Линия жизни - Андрей Ливадный

Струйка слюны стекала из уголка рта. Он совершенно потерял ощущение времени и пространства. Прямой контакт с хондийским нейронным компьютером вновь подтолкнул рассудок к черте безумия, напомнил о прошлом…

– Хомо? – голос прорвался издалека.

Егор медленно и мучительно возвращался в реальность.

– Хомо, ты убиваешь себя! – Эшранг грузно присел подле, его крылья распластались по полу, взгляд внимательно следил за человеком. – Мог бы спросить, я бы дал тебе устройство для чтения данных, не уничтожающее рассудок!

Боль искажала мысли, гипертрофировала чувства. Если ненависть, то бездонная… Черная, словно омут воды в старой воронке…

– Уходи, – прохрипел он.

Эшранг не шелохнулся. Лишь его клюв приоткрылся, резкий клекот заполнил помещение.

– Не понимаю! – зло произнес Егор.

Эшор опомнился, перешел на язык универсального общения.

– Я сотни раз смотрел эту запись, – прошипел он. – Но не понял смысла.

– Уходи!

– Я хочу говорить с тобой! Искусственный человек кое-что растолковал мне. Ты на самом деле прошел через сдвиг времени?

В помещение вошел андроид.

– Эшор, тебе сейчас действительно лучше уйти! Разве не видишь – Егору нужен отдых!

– Не вмешивайся! – Взгляд покрасневших глаз Бестужева обжег андроида. – Зачем ты ему рассказал?!

– Он знал. Цихриты видели нас подле Аллеи Темпоралов. Они наблюдают за ней и сделали запись. Эшор их допросил перед тем, как идти сюда. Я должен был отрицать очевидное?

– Мог бы просто промолчать или послать его подальше!

– Не вижу смысла, Егор. Он принес кристалл, чтобы показать его нам.

– Проваливайте оба! Нет! Ты! – взгляд впился в эшранга. – Откуда взял кристалл с записью? – Дрожащие пальцы Егора коснулись нервной ткани, извлекли носитель информации.

– Это копия трансляции данных. Она была найдена в обломках станции Н-болг и доставлена на борт моего корабля – флагмана экспедиционного флота. Мы прибыли в эту систему спустя века после битвы, с исследовательской целью.

Тяжелый взгляд окатил эшранга.

– Лжешь, тварь!

На этот раз Эшор не отреагировал на оскорбление.

– Хомо, флот эшрангов не атаковал планету.

– Лжешь! – упрямо повторил Бестужев. – Вы подняли восстание против армахонтов! Уничтожили межзвездную сеть! Приговорили всех, в том числе и себя!

– Это не так.

– Ты не перепишешь историю! Она общеизвестна!

Эшранг все же не выдержал, привстал, опираясь на излом крыльев.

– Хомо, откуда тебе знать, как все происходило на самом деле? – проклекотал он. – Ты родился в невежестве и ненависти! Просмотри запись еще раз. Только открой глаза пошире!

Он неуклюже встал и проковылял к выходу, даже не потребовав вернуть кристалл.

* * *

Егор смотрел запись снова и снова.

Теперь, когда информация скопирована в кибермодули, ее воспроизведение уже не вызывало затруднений.

Он увеличивал, детализировал отдельные фрагменты битвы, останавливал кадры, подвергал анализу каждый силуэт космического корабля.

Искал ли он истину или пытался накормить тлеющую в душе ненависть?

Так или иначе, но ненависть осталась голодна. Среди армады, атаковавшей планету, он действительно не обнаружил ни одного корабля, принадлежащего эшрангам.

К исходу следующего дня, совершенно измученный, он вошел в комнату с темпоралом.

– Как идут исследования?

Андроид обернулся, пожал плечами.

– Сложно.

– Обиделся?

– Нет. Но ты повел себя глупо. Разве эшранг – самоубийца? Думаешь, он приходил, чтобы получить дозу токсина? Как по-твоему?

– Они – лживые твари, – обронил Егор. – Я разберусь. – Он протянул андроиду микрочип: – Здесь копия записи с кристалла. Изучи. Похоже, это наш шанс.

– Хорошо. Ты надолго уходишь?

– Не знаю. Как получится.

* * *

– Эшор? – Бестужев перешагнул порог шлюза, осмотрелся.

Фрагмент космического корабля сильно пострадал при крушении. Обшивка смята и оплавлена, тусклый дневной свет проникал внутрь сквозь разломы и дыры. Повсюду следы пожара. Оборудование уничтожено.

Фигура эшранга появилась из сумрака.

– Хомо? – Он искренне удивился.

– Пришел поговорить. Вчера погорячился, извини.

– Я не против. Давай попробуем снова.

Егор поморщился от сильного запаха гари. «Все же стазис – уникальная технология, – подумал он. – Консервирует все».

– Пошли на улицу, – предложил он. – Тут воняет.

Эшранг выглядел потрепанным, жалким, сломленным.

Рядом с местом крушения образовался участок пустоши. Земля потрескалась, иссохла, растительности не было, но изобиловали различные обломки.

Эшор уселся на один из них, вцепившись лапами в небольшой выступ.

Егор некоторое время молчал, затем неожиданно спросил:

– Расскажешь мне о Земле?

Взгляд эшранга мгновенно заледенел. Он явно испугался предложенной темы.

– Что ты хочешь услышать?

– Правду. – Егор пристально смотрел на него, а внутри все дрожало от напряженного ожидания. Образ Рогозина вспыхнул в памяти с новой силой. Станет ли ответ подтверждением самой возможности связи через гиперкосмос или лживая тварь ускользнет от ответа, оставив мне сомнения?

– Твоя планета теперь принадлежит машинам, – медленно произнес Эшор.

– Люди погибли? – Егор побледнел.

– Нет. Мы их спасли. Расселили по многим мирам, когда жить на Земле стало невозможно.

– Как это случилось?

– Зачем тебе знать?

– Вопрос доверия.

– Ладно. Присядь. Разговор будет долгим.

– Не можешь ответить в двух словах?

– Мои предки совершили ряд поступков. Я за них поплатился. Боюсь, придет время, и следующему поколению эшрангов придется за них ответить. Вообще-то твоя прародина – это одна из причин, по которым я оказался тут.

Солнечная система. На орбите Земли. Далекое прошлое…

Эшор нервно расхаживал по отсеку в ожидании назначенной встречи.

На экранах проплывал родной мир цивилизации хомо.

«О, предки! – мысленно негодовал он, страшась смотреть на данные, поступающие с зондов. – Вы выкормили чудовищ, а мне их придется усмирять?!»

Флот уже занял ударные позиции, но пока существовал призрачный шанс на успех переговоров, Эшор не спешил отдать приказ. Он считал себя непревзойденным знатоком иных рас и рассчитывал извлечь выгоду из безвыходной ситуации.