Хренодерский переполох - Татьяна Андрианова

Из-за тумана пришлось наклониться к самой водной глади, рискуя быть схваченным за нос кем-нибудь особо предприимчивым, внезапно выпрыгнувшим из воды. Поэтому Валсидал держал ухо востро и, крепко сжимая древко импровизированного оружия, был готов применить его по назначению. Но кто бы ни проживал в толще озерной воды, он не спешил проявить свое присутствие, если наблюдал за гостем, делал это молча и пассивно. Постепенно вампир успокоился, но не забыл, что осторожность превыше всего. Сначала он помолился Темной Госпоже, чтобы даровала сил своему смиренному и недостойному последователю. Затем принялся вычерчивать рунические знаки вызова прямо палкой по воде, внося новое понятие «палкою по воде писаны». Делать это рукой он не решился, сунешь палец, а там за него кто-нибудь — цап. Перстов, конечно, у каждого много, но разбрасываться ими все же не стоило.

В результате своих усилий Валсидал получил ту же гладкую водную поверхность, что и до своего появления на берегу. Оставалось надеяться, что вызов демона удастся. Тут еще надо было не ошибиться в формуле. Вампир закатил глаза, глубоко вздохнул и начал замысловатый речитатив.

Сначала ничего не происходило. Туман все так же плотным покрывалом стелился по воде. Иногда из-под воды высовывалась чья-нибудь клыкастая морда и с любопытством вперивала взгляд выпученных глаз в мерно раскачивающуюся в такт своим словам фигуру. Вампир невольно вздрагивал от неприятного ощущения пристального взгляда, явно мысленно прикидывающего, каков вампир на вкус. Скорее всего, он приходил к выводу, что наличие большого количества костей в мясе не так уж и плохо. Затем поверхность воды очистилась, туман расступился, образуя четкий овальный контур, наподобие рамы большого зеркала, и в воде отразилась следующая картина.

Посередине темной, мрачной комнаты со стенами, с которых клочьями свисали какие-то тряпки (судя по остаткам рисунка, ранее они гордо именовались гобеленами), были установлены два шеста. В резных деревянных палках из дорогого дерева, заботливо покрытого лаком, Валсидал с удивлением узнал часть основания собственной кровати. Просто раньше в конструкции столбов было больше, и с верхних перекладин вниз спускался дорогой бархат, служивший балдахином. Вампир с ностальгией вспомнил, как когда-то няня, перед тем как задернуть на день тяжелую темно-зеленую материю, рассказывала страшную сказку, и маленькому вампирчику казалось, что за балдахином притаились чудовища с осиновыми кольями. Теперь же столь дорогие столбы служили опорой для гамака, сооруженного из ткани и шнуров балдахина. На заднем плане располагался камин, сложенный из камня и облицованный белым мрамором с зелеными прожилками. Мастерство неизвестного каменщика было настолько высоко, что прошедшие со дня постройки века ничуть не повлияли ни на облицовку, ни на состояние камина, в котором весело потрескивали дрова. Неверный свет от огня выхватывал из темноты фигуру, беззастенчиво дрыхнущую в гамаке.

Спящий субъект обладал рогами, копытами, хорошо развитой мускулатурой торса и явно не по размеру черными атласными пижамными штанами. Последний факт особенно разозлил Валсидала, так как штаны тоже принадлежали ему.

— Мерб! — как можно более грозно возопил он, но тут же понял, что переоценил силу своих голосовых связок и закашлялся, чем смазал весь эффект.

Впрочем, внезапный вопль хозяина если и не был громовым, как рассчитывал вампир, то, по крайней мере, мирно посапывающий домашний демон его явно не ожидал.

— Хозяин? — удивленно вскричал тот, резко подпрыгивая на своем импровизированном ложе.

Разумеется, тут же перевернулся и грохнулся на пол. Послышалась какая-то возня, и придушенный голос демона, изрядно потерявший в децибелах, поинтересовался:

— Вы где?

— На Чертовом персте, — с лёта срифмовал Валсидал. — Найди зеркало, придурок.

Мерб завертелся, как уж на сковородке, постоянно натыкаясь на различные предметы обстановки.

— Где ж я вам его найду? — в отчаянии вскричал он. — Может, в другой комнате пошуровать?

— Отставить! — рявкнул вампир, не без основания полагавший, что поиски зеркала могут затянуться, а задержка может ему очень дорого стоить. — Кстати, а почему ты в моей комнате? И что это за взрыв дизайнерской фантазии на моей кровати? Думал, я не вернусь?

— Да… Нет… Не знаю… — проблеял окончательно деморализованный демон. — Так ведь замок разрушен.

— Что?!

— Да-да, — жалостливо всхлипнул Мерб, утирая лицо несчастными остатками гобелена, отчего оно чище не стало. — Как только всех вампиров истребили, пришли какие-то люди, вынесли все, что могли, сожгли все, что горело, а большую часть камня растащили на собственные нужды. Осталось только несколько комнат под завалами. Вот я в них и живу. А что делать? Я привязан заклинанием. Хорошо еще хоть что-то уцелело, иначе пришлось бы жить на развалинах, как призраку какому-то.

— И ты не вступился за хозяйское добро?

— А я что? Их вон сколько было, а я всего лишь демон. Вас, вампиров, целая армия была, и то проиграли.

— Ладно. Об этом мы поговорим позже. Надеюсь, свои знания ты не утратил?

— Я весь превратился в слух, хозяин, — заискивающе молвил демон.

— Хорошо. Я хочу знать кое-что об упырях… — начал Алукард и задумался, как бы половчее обрисовать проблему, не особенно вдаваясь в подробности.

Очень не хотелось, чтобы Мерб кому-нибудь рассказал о неудачной инициации упырицы.

— Ты когда-нибудь слышал, чтобы восставшая из гроба упырица вместо того, чтобы целовать ноги своему создателю, била его лопатой?

Сказал — и словно камень с души свалился. Все-таки зря он пренебрегал чтением некоторых книг в замковой библиотеке. Думал, что никогда не опустится до перерождения человека в кровососа, а вот нет. Теперь, когда знания были жизненно необходимы, взять их можно было только у домашнего духа, и то, если удастся вызов — зеркала под рукой не было, а к водной глади не всегда подступишься. Не побежишь же через половину леса только чтобы задать очередной вопрос.

Демон задумчиво почесал меж рогов пятерней, украшенной острыми блестящими когтями.

— Впервые о таком слышу, — после минутного молчания изрек он. — Ни в одной из прочитанных мною книг такой случай не был описан.

— То есть раньше такого не случалось, — заметил Валсидал.

— Почему же? — противореча сам себе, заявил Мерб. — Раньше я никогда не проводил специального исследования по созданию упырей. Сами знаете, в роду Алукардов превращение людей в питающихся кровью себе подобных никогда не считалось благим делом. В большинстве своем это вообще была запретная тема, и в замковой библиотеке просто могло не оказаться нужной книги. Хозяин, — в янтарных глазах демона вспыхнуло неприкрытое любопытство, — а вы создали упырицу и она вас стукнула? Да?

«Я тебя сам сейчас стукну!» — хотел было крикнуть раздраженный Валсидал, но в этот момент из центра круга выскочила какая-то тварь со змеевидным телом и нагло вцепилась прямо в низко склоненный вампирский нос. Валсидал выругался нецензурно и со слезами на глазах оторвал рычащую скользкую тварюшку с пострадавшей части лица.