Двойной эскорт - Алекс Орлов

Еще через минуту показался официант, он принес горячее блюдо, держа поднос толстой варежкой. Сами блюда были накрыты медными полусферами, поэтому оценить их вид не было никакой возможности.

– Еще одно мгновение, господа…

Официант снял медные крышки и, метнув на белую скатерть картонные подставочки, поставил на них глубокие тарелки из толстого фарфора.

– О-о! – произнес Тони, залюбовавшись золотистыми кусочками карпа с соломкой приморского салата.

– Судя по запаху, платить за это таки придется! – заметил Джим, получая от официанта приборы, которые тот принес в белоснежной холщовой сумочке. С такими ресторанная прислуга выезжала работать на пикники.

Раздав приборы, официант открыл деревянную коробку и выложил на тарелку горячие поджаренные булочки, взмахнул салфеткой и снова унесся.

Джим и Тони задержались на балконе еще на час, затем расплатились и, оставив официанту щедрые чаевые, вышли на улицу.

Солнце поднялось выше, стало жарко. Они прошлись еще немного к центру, постояли у фонтана, погуляли вдоль витрин модных магазинчиков, перекинулись парой фраз с продавщицей цветов и двинулись обратно – после сытного обеда им захотелось вздремнуть.

– Охотиться на девочек выйдем попозже, – не сдавался Тони, хотя Джим подозревал, что это лишь бравада. Просто его приятелю не хотелось оставаться наедине со своими мыслями, у Джима была та же проблема.

Постепенно напарники ускоряли шаг, город стал казаться им не таким уж безопасным. Вот этот угрюмый взгляд из проезжавшего авто мог принадлежать вражескому агенту, а любопытная домохозяйка с бигуди, что выглянула из окна, могла позвонить в полицию, спутав Джима и Тони с какими-нибудь хулиганами. Безобидная проверка стала бы очередным этапом бегства, а они к этому были сейчас не готовы.

К своему дому напарники пришли неожиданно быстро, дорога к центру показалась куда длиннее. Остановившись возле арки, они снова посмотрели на окно прелестной незнакомки, потом на магазин бакалеи. Возле его входа стояли старый пикап и пятилетний «кентавр-турбо» со сполохами пламени, нарисованными нетвердой рукой самодеятельного художника.

– Покупатели приехали, – сказал Джим. – Может, тоже зайдем?

– Зачем? – спросил Тони.

– Сахару купить.

– У нас есть сахар.

– Это кусковой, а мы сыпучий купим.

Из открытой двери магазинчика стали доноситься громкие голоса.

– Кто-то очень рьяно торгуется, – объяснил Джим и направился к магазину, Тони последовал за ним.

– Здравствуйте! – радостно произнес он, увидев за прилавком ту самую девушку, что очаровывала их накануне вечером. Вблизи она оказалась еще красивее.

– Здравствуйте, мисс, – улыбнулся Джим, не обращая внимания на других посетителей магазина. – У вас есть сыпучий сахар?

– Сахар-песок, придурок! – грубо поправили его, четверо молодых людей с синими татуировками зашлись хохотом. Хозяин магазина, седой немолодой мужчина, сидел на прилавке, куда его загнали хулиганы, и с тоской смотрел на открытую дверь.

– Короче, хохмачи, валите отсюда, – посоветовал главный хулиган в красной бандане. – Магазин закрыт на это, как его…

– Переучет, – подсказал его приятель.

– Во-во, давайте шустрее, пока я добрый…

И главарь недвусмысленно покрутил над головой бейсбольной битой.

– Мисс, они вас обижают? – спросил Джим.

Девушка молчала, испуганно поглядывая на хулигана в красной бандане.

– Ты не понял? – спросил, шагнув к нему, хулиган.

– Я-то понял…

Джим с разворота ударил грубияна в горло. Тот выронил биту и свалился на упаковки с макаронами.

– Да ты что, сука? Ты на кого?..

Главарь раздвинул двух оставшихся товарищей и бросился на Джима. Тот увернулся, пропуская его к Тони, а сам вступил в бой с двумя другими.

Главарь наткнулся на реактивный прямой левый Тони и осел возле прилавка, Джим достал одного битой по голове, другого – ногой в пах. И битва закончилась.

– Что они хотели от вас, мистер Белтрикс? – спросил Тони, прохаживаясь мимо девушки гоголем. Услышав свое имя, хозяин вздрогнул и слез с прилавка.

– Это Бруно, здешний уличный царек. Прежде они были обычными хулиганами, а теперь возомнили себя бандитами и пытались заставить меня платить им «за охрану».

Бруно очнулся и застонал, его разбитый нос кровоточил. Другие тоже понемногу приходили в себя, но до выяснения обстановки предпочитали не подниматься.

– А я знаю, кто вы! – прощебетала девушка, теперь она улыбалась. – Мне про вас мадам Штюбинг рассказывала. Она сказал, что вы студенты-биологи и что вы грубияны!

– Мы вас тоже знаем! – с ходу вляпался Тони, потеряв от восторга осторожность.

– Да? Откуда? – удивилась девушка.

Возникла пауза, Джим и Тони поняли, что попались.

– Мона мы уйнем? – жалобно прогнусавил Бруно, придерживая пальцами расплющенный нос.

– Мона, – разрешил Джим. – Только деревяшки свои оставьте.

Горе-рэкетиры на четвереньках выползли из магазина, стало слышно, как они шмыгают носами и хлопают дверцами своего «кентавра-турбо». Двигатель завелся, и автомобиль уехал.

– Значит, вы подглядывали? Ай-яй-яй! – с напускной строгостью погрозила пальчиком девушка, но было видно, что она вот-вот рассмеется.

– Мы не нарочно, мисс, – развел руками Тони и виновато покосился на друга. – Просто зашли в квартиру, глянули в окно, а там – вы. Как вас, кстати, зовут?

– Бригитта, – ответила девушка и протянула Тони руку. – А вас как?

– Я – Тони, а это – Джим.

– Очень приятно, Джим. – Бригитта пожала ему руку, потом обратилась к Тони: – А что у вас с правой рукой, почему вы подаете левую?

– На тренировке повредил.

– Так вы, видно, борцы, ребята? На биологов не очень похожи, ухватки не те…

Джим покосился на хозяина, ему показалось, что бакалейщик Белтрикс пытается прощупать их легенду.

– Нет, мы не борцы, мы в регби играем, – прячась за улыбкой, ответил Джим. – С учебой, честно говоря, не всегда дружим, но руководство факультета закрывает на это глаза, ведь мы выступаем за университетскую команду.

– Вам, кажется, сахар был нужен? – вспомнила Бригитта.