантов ты предпочитаешь? Если ты выбираешь остаться со мной, то давай обсудим правила сосуществования. Полагаю, нам обоим будет легче, если мы оговорим и установим рамки. Я не обещаю, что не переступлю границ. Возможно, я нарушу их случайно, по незнанию, из несдержанности, неумения. Но я обещаю, что буду стараться.

– Медиум, зачем мне твоя вежливость, если я лишён возможности отказаться выполнять твой приказ?

– Затем, что, если мой приказ тебе придётся не по душе, ты мне об этом скажешь, и я, если смогу, его отменю. Предупреждаю сразу: я не стану отменять приказ в ущерб себе, Алику или кому-то, кто мне дорог.

– Я так понимаю, тебе уже есть, что приказать?

– Да, Карп. Я хочу, чтобы ты приглядывал за Аликом, пока он не проснётся и сообщил мне при малейшем намёке на опасность.

– Потрясающе! – воскликнул призрак, – Я умер для того, чтобы стать сиделкой при вампире.

– Твоё решение, Карп? – спросила я, уже догадываясь, что дух собирается вредничать.

– Ладно, Марина, присмотрю я за твоим кровососом. Только чем я помешаю горничной, если вдруг она зайдёт, проигнорировав просьбу не мешать, откроет окно и решит перестелить кровать?

Карп прав, как ни крути. Меня он позовёт, но пока я добегу из магазина или даже пока я дозвонюсь на ресепшен, пока администратор поднимется, всё будет кончено. Алик сгорит в солнечных лучах. Я провела рукой по лицу, откинулась на кровать, соседство завёрнутого в одеяло вампира не смущало. Пожалуй, выход один. Нужно наделить Карпа силой, чтобы из бесплотного духа он стал полтергейстом, способным воздействовать на окружающий мир. Осталось разобраться, как именно осуществить превращение.

– Ты её не пустишь. Карп, а как ты смотришь на то, что мы с тобой ещё немножко поэкспериментируем? Ты же всё равно привязан ко мне, хуже точно не будет.

– Только на это и уповаю. Что ты хочешь сделать?

Я пожала плечами:

– Действовать буду по наитию.

– Кто-нибудь, спасите меня, – взмолился Карп.

Я хмыкнула, села в кровати, ноги свесила на пол и задумалась, как быть. В голову ничего не шло. Я поманила Карпа к себе и нарочито бодро спросила:

– Начнём?

По идее духи в моём присутствии становятся сильнее без каких бы то ни было усилий с моей стороны. Значит, от этого и буду отталкиваться. Я прикрыла глаза, выставила перед собой ладони и попыталась разобраться, что чувствую. За спиной мертвец и впереди нечто неживое. Сзади Алик, впереди Карп. Я сосредоточилась на призраке. Интересно, что будет, если я попытаюсь влить в него силу, ту самую, с помощью которой его призвала?

Внутри что-то всколыхнулась, и сила медленно потекла в кончики пальцев. Непривычное ощущение. Невольно вспомнила вызванную мною ментальную волну, прокатившуюся по миру духов. Сила нарастала, и я направила её в Карпа. Протянула к нему руки и даже рискнула приложить к призраку ладони. На ощупь он напоминал мыльный пузырь: невесомый, состоящий из воздуха и готовый исчезнуть в любой момент.

Чем больше силы текло в Карпа, тем материальнее он становился. Духу никогда не обрести плоти… Я засомневалась, не ошибаюсь ли. А вдруг можно? Вряд ли. О таком я никогда не слышала. Я присмотрелась к Карпу. Он стал ярче, наверное, кто-нибудь неподготовленный легко спутает его с живым человеком, но Карп остался призраком. Я попыталась думать о теле для духа, но ничего не получилось, сила просто продолжала перетекать в Карпа.

Не знаю, сколько это длилось. Во мне словно пробудился источник, и я весьма смутно представляла, как остановить процесс. А Карп становился всё более плотным… Призрак вдруг попытался отстраниться, у него не вышло и, дёрнувшись, он выкрикнул:

– Ты что творишь, дура! Я сейчас лопну.