Шпага императора - Вячеслав Коротин

– Но Тихон говорил, что вы в ополчение собрались…

– Да не в бой же – ратников обучать, хоть какая-то польза от меня Отечеству будет. Так возьмёшь?

– С превеликим удовольствием, Сергей Васильевич! Он в моей команде… – Я вскочил. Безо всякого зеркала почувствовал, как краска заливает лицо. – Великодушно прошу меня простить, но вынужден временно отлучиться – нужно как-то устроить моих людей.

Во стыдуха! Как Настю увидел – последний ум потерял, обо всём забыл. И про то, что мои товарищи по оружию, возможно, до сих пор у порога с ноги на ногу переминаются, тоже.

– Успокойся! Неужели ты мог подумать, что в моём доме солдат, едущий с войны и на войну, может оказаться неустроенным? Я еще как только в окно тебя увидел, сразу необходимые распоряжения отдал. Так что твои ребята уже сытыми потихоньку становятся. И лошади ваши тоже.

– Весьма благодарен, Сергей Васильевич! – У меня с души немедленно свалился неожиданно взгромоздившийся на неё камень.

– Да и ты, Вадим, иди отдохни, перекуси с дороги – до обеда ещё далеко. А то вон, хоть Настя и молчит, как мне обещала, но глазами так и ест старика отца. Забирай своего благоверного, дочка, я пока с Алексеем побеседую.

Довольная Анастасия Сергеевна немедленно повлекла меня из отцовского кабинета. Как только мы оказались за дверью, торопливо огляделись, чтобы никто не увидел, и снова сплела руки у меня на шее… Какие нежные всё-таки у неё губы!

– Настюш! Давай всё-таки сходим, посмотрим, как мои ребята устроились. А то я нервничать буду – десять минут всего займёт. А?

– Ну что же с тобой поделаешь, – лукаво улыбнулась супруга. – Придётся поделиться вниманием мужа с его солдатами, чтобы потом он смотрел только на меня и думал только обо мне.

– Можешь не сомневаться – весь твой до завтрашнего утра.

По отдельной комнате гаврикам, конечно, не отрядили, но ночлег на сеновале, да ранней тёплой осенью…

Гаврилыч, вежливо поздоровавшись с Настей, бодро отрапортовал, что всё в порядке, люди накормлены и устроены.

– Здравия желаю вашему благородию! – подошёл сюда же Егорка.

– Здравствуй, Егор Пантелеевич! Очень рад тебя видеть, – искренне поприветствовал я казака. Действительно, очень приятно было встретить этого лихого уральца, который научил меня держаться в седле.

– Вадим Фёдорович, дозвольте с вами на войну… Господин подполковник сказали, что всё от вашего решения зависит, – смущённо попросил Егорка.

– Ну, раз сам с нами хочешь, с удовольствием приму в отряд такого бойца.

– Вот что, мужчины, – вмешалась в разговор Настя, – вы уж тут свои дела решайте поскорее. Даю полчаса. А через это время мой муж должен быть свободен. Не буду мешать. Егорушка, напомни, если Вадим Фёдорович увлечётся.

– Пренепременно, Анастасия Сергеевна, – с лёгкой улыбкой поклонился казак.

Я решил чуть проводить любимую.

– Солнышко, я тебя очень люблю, но не отдавай, пожалуйста, команды моим подчинённым в моём присутствии, ладно? Через четверть часа я в твоём полном распоряжении. – Я чмокнул супругу в бархатную щёчку и вернулся к своим бойцам.

И попросил уральца распорядиться насчёт того, о чём давно истосковались и тело и душа – о бане.

– Так топится уже, ваше благородие, – ухмыльнулся казак. – Нешто мы без понятия, что для русского человека в дороге главное. А там и Тихон вернётся – уж он вас по самому первому рангу отпарит!

О да! Мастерство этого «инквизитора веника и пара» не забудешь. И при первой же возможности попросишься под «пытки» повторно. Причём совершенно ни разу не являясь мазохистом – просто знаешь, что несколько минут пребывания в «аду» обернутся райским блаженством.

– Спасибо, Егор Пантелеевич! А ты пока знакомься с будущими братьями по оружию.

– Да уже познакомились. Однако ещё поговорить будет невредно. Разрешите к ним идти?

– Ступай, конечно.

Ну, вот я и свободен – пяти минут хватило. Могу с лёгким сердцем отправляться к жене. Потом пообедаем, а вечерком Тихон…

Вот блииин! Тихон вернётся с результатами второго урожая моих «элитных» сортов пшеницы и гороха.

Какой я всё-таки дурак!

Очень смачно сказал персонаж Александра Малинина в последних «Старых песнях о главном», из тех, что я успел посмотреть в «том» времени: «Любовь – это вам не просто там!.. Любовью надо заниматься!»

Ладно – из предложенных мной в прошлом году семян выросли соответствующие колосья и стручки. Но ведь с ними «занимались любовью» и местные пшеница с горохом. Посредством ветра, пчёл и тому подобной «мухоты летающей». И их пыльцу по местным растениям разнесли. Ладно, если нечто среднее выйдет – хуже бы не стало: эта «продажная девка империализма» генетика на такие шутки способна – только держись. Я, конечно, с этой «дамой» очень поверхностно знаком. Но знаю примеры её вывертов, когда «плюс на плюс» или «плюс на ноль» дают минус.

Это вам не математика – это особая НАУКА! Тут всего не предусмотришь, природа формальной логике не подчиняется. И чем сложнее объект изучения, тем хуже он «обсчитывается», тем больше фордыбачит относительно теоретически предполагаемого…

«Моя» пшеница, конечно, плодовитее местной, но фиг его знает – не выкинули ли из её ДНК-ген, способный противостоять местному долгоносику, который давно уничтожен химией двадцатого века. Не так буквально, конечно, но в этом смысле…

К тому же, например, собачники предпочитают вязать своих мраморных догов с чёрными, а не с такими же мраморными[3]. Потому что во втором случае четверть щенков рождается белыми, а они нежизнеспособны.

И совершенно не факт, что пыльца от моих двудольных и однодольных благотворно скажется на местной флоре.

Хотя теперь переживать поздно – раньше думать надо было, прогрессор хренов. Камень брошен, круги по воде пошли. Будущее покажет. Хотя, если что худое приключится, то проявится не сейчас и даже не в следующем сезоне. Буферность полей Сергея Васильевича по сравнению с этой экспериментальной делянкой огромна, так что ничего фатального произойти не должно. Да и не конкретную же заразу я из двадцатого века притащил.

Ладно, проехали – меня жена ждёт.

– Ты чего стучишься в собственную спальню? – лучисто улыбнулась Настя, когда я зашёл. – Опасаешься застать меня в объятиях другого мужчины?

Вот огорошила вопросом. Стою и таращу глаза, как даун. А что отвечать? Навскидку-то…

– Разобрался со своими проблемами? – милостиво сменила тему супруга.

– Почти.

– Что значит «почти»? – приподняла свои собольи бровки госпожа Демидова. – Опять сейчас убежишь?