Стальной клинок - Алексей Алексеев

— Командир, скольких мы потеряли? — обернулся к нему один из впереди шагающих воинов.

— Я считал, что ли? — грубо ответил командир.

— Все этот Сур'Лаурон… И так солдат мало, он еще и не жалеет их… Вот зачем было раскидывать нас по Сирванору? Чего он хотел этим добиться? Донтвайр взять? Его армии на такое дело не хватит…

— Поговори еще у меня, — беззлобно отозвался командир, хотя в глубине души был согласен с этим рыцарем.

Сур'Лаурон отправил отряд Войлеса для того, чтобы с разных концов страны попасть в Донтвайр. Кайган со своими напал на юг Сирванора, город Роувин. А сам лорд заявил, что у него «есть дела поважнее» и даже не стал контролировать действия Кайгана и Войлеса. Войлес не знал о судьбе и миссии Кайгана, но был достаточно опытным бойцом и стратегом, чтобы понять — что-то здесь не чисто. Уже на пути в Сирванор Войлес заметил странность — путь был ему незнаком, по южной части континента, и как Войлес думал раньше, прохода сам не было. Но проход был, и что самое удивительное, на всем пути не встретилось ни одного врага. Однако Войлес, будучи одним из лучших рыцарей Сарилии, заметил кое-где следы и пятна крови. Войлес был уверен — работа Рилайды Вейн.

И прав этот воин, лорд прекрасно знал, чтобы взять Донтвайр нужно в десять раз больше того, что Сур'Лаурон отправил для этой цели.

В итоге, от тысячного войска Войлеса осталась сотня солдат.

Возможно, единственным воином армии Арадора, который знал об истинных намерениях лорда, была эта полуэльфийка Рилайда. Войлес твердо решил у нее поинтересоваться по этому поводу, хотя догадывался, что она вряд ли что-то скажет, если это не предназначено для ушей остальных.

Как часто у Войлеса возникало желание покончить с Рилайдой… Он откровенно считал, что она недостойна звания командира войска, потому что это не только не женское занятие, но и явно не дело каких-то грязных полукровок. И пускай она хоть трижды умная, сильная, ловкая, красивая, но Войлес не преминул бы при возможности либо избавиться от нее, либо лишить доверия лорда.

— Командир, Нерог на горизонте, — донесся до Войлеса голос дозорного, который скорее сообщил это по привычке.

Войлес поднял туманный взгляд — вдалеке виднелись шпили башен города. Он остановился.

— Отдых пять минут, — разрешил он и снял металлические наплечники.

* * *

Триана ударом ноги выбила дверь в дом, который теперь принадлежал Арленду. В Нероге стояла тишина — ночные улицы были абсолютно пустыни, как она и предполагала. Арленд не спал — это она поняла сразу. Молодой воин вскочил с кровати, выхватив неизвестно откуда кинжал, и встал лицом к двери, которая теперь висела на одной петле и недовольно скрипела.

Узнав в темноте Триану, Арленд удивился, но кинжал не убрал.

— А, это ты… Что тебе здесь нужно?

— Я бы на твоем месте вела себя вежливее, — холодно заметила Триана, проходя внутрь. — Разговор у меня к тебе.

— Я слушаю. Только быстро. Я не люблю разговаривать по ночам.

Последняя фраза была произнесена с усмешкой, но Триана не обратила на это внимания.

— Условия здесь буду ставить я, — заявила она, садясь в кресло, стоящее у стены рядом с окном, и стало видно, как лунный свет падает на тонкое лицо Арленда. — Не забывай, я командир. А ты лишь подчиненный, которых здесь — тысячи.

— Кайгана не боишься?

— Не боюсь. Кто ты такой?

— Ты должна знать. А если не знаешь, то значит тебе это не дозволено. — Арленд с триумфальным видом скрестил руки на груди.

Триана медленно поднялась, положив ладонь на бедро — где покоилась в ножнах сабля.

— Нарываешься?

— Ни в коем случае, — ухмыльнулся роувинец. — Если у тебя все, то я, с твоего позволения, командир, лягу спать. — Он скривился.

Триана резким движением выхватила саблю и ударила ее рукоятью снизу вверх, выбивая кинжал из руки Арленда. Следующим ударом — по лицу — она сбила воина с ног. Он рухнул прямо на кровать, которая стояла позади него. Триана уже было собиралась прижать его и заставить отвечать на вопросы, но застыла в изумлении. Арленд не собирался подниматься. Более того, он удивленно улыбался, вскинув брови.

— Да ты хоть знаешь…

— Что ты дал лорду? — металлическим голосом перебила его Триана.

— Какое тебе…

— Повторяю вопрос. — Триана подошла к нему и замахнулась саблей, целясь в грудь. — Что ты дал лорду? Учти, третий раз повторять не буду!

— Почему бы тебе не спросить у самого лорда?

— Потому что я понадеялась на твое благоразумие и радость жизни. — Улыбка, возникшая на губах Трианы, была обворожительной, но тон — угрожающим.

Арленд теперь смотрел на нее испуганно.

— Это был Обломок Камня Павших Душ? — продолжала натиск воительница. — Ну?

— Да, — наконец выдохнул Арленд.

— Умнеешь на глазах, — одобрила Триана. — Где ты его достал?

Арленд судорожно сглотнул, понимая, что она не шутит — его жизнь для нее — ничто.

— В Роувине…

— Как он там оказался?

— Откуда мне знать? Тебе на этот вопрос никто не ответит.

Это точно, невесело подумала Триана. На поиски другого Обломка могли уйти годы… Но все же это представлялось возможным, и за эту возможность надо было хвататься руками и ногами.

Но ее размышления прервал женский голос со стороны двери.

— Что у вас здесь происходит?

Триана оглянулась — в проеме стояла Рилайда Вейн. Это она поняла лишь увидев черные волнистые волосы, спадающие на плечи, и пронзительные серые глаза.

— Все в порядке. — Триана быстро спрятала саблю, зная, что Рилайда все равно ее уже заметила.

Бросив злобный взгляд на Арленда, Триана вышла из здания и направилась к себе. Однако далеко уйти не удалось — Рилайда окликнула ее, не дав пройти и ста футов.

Триана свернула в провел между двумя казармами, где на стенах висели вечно горящие факелы. Несмотря на то, что здесь было освещенное место, крыши казарм полностью скрывали его от глаз часовых и дозорных. Это был единственный уголок во всем Нероге, где можно было спрятаться. Триана дождалась, пока Рилайда свернет туда вслед за ней и выжидающе посмотрела на нее.

— Что? — У Трианы не было поводов грубо разговаривать с полуэльфийкой, но сердце ее бешено колотилось после «разговора» с Арлендом.

Рилайда улыбнулась. Отблески огней факелов играли на ее загорелой коже.

— Ты что-то замышляешь. — Это был не