Эпоха Титана 2 - Артемий Скабер

Прошли мимо казармы, там горел свет в окнах. Слышны были приглушённые голоса. Ловцов загнали туда, как и приказал Патрушев.

Борис молчал всю дорогу. Только курил, одну сигарету за другой. Я тоже молчал. Мне не о чем было говорить, да и не хотелось.

Дошли до его кабинета-квартиры. Борис нащупал выключатель, свет ударил по глазам. Матросов скинул куртку на спинку стула и тут же уселся за стол. Откинулся на спинку, потёр лицо ладонями. Потом нагнулся, открыл нижний ящик стола.

Достал бутылку. Стеклянная, без этикетки. Внутри что-то прозрачное. Поставил бутылку на стол с глухим стуком. Потом достал два гранёных стакана.

Рука у Матросова тряслась, когда откручивал крышку. Мелкая дрожь, которую пытался скрыть, но не мог. Налил себе — щедро, почти до краёв.

— Будешь? — спросил, поднимая взгляд.

Помотал головой. Отрицательно. Алкоголь сейчас не нужен.

— Правильно, — кивнул Борис.

Поднёс стакан к губам и одним глотком осушил половину. Жадно, как воду в жару пьют. Потом поморщился. Поставил стакан на стол, выдохнул шумно, со свистом.

— Правильно! — повторил громче, словно убеждая сам себя. — Башка должна соображать. — Выдохнул ещё раз и занюхал рукой.

Матросов откинулся на спинку стула. Посмотрел на меня долгим, оценивающим взглядом. Я стоял у двери, прислонившись к косяку. Руки всё ещё в засохшей крови Василисы.

— Расскажешь, что было на самом деле? — спросил Борис тихо, без нажима.

Не дурак, всё понял ещё в медкорпусе, когда Олег-ловец врал. Понял, что история была другой. Теперь хочет услышать правду.

Сказать правду? Проверить, насколько ему можно доверять?

Варианты снова выстроились в голове. Промолчать — значит оставить недосказанность, которая потом может выстрелить. Соврать — но Матросов умный, почувствует ложь. Сказать правду — рискованно, но…

Почему бы и нет? Интуиция, которая остановила меня от убийства Олега-ловца, сейчас говорит — скажи. Проверь Бориса. Посмотри, как отреагирует.

А если что… если что, сердце у кого-то сегодня точно остановится. Я уже тронул ядро. Сила на готове, на случай если разговор пойдёт не туда.

— Это я, — ответил коротко, глядя Матросову в глаза. — Пузатова убил я.

Пауза. Борис просто кивнул медленно, будто я подтвердил то, что уже знал.

— Не удивлён, — улыбнулся криво. — С самого начала понял. Вася бы его не так убила. У неё другой почерк. А тут… — провёл ладонью по шее, показывая движение, — чисто. Быстро.

Я молчал. Подтверждать или отрицать не было смысла. Значит он в курсе? Уже был там?

— Подробности? — Матросов налил себе ещё, но пить не стал. Просто держал стакан в руке, покачивая жидкость.

Сделал шаг вперёд, подошёл ближе. На случай, если придётся действовать быстро.

— Я прибыл, когда Пузатов уже ранил Василису, — начал говорить. — Он попытался добить. Помешал и закончил.

— Олег видел? — уточнил Борис, хотя ответ уже знал.

— Да, — кивнул я.

— Ясно, — Матросов выдохнул, наконец отпил из стакана. На этот раз не залпом — медленно, смакуя. Потом поставил стакан, посмотрел на меня. — Хороших парней себе Вася вырастила. Вон, готовы за неё жопы рвать. Врать, рисковать. — Усмехнулся. — А ты, судя по всему, им приглянулся. Раз за тебя сказки выдумывают. Спас куратора, притащил её в медкорпус, — перечислял Борис, загибая пальцы. — Да ты у них уже почти герой, Володя.

Пожал плечами. Мне было плевать на то, что они там обо мне думают.

— Когда она в себя придёт… — протянул задумчиво, глядя куда-то мимо меня. — Ох и говна Олег наслушается. Все получат. — Усмехнулся, качая головой. — По факту ты за неё отомстил… Пузатова грохнул. Так ещё и спас. Дотащил до медкорпуса, дал шанс выжить. Вася такое не любит. Ох и не любит, когда она должна.

Голос звучал с какой-то тёплой иронией. Явно знал Мамонтову хорошо. Не просто коллега — что-то большее. Друзья? Или больше?

— Я там прибрался. — заявил Матросов.

Поднял бровь. Борис, решил мне помочь? Тогда зачем был этот весь фарс? Хотя плевать. Я уже устал от разговоров, от людей, от всей этой суеты. Меньше всего меня интересовало, что там будет думать Василиса, когда очнётся. И тем более — что испытывать.

Отвалите уже от меня все. Дайте заняться ядром. Вот всё, чего я хочу сейчас.

— Чешуя связывался, — бросил Борис вдруг, и тон изменился. Стал жёстче, деловитее. Посмотрел на меня уже не как на собеседника, а как начальник на подчинённого. — Сказал, что столько дней прошло, а мы ничего не делаем. Не ищем, не проверяем. Недоволен.

— Понятно, — кивнул.

— А вот мне, Володя, нихрена не понятно! — Матросов резко повысил голос, ударив ладонью по столу.

Стакан подпрыгнул, водка расплескалась. Я напрягся, готовясь к чему-то. Но Борис не достал оружие. Просто смотрел на меня, и в глазах читалась не злость — растерянность, усталость.

— Сейчас, — продолжил, вставая из-за стола, — сейчас поедем с тобой к тому сараю. К аномальной зоне, где вас поймали. И попробуем хоть что-то узнать. Найти следы, зацепки. Что угодно, что поможет нам понять, кто за этим стоял.

— Сейчас? — поднял бровь.

— А когда ты предлагаешь? — Матросов шагнул ко мне. — Завтра? Послезавтра? Через неделю? Мы обязаны выполнять свои функции в корпусе, Володя. Нам никто специально время не выделит, мол идите, ребята, расследуйте заговор. — Фыркнул. — Не выделит. Нас загрузят работой по самые уши, чтобы мы носа не совали куда не надо.

Пауза. Перевёл дыхание, провёл рукой по волосам.

— Пока тут суматоха, — продолжил уже спокойнее, — пока Патрушев приходит в себя и пытается прикрыть свою жопу, переписать отчёты, свалить вину на кого-то… Время идеальное.

— Хорошо, — кивнул я. — Поехали.

Борис открыл шкаф, достал автомат. Проверил затвор, повесил на плечо. Потом достал пистолет, сунул за пояс. Гранаты — две штуки, в карманы куртки, что уже забрал со стула. Мне протянул ещё один автомат.

— Держи.

Взял оружие. Проверил магазин — полный. Борис направился к двери, последовал за ним.

Погань. Похоже, ядром мне сегодня заняться уже не судьба. Ещё одна ночь потрачена не на то, что важно. Не на развитие силы, не на работу с Титаном внутри, а на людские дела, разборки, суету.

Отправились к легковой машине. Залезли внутрь. Сел на пассажирское сиденье. Пружины продавились под весом, что-то скрипнуло. Места действительно мало, особенно для моего роста. Колени упирались в переднюю панель, голова почти касалась потолка. Борис протиснулся за руль, пристроил автомат между сиденьями.

Ключ в замке зажигания. Повернул.

Двигатель завёлся не сразу — пару раз чихнул, кашлянул, потом всё же схватился. Заурчал громко, неровно. Матросов дал газу, прогревая мотор, потом включил передачу.

Мы поехали.

Выехали из гаража, покатили по