Шаман - Алексей Калугин

– Улыбочку, Генрих!

– Что?…

Орсон щелкнул затвором крошечного фотоаппарата, ослепив Зунна яркой вспышкой.

– На память о нашем удивительном путешествии! – сообщил квестер, пряча фотоаппарат в карман.

– Верно! – воодушевленно взмахнул рукой Зунн. – Крис, вы поступаете абсолютно правильно! От нас потребуют неоспоримых доказательств того, что с помощью магии можно изменить реальность!..

– Жаль вас разочаровывать, Генрих, – сказал Осипов. – Но боюсь, что магия здесь абсолютно ни при чем.

– Но вы же сами видите! – Зунн описал рукой широкий полукруг, охватывающий большую часть окружающей их водной глади.

– Нам и прежде доводилось видеть нечто подобное, – извиняюще улыбнулся Орсон. – В тот раз, когда мы встретились с вашим отцом, мы спустились в колодец в пустыне Гоби, а выбрались из него посреди Гватемалы.

– Но чем вы можете это объяснить, если не магией?

– Полагаю, все дело в пакале… В той пластинке с изображением варана, что вы отдали Ною… Кут-малчера, так, кажется, он ее называл?..

– Я понял, о чем идет речь, – кивнул Зунн.

– Так вот, эти самые пакали обладают удивительными свойствами. Будучи сложенными вместе, они способны перенести человека или даже группу людей в какое-то другое место. Они могут изменять течение времени. Могут выбросить сгусток мощной энергии. «Серым», которых Ной называет кутяара, хорошо известны все эти свойства пакалей, и они активно ими пользуются.

– Мункумболе ничего не делал с кут-малчера.

– Он и не мог с ним ничего сделать. Требуется определенная комбинация из двух или большего числа пакалей для того, чтобы проявились их скрытые свойства.

– Но у нас всего один пакаль!

– Боюсь, у нас нет ни одного, – сказал, приблизившись, Камохин.

– Пакаль у мункумболе. – Зунн кивнул в сторону старика, стоявшего в стороне и наблюдавшего за тем, как Лиам карабкается вверх по стене.

– Уважаемый! – окликнул аборигена Камохин. – Вы не дадите нам ненадолго пакаль?

– Кут-малчера, – уточнил Осипов.

– Нет, – даже не обернувшись, мотнул головой Ной.

– Нам очень нужно взглянуть на него.

– Нет! – еще более решительно ответил отказом абориген.

Зунн недовольно сдвинул брови:

– Будьте благоразумны, Ной! Мы не собираемся забирать у вас кут-малчера! Нам нужно только удостовериться в том… – Зунн запнулся, не зная, что сказать.

– Что с ним все в порядке! – быстро закончил Орсон.

– Именно! – Зунн с благодарностью улыбнулся квестеру.

На этот раз Ной повернулся, оперся на копье и посмотрел на белых странным, не то насмешливым, не то и вовсе презрительным взглядом.

– С кут-малчера все в порядке, – сказал он, не двигаясь с места.

– Но мы хотим сами в этом убедиться!

– Кут-малчера – родовой тотем моего племени. Белые люди не должны касаться его.

– Но я уже держал его в руках! – возмущенно воскликнул Зунн.

– И я тоже, – сказал Осипов.

– Тогда было можно, теперь – нельзя. – Ной снова мотнул головой из стороны в сторону.

– Вам не кажется, что Ной старательно изображает из себя аборигена-дикаря, каким его представляют себе глупые белые люди? – поинтересовался у остальных Орсон.

– Точно, – кивнул Брейгель. – Бамалама, он водит нас за нос!

– Но почему? – непонимающе развел руками Зунн.

– Потому что у него нет пакаля, – криво усмехнулся Камохин.

– Где же он тогда?

– У «серого», разумеется. Шаман только делал вид, что хочет поймать кутяара. На самом деле он с самого начала собирался отдать ему пакаль. Весь его расчет, как я понимаю, строился на том, что, заполучив пакаль, «серый» непременно им воспользуется и откроет себе и нам дорогу на этот островок, затерянный неизвестно где. Так что извини, Генрих, но Док-Вик был прав – колдовством здесь даже и не пахнет.

– Зачем тогда нужен был обряд с лягушками?

– Нужно было протянуть время до того, как погаснет свет.

– Ошибаешься. – Абориген по-прежнему стоял в стороне. Но теперь он повернулся лицом к тем, с кем разговаривал. – Может быть, я и не знаю, как открыть проход во Время Сновидений, но я знаю, что такое везение и невезение. Мне известна их природа, я понимаю, откуда они берутся. И мне известны способы, как привлечь удачу и отогнать неудачу. Нам всем нужно было объединить свои мысли и стремления. Чтобы желание одного стало общим желанием. А удача каждого стала удачей для всех. Люди моего племени нередко прибегают к совместной медитации, которую проводит мункумболе.

– Например, когда собираются убить кого-то из другого племени с помощью туми, – добавил Зунн.

– И в этом случае тоже, – не стал отрицать Ной. – Плохой человек, совершивший недобрый поступок, должен быть наказан. И лучше, если это сделает туми.

– Чем смерть от туми лучше смерти от нулла-нулла?

– Туми дарует чистую смерть. Человек понимает, почему он умирает, и его душа спокойно воссоединяется с душами предков.

– Так у нас есть пакаль или нет? – положил конец схоластической дискуссии Орсон.

– У меня – нет, – ответил Ной.

– А он нам нужен? – спросил Зунн.

– Пакаль – это дополнительные очки в Игре, – объяснил ему Брейгель.

– Мы сейчас участвуем в Игре? – крайне удивился Зунн.

– Игра никогда не заканчивается, – усмехнулся Брейгель. – Так что не расслабляйтесь, Генрих. В любой момент может объявиться Мастер Игры, который начислит вам штрафные очки, например, за утерянный пакаль. Это он любит.

– И что тогда?

– По ситуации.

– Я вижу стену! Высокую белую стену!

Все посмотрели наверх, откуда раздался крик.

Лиам уже успел добраться до самого верха скалы. Сейчас он стоял на округлой вершине, широко расставив ноги, и размахивал над головой руками.

– Он видит стену, – с улыбкой повторил Ной. – Это Страна Совершенства.

– Страна Совершенства во Времени Сновидений. – Орсон озадаченно покачал головой, так, будто ему никак не удавалось решить простую на первый взгляд логическую загадку. – С ума сойти!

– Лиам! – крикнул Камохин. – Далеко до стены?

– Она почти у горизонта! – ответил абориген.

Камохин посмотрел на солнце.

– Сейчас около пяти.

– Без четверти пять, – уточнил Ной.

– До заката не доберемся.

– Нет, – согласился Ной.

– Лиам! Скала, на которой мы находимся, со всех сторон окружена водой?