Оружейник - Вячеслав Шалыгин

Совещание в альфа-сети продлилось довольно долго. За это время путники успели выйти из леса на поле, заросшее густой, но мелкой и низенькой, словно постриженной под машинку, травой. Происходи все в привычном мире, Андрей решил бы, что путников занесло на поле для гольфа. Но здесь в гольф, похоже, не играли. Нигде на этом идеальном поле не было ни флажков, ни лунок, и клюшки никто не развозил. Это было просто идеальное поле. Ни для чего. Оно простиралось, насколько хватал глаз, к западу от леса, и единственное, что нарушало его зеленую гладь, – группа старых, могучих деревьев, издалека напоминающих узловатые вязы.

Это и была Роща Вечности, которую путники заприметили еще с перевала. При взгляде от земли, даже с большого расстояния, грандиозные «вязы» производили еще более мощное впечатление. Андрей никогда не видел таких деревьев. До них не меньше километра, а они уже подавляли своим величием. Верхушки самых древних и могучих дотягивались, наверное, до полукилометровой отметки. Сколько в них «обхватов» у основания, смешно рассуждать. Какие «обхваты»? Здесь требовались совсем другие мерки. Например, минуты, за которые можно обойти дерево прогулочным шагом. Лунёву вспомнились впечатляющие деревья в центральном парке Харькова, затем, по возрастающей, пришли на ум американские секвойи и африканские баобабы. Все сравнения никуда не годились. Роща Вечности выигрывала у всех конкурентов за явным преимуществом. Для ее «вязов» в конкуренты годились только рукотворные исполины, вроде Останкинской телебашни или небоскребов Куала-Лумпура, Гонконга и Шанхая. Раньше в сравнительном ряду могли оказаться еще небоскребы Дубая, но теперь они были не в счет. Никто толком не знал, что происходит в сердце неутихающей пыльной бури, которая вот уже полгода бушевала над эмиратом. Может быть, она давно «сточила» те небоскребы до фундаментов?

Надоедливый альфийский ветер будто нарочно подтолкнул путников в спину, и Андрею с Беляевым пришлось побороть возникшую оторопь. Они шагнули на гольф-поле и медленно двинулись в сторону Рощи. Пройдя метров двадцать, Андрей очнулся и вспомнил, что гуляет не по летнему парку. Он взял Оружие на изготовку и дальше двинулся практически приставными шагами, поглядывая то на Рощу, то на лес, из которого в любой момент мог появиться «серый».

Какое-то время спустя пришел в себя и Сан Саныч. Он подтянул отвисшую челюсть и повторно обратился к альфа-сети. Решение там приняли как раз в этот момент.

Беляев обернулся, чтобы доложить Андрею о решении альфийцев, но в этом уже не было необходимости. Звено «вертушек-стрижей» вдруг спикировало откуда-то из заоблачных высей и зависло над гольф-полем. Одна из машин качнулась с борта на борт, будто бы приветствуя путников, а затем приземлилась с ювелирной точностью. В борту «стрижа» открылся широченный люк, из него вывалился и развернулся язык трапа, и первая ступенька этого трапа оказалась в метре от ног Андрея.

В проеме люка появился Муссон.

– Я знал, что ты и здесь рулишь, – сказал Андрей. – Бортстрелка примешь в экипаж?

– Поднимайся, – Муссон махнул рукой. – Меньше слов.

– «Серого» видел? – Лунёв запрыгнул на борт.

– Там он, – Муссон плюхнулся в кресло пилота, – в зелени прячется.

– Сан Саныч, тебе особое приглашение требуется?! – крикнул Андрей, обернувшись.

– А я там… зачем?

– Нет, если хочешь, оставайся, – Лунёв сделал вид, что собирается закрыть дверь.

– Иду, иду! – Беляев торопливо поднялся на борт. – Какие шикарные кресла! Это кожа?

– Чья кожа? – Муссон настороженно покосился на пассажирские кресла.

– Забудь, – Андрей поморщился. – Сан Саныч, у тебя машина была?

– Да я как-то все… на метро… оно удобнее, – Беляев стушевался.

– Тогда понятно. Если сравнивать с метро, кресла и впрямь шикарные.

– Закрывайте, полетели! – потребовал насупившийся Беляев.

– Муссон, мою дверь не закрывай, – Лунёв уселся на пол и свесил ноги наружу, – иначе как я стрелять буду?

– Ты же выпадешь! – Беляев судорожно вцепился в подлокотники. – У меня аж пятки зудят! Андрей, вернись в салон!

– И шарфик повязать, чтобы не продуло? Расслабься, мамочка, – Андрей рассмеялся. – Я так еще в Кампучии летал.

– В Камбодже, – машинально поправил Сан Саныч. – Кампучией она четверть века назад называлась.

– Я очень…

– Да-да, – Беляев скривился и махнул рукой, – я помню, что ты очень старый, но не настолько же! В те времена ты от силы на качелях мог летать.

– Или ты не всю полку в своей библиотеке прочитал.

– В смысле?! – Сан Саныч уставился на Лунёва с неподдельным изумлением. – Так ты что-то знаешь о библиотеке?

– Не скажу.

– Почему?!

– Не все же тебе интриговать.

– Но откуда?!

– Замнем для ясности, – Андрей усмехнулся. – Вернешься, дочитай подборку, может, поймешь. Муссон, сделай круг над этим квадратом.

Лунёв указал на опушку леса. Альфиец на какое-то время «завис», видимо размышляя, как следует понимать приказ квестера – «сделать круг над квадратом», но вскоре «шестеренки зацепились», и он с пониманием кивнул. Летающая машина взмыла в воздух и заложила красивый вираж в считаных метрах от верхушек деревьев.

Увидеть «серого» не удалось, но не потому, что он классно замаскировался. На краю леса заросли были редкие, кустов мало, трава невысокая, там и сям светлели полянки. Качественно спрятаться фактически негде. Получалось, что «серый» либо отступил в чащу, либо…

Андрей автоматически положил руку на карман, где лежал «джокер». Он едва ощутимо вибрировал, подсказывая, что поблизости находится еще один пакаль. Артефакт в кармане у Муссона был не в счет – на таком расстоянии пакали как бы становились одним целым. Значит, вещица реагировала либо на второй пакаль из двух временно «альфийских», либо на пакаль «серого».

– Муссон! – Андрей обернулся. – Где второй пакаль из тех, что я отдал вам?

– Оба у меня, – пилот хлопнул по карману. – Отдать?

– Позже!

Сомнения развеялись, «джокер» реагировал на пакаль «серого». И по мере того, как «стриж» улетал в сторону чащи леса, вибрация пакаля слабела. Это означало, что «джокер» удаляется от цели. Андрей собрался было крикнуть пилоту, чтобы тот разворачивал аппарат, но Муссон и без подсказок плавно развернул машину и направил ее снова к полю. Вибрация тут же стала более ощутимой. Вывод был очевиден.

Лунёв обернулся и крикнул, перекрывая шум ветра:

– Муссон! Давай к Роще! Обогни с юга и сядь в Ложбине Пришельцев!

– Зачем?!

– Устроим засаду! Сядешь, мы спрыгнем, а ты сразу же взлетай и облети пару раз Рощу! Как будто и не садился вовсе!

– Ты считаешь, «серый» пойдет туда? – спросил Беляев.