Гималайский зигзаг - Андрей Чернецов

Впрочем, сейчас жителям Ашрама было не до кровожадного призрака. Все были в сильном волнении, ибо с утра в деревню заявились непрошеные гости. И не просто чужаки — иностранцы. Трое — и все жутко подозрительные типы. И не одни, а с известным во всем штате проходимцем Сурхатом Барджатия в качестве проводника. Пришли незваные-непрошеные, нашумели, хороших людей обидели.

Обо всем этом Бетси и Амоде поведал местный староста, к которому они, по совету все того же всезнающего учителя, зашли засвидетельствовать свое глубокое почтение.

— И куда же потом подевались эти пришельцы? — встревожилась Бетси.

— Одни боги ведают! — развел руками староста. — Исчезли куда-то после того, как я вызвал полицию и наш славный сержант Рамачандра разобрался что да как. О, он у нас настоящий воин! Арджуна! Его любой ракшас испугается, не то что какие-то инглизы.

Девушка невольно задумалась. Инглизы? Значит, пришельцы — англичане? Впрочем, для здешних жителей, что англичанин, что швед…

— А ты, парень, — староста между тем обратился уже к Амоде, — как живешь, почтенный? Что-то давненько тебя не было видно. Не заболел ли?

…Девушка мельком отметила — «почтенный»! Так-так…

— Да вот, ездил по делам в Сринагар, — невозмутимо сообщил тот.

— А-а, ну-ну…

Расспрашивать дальше староста явно не пожелал.

«Странно! — удивилась Бетси. — Ам ведь мне говорил, что в Сринагар его посылали односельчане за вакциной. Лгал? Но зачем?»

Как бы читая ее мысли, молодой человек подал старосте большой сверток.

— Здесь вакцина для скота. Нужно сделать прививки, причем как можно скорее. Скот болеет уже в самом Сринагаре.

— Ну да, ну да, — все так же заторможенно кивнул староста.

Впрочем, он быстро опомнился. Заулыбался, благодаря. Поклонился.

Очень низко поклонился…

Дом Амоды был небольшой, в одну комнату, как и практически все дома в деревне. Кухня, по местной традиции, находилась во дворе. Однако любопытная мисс МакДугал сразу заметила, что дом при всей своей обычности больше напоминал какую-нибудь часовенку или храмик, чем жилище молодого и холостого парня. Все здесь было как-то слишком чисто и ухоженно, везде чувствовалась заботливая женская рука — и девушка ревниво огляделась.

…Точно, сегодня прибирались. И это в отсутствие хозяина! Вон на столе блюдо со свежими фруктами и горшок с молоком. Краюха хлеба, кажется, еще теплого… Перед статуэтками Шивы, Ганеши, а это кто? Ах да, Парвати… Курятся сандаловые палочки… Постель усыпана лепестками каких-то голубых цветов. Ого, да они тут эстеты! Такие же цветы стоят на столе в резной металлической вазочке…

Бетси поморщилась, но все же подошла ближе и вытащила один цветок.

Удивилась.

Это был знаменитый и очень редкий Meconopsis Horridulae — голубой тибетский мак. Внешне цветок напоминал своего алого родственника, но четыре его лепестка горели ярко-голубым цветом, а при определенном освещении отливали пурпурными бликами. Пестик и тычинки имели не обычный черный, а желтый окрас.

Девушка недоумевающе оглянулась. Откуда такие цветы здесь? Кто собирал и принес столь дорогой букет (не прямиком ли из Тибета?) в домик простого пастуха?

Бетси обернулась — Амода молча стоял в дверях, еле заметно улыбаясь.

— У твоей невесты недурной вкус, — вздохнула она.

— Это не от невесты, — развел руками Амода. — Это община присматривает за моим домом, когда я отсутствую.

— И осыпает цветами твое ложе? — недоверчиво усмехнулась девушка. — Таков местный обычай, — невозмутимо согласился молодой человек.

— Тебя здесь так уважают?

— Я хороший пастух, — кивнул Амода.

Мисс МакДугал подумала, вновь бегло осмотрела странное жилище…

…И внезапно поверила.

* * *

С житьем-бытьем все устроилось просто. Договорились, что Бетси расположится в доме, а сам хозяин на несколько дней остановится у старосты. Как пояснил Амода, тот не будет возражать, тем более что молодой человек привез ему в подарок новые батарейки для транзистора, чай, кофе и сахар. Заодно Амода сможет разведать что-либо новое насчет йети. Может быть, рассудил пастух, именно неуловимый йети озорует с продуктами. Бетси весьма заинтересовалась; и молодой человек поведал, что, если верить знающим людям, этот самый йети живет поблизости уже давно — не год и даже не полвека. Крестьяне привыкли к нему и в шутку называют «соседом». Йети не обижает людей, ни разу не пытался на кого-либо напасть. Так, украдет иногда что-либо из продуктов или живность какую.

— А не жалко подставлять «соседа» под пули? — не сдержалась девушка.

— Жалко, — кивнул Амода и внезапно нахмурился, не иначе вновь обиделся.

— Ну прости, прости, — смутилась Бетси. — Опять не то ляпнула!

Молодой человек покачал головой.

— Я не обиделся, но… Понимаешь, не все так просто. Тот, кого ты называешь «йети», умен и хитер. Здесь, возле деревни, он никого не трогает, а вот у свой берлоги… Он не человек, не зверь. Он хуже зверя — и даже хуже человека. Я думаю, что это тот, кого ты называешь «йети», а не разбойники и не сепаратисты, убил всех людей у руин дворца. Зря они туда ходили! Когда хозяева исчезают, в доме поселяются нелюди — из плоти или просто духи… А этот йети… Раз он попробовал человеческой крови, он будет хотеть ее снова и снова. А значит, его надо остановить — как тигра-людоеда! Иначе быть беде. Тут же есть маленькие дети, их часто оставляют без присмотра.

— А давай и мы сходим туда на разведку, — предложила Бетси.

— Во дворец? — удивился Амода.

— Ну да. Почему бы и нет? — загорелась девушка. — Зачем же мы сюда ехали? Во-первых, мне нужно осмотреть достопримечательности. Я ведь историк как-никак. Во-вторых, у меня есть оружие…

Парень грустно улыбнулся.

— Против духов земное оружие, как ты знаешь, бессильно.

— Но ведь ты только что сам утверждал, что там, вероятно, обитают не духи, а зверь!

— Нелюдь, — без тени улыбки поправил Амода. — Тем более. Там опасно, особенно вечером и ночью. Давай лучше отложим это дело, пока я не разведаю что да как.

Но Бетси уже закусила удила.

— Между прочим, это и есть моя работа! Если струсил, так и скажи, а я не робкого десятка. Ужинаю и отправляюсь! По крайней мере никто мешать не станет.

Амода только вздохнул. То, о чем он думал, читалось по его лицу без всякого переводчика. Во всяком случае девушка поняла — и разозлилась окончательно.

— Итак, последний раз спрашиваю. Идешь со мной?

Парень обреченно кивнул:

— Пойду. Видать, карма такая!

На разведку решили отправиться еще засветло, чтоб в случае чего можно было позвать на помощь ашрамцев. Ночью же крестьяне и носа за дверь не высунут — даже за все сокровища раджи Ашрама и весь золотой запас Индийской Республики. А так есть хоть какая-то надежда, хоть и слабая. Проклятие — проклятием, но своего пастуха жители деревни тоже любят. Так что…