Огонь в твоей крови - Лана Ежова

— В смысле «не застукали»? — встревожилась Лиля.

Но вредному привидению отвечать не пришлось — в глаза начинающим расхитителям могил направили свет нескольких мощных фонарей, и злой голос скомандовал:

— Руки вверх! Или стреляю!

Молодым людям пришлось подчиниться приказу.

А приблизительно через час Богдан с Лилей сидели в комнате охраны ТРК в ожидании Владимирского. А всему виной недальновидность девушки: она оставила в кармане куртки удостоверение журналиста, которое и обнаружили при обыске. И если Богдан поначалу планировал откупиться от сторожей, то теперь те, напуганные появлением представителя СМИ, и не думали их отпускать, пока не разрешит владелец стройки.

За семь месяцев общения с семьей Кирилла Лиля ни разу не видела олигарха, хотя тот и числился среди близких друзей Булата. И теперь кроме легкого переживания девушка испытывала предвкушение: ей было интересно взглянуть на мужчину, знающего о мире Полуночи, но не пожелавшего в него войти. Владимирскому предлагали обращение как вампиры, так и оборотни, но он решил остаться человеком.

Попивая чай, любезно приготовленный одним из охранников, Лиля думала над тем, что рассказывать. Кости — улика, поэтому придется подать правду вместе с вымыслом. Главное, чтобы с олигархом не приехал Мирослав. Тот, узнав, чем занималась Лиля, быстро раскусит вранье и доложит бабушке.

— Говорить буду я, если не возражаешь, — шепнула девушка Богдану, когда охранники отвлеклись на приближающийся шум шагов и голоса за дверью.

Парень не возражал, особенно когда увидел входящих в помещение мужчин.

— Богдан? Лиля? Как понимать вашу выходку?! — Отчим Данилевского и будущий свекор Макаровой поспешил к ним, обгоняя владельца ТРК и его телохранителей.

Владимирский, оставаясь в стороне, внимательно слушал и, когда его товарищ начал повышать голос, сделал бдительным сторожам знак выйти.

Врать в глаза отцу Кирилла Лиля не смогла и толкнула локтем Богдана.

— Владлен, я сейчас все объясню.

— Давай-давай, послушаю, как ты объяснишь нахождение невесты брата в таком месте, да еще и ночью. Я едва не поседел, когда услышал фамилию журналистки, схваченной на территории стройки. Стройки, Богдан! Это не то место, где безбоязненно может гулять хрупкая человеческая девушка!

— С Лилей бы ничего не случилось, ведь я находился с ней рядом. — Колдун стиснул зубы. — И вообще, она не хрустальная.

— Не хрустальная, значит? — рассердился Булат. — Посмотрю, что скажешь про свою любимую девушку, если она, конечно, у тебя появится.

Богдан вспыхнул — отчим прошелся по больному, напоминая о неудачах в личной жизни.

— У меня она уже есть.

— Ну-ну, сомневаюсь, иначе серьезней относился бы к невесте брата.

Видя, как сжимает кулаки напарник по ночной вылазке, Лиля, вздохнув, вмешалась в диалог:

— Владлен, это я заставила Богдана пойти со мной.

— Что? — Булат с трудом отвлекся от распекания пасынка, так как уже забыл главную причину приезда.

— Я в любом случае пошла бы сюда, хоть одна, хоть в сопровождении.

— Почему, Лиля? Из-за этих костей? — Мужчина кивнул на спортивную сумку с человеческими останками.

— Да. Вы, вероятно, слышали, что меня приглашали упокоить беспокойного призрака, напавшего на строителей?

— Да, Александр Сергеевич рассказывал. При чем тут призрак?

— Его кости мы и искали. — Макарова развернулась к владельцу ТРК. — Александр Сергеевич, вы знали, что найденный прах рабочие выбросили, как мусор? Возможно, именно вы и отдали им приказ?

— Лиля, что за голословные обвинения! — вступился за друга Булат.

— Подожди, Владлен, дай девушке высказаться, а мне ответить. Нет, ни я, ни Мирослав не знали о решении бригадира. И если бы я имел возможность, то извинился бы перед умершим.

— Так в чем проблема? — вдруг усмехнулась магичка и схватила за руку моментально ставшего видимым для всех присутствующих призрака. — Федор! Тут хотят с тобой пообщаться.

— Здрасьте. — Мальчишка поспешно спрыгнул со стола, на котором все это время сидел и беззаботно болтал ногами, пока живые выясняли отношения.

— Боже, — выдохнул Владимирский, впервые в жизни увидевший привидение. — Как живой! И вы его можете касаться?

— И вы тоже, пока я рядом с Федей.

Мужчина несмело протянул руку — паренек, дождавшись, пока его легонько ткнут указательным пальцем, звонко гавкнул. Александр Сергеевич дернулся, а Федор засмеялся.

— Федя, веди себя прилично, если хочешь участвовать в разговоре, — пригрозила Макарова.

Булатов недовольно покосился на Лилю: он знал, что не всякому духоборцу удается сделать призрака не то что осязаемым, а и даже видимым для окружающих. Поэтому оборотню очень не хотелось, чтобы невеста сына демонстрировала свои способности, пускай даже и перед другом семьи.

— Итак, Александр Сергеевич, вы хотели что-то сказать Федору.

Владимирский быстро справился с растерянностью:

— Федор, не знаю вашего отчества…

— Николаевич я, — перебил олигарха призрак.

— Федор Николаевич, приношу извинения за действия своих людей. И хочу как-то компенсировать нанесенный вашим останкам вред. Например, устроить пышные похороны, установить дорогой памятник…

— Ага, и позолоченный гробик, обитый кумачовым бархатом, — поскучнел мальчишка.

— Если пожелаешь, то и бархатом, — кивнул мужчина.

— Нет, с похоронами спешить не стоит, на самом деле Феде нужно другое.

— И что же, Лиля? — полюбопытствовал Владимирский.

— Федор не успокоится, пока не узнает, что случилось с родными после его смерти. Когда я отыщу данные, тогда и начнем обсуждать вопрос захоронения.

— Вам нужна помощь? Я так понимаю, молодой человек умер лет пятьдесят назад?

Макарова с подозрением посмотрела на мужчину. Интересно, на чем основывалась его догадка?

— Если хотите знать точно, то в сорок первом, в дни оккупации города.

— Тогда найти будет легко — в нашем архиве предостаточно документов периода Отечественной войны, которые освещают помощь горожан фронту, проведение эвакуации и мобилизации населения в армию, а также формирование народного ополчения, партийного и комсомольского подполья. Также можно поискать в областном архиве, который содержит документы с тысяча семьсот восемьдесят девятого года.

— Ого! Откуда вы все это знаете? — восхитилась Лиля, а Богдан тихонько хмыкнул.

— А я по первому образованию учитель истории. Порой хочется вспомнить молодость, покопаться в пыльных документах. — Владимирский неожиданно подмигнул: — Так что, если ничего не найдете, обращайтесь, я с удовольствием помогу.