Сплетающий Души - Кэрол Берг

Между тем широкий коричневый человек и костлявый черный бегун изучали наших лошадей. Они не прикасались к ним. Только нюхали их шкуры, осматривали ноги, бока, поджилки, хвосты и копыта, заглядывали в глаза, словно пытались прочесть их мысли. Вроун больше интересовался Паоло и мной, сидя между нами, вертя головой и наблюдая за нашими лицами, пока мы орали друг на друга.

Исчерпав запасы красноречия, мы взобрались в седла, словно одновременно об этом подумали, и двинулись по слякотному берегу к дороге. Вроун с друзьями потрусили следом. Когда я повернул по тракту к северу, все трое исчезли.

Паоло приставил ко лбу ладонь козырьком и уставился на дорогу, словно они не растворились в воздухе, а просто очень быстро убежали.

— Может, им не глянулся наш рацион? Кажется, тот, толстый, не склонен пропускать обеды. Как думаешь, не за едой ли они ушли?

— Вряд ли. Они же пришли не затем, чтобы вытаскивать меня из неприятностей.

Правда, я и понятия не имел, в чем настоящая причина их появления, и испытывал слишком сильное облегчение, чтобы ломать над этим голову. Глупо так злиться из-за пустяков. Безрассудно. Опасно. Почему эта ерунда так тревожит меня? Нет никакой разницы, что думает обо мне Паоло.

Не успели мы проехать и лигу, как вспышка зеленого света вспорола воздух прямо у нас на пути. Я не слишком удивился, снова увидев троицу наших приятелей. Однако теперь Вроун и широкий человек ехали верхом, в то время как бегун рысил рядом на своих длинных тонких ногах.

Коричневый протянул мне тряпичный ком.

— Ваше?

Я придержал Ясира и взял сверток. Все остановились и окружили меня, пока я расправлял ткань. Это был мой плащ.

— Да, — ответил я. — Спасибо. Как вы?..

— А это, стало быть, другого? — предположил бегун своим рокочущим голосом, передавая Паоло туго набитую серую седельную сумку.

— Так как вы их заполучили? — спросил я подозрительно — я не понимал, как они могли проскользнуть мимо принца или Раделя. — Там все еще были люди? Что там происходит? Моя мать… женщина с волосами того же цвета, что и у меня… была ранена. Вы видели?..

— Большие чары творились, — ответил Вроун. — Сквозь них мы не видим.

Большие чары… целительные, как я надеялся. Я не обратил внимания на мрачный взгляд Паоло и постарался сосредоточиться на том, что происходит здесь и сейчас. Матушке я ничем помочь не мог.

— Значит, вы просто зашли внутрь и взяли наши вещи, пока никто не видел?

— Мы умелые добытчики! — сообщил Вроун, и все трое уже знакомым образом озорно расхохотались. — Никто нас не видел.

Паоло уже открыл сумку и вытащил оттуда пригоршню галет. Почти поднеся первую ко рту, он остановился и предложил ее бегуну, который уставился на сухую еду блестящими янтарными глазищами, распахнутыми еще шире, чем обычно.

— А ты не голоден?.. Э-э… Прости, я не знаю твоего имени?

Бегун жестом отказался от галеты и поклонился. Его иссиня-черная кожа сверкала, словно полированный оникс.

— Ни одно имя пока мне не принадлежит. Меня не одарили именем.

Паоло вгрызся в галету и некоторое время жевал, глядя, как длинный человек пальцем ноги чертит круги по грязи.

— У каждого должно быть имя. В наших краях у тебя есть имя, даже если ты вообще никто.

— Если б я мог владеть именем, я думаю, оно звучало бы как Занор, — произнес бегун, задумчиво покачав головой. — Я чувствую это имя. Но меня еще не одарили им. Возможно, когда-нибудь, если я буду жить праведно.

— Никто здесь не станет одаривать тебя именем. Если хочешь, чтоб тебя так звали, просто скажи. — Паоло передал мне мешок с едой. — Не думаешь, что его следует звать Занором, если ему так хочется?

Я выбрал пару галет и пожал плечами.

— Я буду звать тебя Занор. Как тебе угодно.

Казалось, черный бегун вырос на пару ладоней прямо у нас на глазах. Он поклонился сначала мне, а потом Паоло, подметая пыльную дорогу колючей серебристой шевелюрой.

— Вы оказали мне несказанную честь, одарив именем, великий хозяин. И я благодарю вас за вашу доброту, могучий наездник.

Паоло густо покраснел.

— Меня зовут Паоло. А имя Занор означает что-нибудь особенное, или это как у меня — просто имя?

— О сэр, Занор — это не «просто имя». Любое имя — это не «просто имя». Имя — это реальность. Здешность. Имена определяют.

Он широко улыбнулся, как будто этим все объяснил.

После того как я проглотил последние крошки галет и запил их тепловатой, мутной водой, мое настроение изрядно улучшилось. Я предложил флягу человеку со сверкающей кожей. Он был настолько шире своей костлявой клячи, что казался филином, сидящим на суку. Он радостно глазел на своих приятелей.

— Полагаю, найдется имя, которое нравится и тебе?

Готов поклясться, рыжие клочья волос на его коричневой голове зашевелились от восторга.

— Об.

— Ну, значит… Об… Спасибо тебе за помощь. Выпей, если хочешь.

— Польщен.

Хоть он произносил всего по слову за раз, они казались куда более весомыми, чем у других людей. Отказавшись от воды, он разразился смехом и закачался из стороны в сторону, отвесив самый низкий поклон, какой только можно было изобразить, не упав с лошади.

Все трое упрашивали нас сказать, что еще они могут для нас раздобыть. Мне не хотелось жадничать, поскольку я предчувствовал, что их «добыча» дорого обойдется нескольким перепуганным селянам. Две лошади, на которых они ехали, хоть и не отличались особыми статями, без сомнений прежде кому-то принадлежали.

— Пока ничего не надо, — ответил я. — Разве что вы могли бы перенести нас отсюда, как в тот раз. Я хотел бы попасть в страну моих снов, место, где я видел вас, — с черно-пурпурным небом.

Все трое глубоко, удовлетворенно вздохнули.

— О, так далеко мы вас перенести не можем, — ответил Вроун, ухмыльнувшись так широко, что кожа над его отсутствующим глазом вся сморщилась. — Вы найдете свой собственный путь туда… если вы тот самый. Если нет, вам это не удастся.

— Если я тот самый кто?

— Тот-кто-нас-определяет. Кто дает нам имена. Его пришествия все ждут с нетерпением.

— Я понятия не имею, о чем вы говорите. Я видел вас троих во сне — вы знаете об этом?

Они переглянулись с непонятным выражением на лицах.

— Мы пришли в поисках сновидца. И долго мы искали, слушая истории о королях и правителях. Следуя. Надеясь узнать его. Мы почувствовали, что нам нужно срочно явиться в разоренный оплот, и там мы нашли вас! Вы не испугались, и потому мы поверили, что вы и есть тот, кого мы ожидаем. В вас есть…

— Целостность, — заключил Об.