Груз 209-А - Илья Слобожанский

– Так точно. Думаю.

– Серега, – Виктор Павлович сурово смотрел на подчиненного. – Мы не на прогулке. Нам некогда. Поигрался и хватит. Оставь зверье в покое.

– Это не зверье. – Сергей собрал колышки. – Чимтаа наши союзники. Умные, хитрые и бесшумные. А еще… они умеют говорить, только не каждый может услышать.

– Не дури, парень. – Голос офицер стал жестким. – Здесь командую я. А ты…

Холодный нос ткнулся в затылок. Подполковник втянул голову в плечи, выпучил глаза. Вожак жалобно заурчал, положил морду на плечо. Офицер перестал дышать, покрываясь холодным потом. Следом за вожаком вышла самка, улеглась рядышком с человеком и принялась тереться мордой о ноги, издавая утробно клокочущие звуки.

– Ну так что, поможем? – Сергей не спешил отгонять чимтаа.

– Хорошо-хорошо, – согласился Виктор Павлович. – Только ты им скажи – пусть держатся от меня подальше. Не нужно всего этого. Я же, ну… понимаю, дети и все такое. Поможем, конечно, поможем.

Двигаясь по пояс в воде, Сергей и Сашка добрели до перегородившего ручей дерева. Огромный, поросший мохом ствол острыми сучьями расчесывал воду, собирал в небольшой заводи листья, траву и ветки.

– Ого, ничего себе дровеняка! – Сашка рассматривал едва заметные под толстым слоем мха шипы. – А это бревно с сюрпризами. Сдуру полезешь, и тю-тю пальчики. Ты глянь, будто кто-то гвоздей набил.

– Туда смотри, – Сергей указал на просвет между кустов. – Кажется, поляна.

– Да откуда ей взяться? – Санек умылся. – Не было тут поляны. Я сверху смотрел. Куда ни глянь – кусты да деревья. Слышь, Серый, а ты зачем колышки резал?

– Чимтаа кое-кого показали. И этот кое-кто босой ходит.

– Кое-кто, кое-кого. Когда показали?

– Говоришь, не было поляны?

– Не было.

– Что-то здесь не так… – Сергей побрел к берегу. – Я тоже смотрел и тоже не видел, а она есть.

С высоты холма поляна действительно не просматривалась, и неудивительно. Кто-то плетеными из лиан канатами наклонил, стянул друг к другу макушки деревьев, спрятал от посторонних глаз как поляну, так и постройку за проволочной оградой. Высокая трава, колючие кусты зеленой стеной закрывали бревенчатую избушку с покатой крышей.

– Ни фига себе, – прошептал Санек, осматривая нити проволоки, закрепленные на толстых кольях. Странная изгородь тихонько гудела, предупреждая, «лучше не соваться». – Ты что нибудь понимаешь? Откуда здесь вот такое?..

– Разберемся, – пообещал Сергей и полез на берег.

– Интересно, как ты это сделаешь? – Сашка последовал примеру друга, но не по-пластунски, а хватаясь руками за склонившиеся к воде ветки. – Вот дрянь, – выругался Санек и принялся вытирать о траву измазанные руки. – Что за…

– Не шуми… там кто-то есть.

– Глорики? – Санек спрятался за кустом.

– Урсы. Шестипалые фанатики.

– Кто?

– Сиди, не высовывайся, затихарись и следи за избушкой.

Сашка «затихарился» в метре от изгороди, не высовывался, следил за избушкой. Поют птички, в воде плещется рыба. Санек даже заскучал от безделья, ни тебе мошку на лбу прихлопнуть, ни отогнать назойливую муху. Никто не пищит, не ползает и не жалит, будто вымерли.

«И куда это Серега рванул?» – думал Санек, искоса поглядывая на спускающегося к столбу по едва заметной нити длиннохвостого не то паука на четырех толстеньких лапках, не то ящерицу с волосатым паучьим тельцем.

Диковинный обитатель местной фауны ловко пробежал по столбу, потянулся лапками к проволоке и… вспыхнул синим огнем, свалился замертво. «Добегался, – заключил Санек, наблюдая, как от ящерицы-паука поднимается тоненькая струйка дыма. – Вот так и живем. Ползаем, суетимся, строим планы на будущее, а потом раз…» – философские размышления прервал скрип отворившейся двери. В дверном проеме появился человек. Чернокожий рослый мужчина лет сорока, а может, и больше. Бритая голова, голый торс, серые, рваные на коленях штаны, босой, в руках длинноствольный, с оптикой прицела, бачзер. Бритоголовый сбежал по крутым ступеням, что-то гаркнул на непонятном Саньку языке и неторопливо, в развалку, двинулся к ограде.

– Мы так не договаривались, – прошептал Сашка отползая к колючим веткам китойя.

– Хакка укутаппа! – окликнули бритоголового. – Акайн уллу, акайн!

– Куттунавва! – ответил бритоголовый и пошел обратно.

Санек высунулся, проводил взглядом удаляющегося человека. Вся спина урса, или кем он там был, изрисована причудливыми узорами шрамов. Овалы, крестики и закорючки сплетались в замысловатый рисунок вокруг большого, на полспины, иероглифа в форме недостроенного домика с покосившейся крышей и двумя печными трубами. Недостроенного – это потому, что правая стена-палочка отсутствовала, и казалось, крыша висит, чуть наклонившись.

– Да-а-а, – выдохнул Сашка. – Натерпелся, поди, пока резали. И на кой оно тебе?

– Санек, – позвали от ручья. – Пошли.

– Куда?

– Иди за мной, только тихо.

Бойцы обогнули лагерь урсов с противоположной стороны и вышли к узкой тропинке. Сергей втыкал в землю колышки, прикрывал травой. Сашка озирался, нюхал воздух, прислушивался. Как и минуту назад, так же звонко и громко щебетали птицы, пахло ванилью.

– И что это будет? – глядя на колышки, спросил Санек. – А не проще всех грохнуть по-тихому? Забрать ну… этих… зверенышей.

– Не проще. Урсы нам не враги. Убивать людей вера запрещает.

– Тогда я вообще ничего не понимаю. Зачем все эти заморочки? Позовем караульного, скажем… так, мол, и так, отдавайте…

– Ага, если успеем что-то сказать.

– Так… вера запрещает. Ты же сам сказал – нельзя им людей убивать.

– Урсам нельзя, а чингарам можно.

– Откуда в этой дыре наемники?

– Не наемники – контрабандисты, понял? Здесь база, врубаешься?

– Ты эту халупу базой называешь? – Сашка скривился, выказывая сомнения. – Видал я базу, на Зета-четыре. Бетонные доты, орбитальные орудия. А здесь…

– Все под землей: и орудия, да много чего. Я мачты нашел, четыре штуки. Дальняя связь. А еще взлетно-посадочные маячки. По-взрослому ребята окопались.

– Да ладно врать-то. Мачты, маячки. Где тут сядешь… на чем? Может, на домик? Придумал же такое…

– Сам ты домик… эта избушка для таких, как ты…

– И какой же я? – Сашка надулся. – Чего молчишь? Говори, что со мной не так?

– Тебе что… нечем заняться?

– Нечем, – буркнул Санек и отвернулся. – Контрабандисты, урсы, чингары. Что им тут делать? – ворчал боец, глазея куда-то вверх. – Может, птичек ловят?

– Может, и птичек. Но скорее всего, зверье отлавливают.