Чернильная мышь - Дана Арнаутова

– Странный город. Кажется, что знаешь его до последнего камешка – но непременно подкинет сюрприз. Можно всю жизнь прожить в Лундене и не встретить человека, который живет в соседнем квартале. А можно встретить того, кого ни за что не ожидаешь здесь увидеть…

Голос у него был безразличный до отвращения. И слова текли ровные, необязательные. Разговор из вежливости, ни о чем. Даже отвечать, судя по всему, не нужно. Маред и не ответила, отвернувшись к окну.

Они уже пересекли центр и направлялись, судя по всему, в Мейд Вэл. А как же апартаменты, в которых все и началось? Впрочем… если Монтроз везет ее в какое-то другое место, это к лучшему. Про камерографии признаваться нельзя, а снова оказаться под прицелом камеры – хуже не придумаешь.

Окно мобилера слегка искажало краски и вместе с густеющими сумерками красило пейзаж за окном в серо-синие тона. Но даже так можно было любоваться аккуратными двухэтажными коттеджами. Ажурные решетки заборов кокетливо показывали клумбы и ровные дорожки, в некоторых дворах играли дети и пили чай на верандах нарядные дамы… Маред словно попала в другой мир и с угрюмым отчаянием цеплялась за остатки гордости. Ну и что? Она тоже когда-то жила так. Может, ее провинциальный дом и не похож на картинку из детской книги сказок или фигурку на торте, но там тоже были клумбы, конюшня с легкой двуколкой и вечерами отец выходил в беседку перед домом выпить полстакана бренди…

Вцепившись в сумочку с кое-как пришитым ремешком – пряжка так и сгинула в канаве – Маред молча ждала, даже не пытаясь угадать, который из пряничных домиков принадлежит лэрду Монтрозу. Да и не угадала бы: с улицы обиталище Корсара почти ничем не выделялось. Разве что забор был повыше и почти глухой, украшенный решеткой только по краю, да и та больше напоминали пики, чем кружево.

Ворота, как по волшебству, распахнулись и снова сомкнулись за въехавшим мобилером. Маред увидела двор, окаймленный неизбежными клумбами и рабатками, потом особняк – небольшой, но куда более изящный, чем ожидала. Вместо пастельных красок и завитушек – серый песчаник и строгие линии.

Остановив мобилер, Монтроз вылез первым, открыл дверцу перед Маред и предложил ей руку. Помог выбраться, негромко велел подбежавшему пареньку в ливрее отнести вещи лэди наверх. Маред хмуро проводила свой чемодан взглядом, только сейчас подумав, что в особняке наверняка полно прислуги, для которой она будет… понятно кем.

– Идемте, – негромко и как-то мягко предложил Монтроз.

В сумерках и при свете фонарей его глаза отливали серебром и вроде даже мерцали. Нет, показалось.

Оказавшись внутри, Маред замерла. Высокий просторный холл заполнили растения в деревянных кадках, и над каждой горел астероновый светильник, закрепленный на стене, потолке или изогнутом кронштейне. Глянец широких и узких листьев, бархат разноцветных лепестков… Монтроз так любит цветы?

– Это не мое, – хмыкнул тот, будто прочитав мысли Маред. – Экономка занимается. Кстати, разрешите вас представить. Тьена Эвелин, хозяйка этих джунглей. И фея-покровительница остального дома. Тьена Маред Уинни…

Появившаяся из зарослей высокая женщина с королевской осанкой присела в реверансе. Собранные в высокий узел каштановые волосы с проседью, иссиня-белый фартук на строгом темно-коричневом платье, белоснежное полотенце в слегка испачканных землей руках. Маред мгновенно почувствовала, что у нее самой обувь пыльная, на юбке – складки, а прическа далека от совершенства. Хозяйка джунглей сдержанно кивнула.

– Добрый вечер, мой лэрд. Тьена Уинни, добро пожаловать.

Под непроницаемым взглядом Маред вернула реверанс. Показалось, или глаза экономки неуловимо потеплели?

– Тье Эвелин, покажите моей гостье комнату, будьте добры. Тье Уинни, у вас полчаса перед ужином.

Стискивая ремешок сумочки, как утопающий – веревку, Маред прошла под смыкающимися над головой листьями пальм и поднялась наверх по широкой парадной лестнице, следуя за ровной спиной и покачивающейся башенкой прически. Прошла по длинному коридору, старательно запоминая количество дверей и их расположение. А она еще сбежать думала в случае чего! Это не апартаменты в центре Лундена, отсюда без экипажа и посторонней помощи не выберешься. Еще и прислуга будет следить за каждым ее шагом. Интересно, экономка знает об извращенных вкусах хозяина?

– Ваша комната, тьена Уинни, – сообщили ей очень вежливо у очередной двери. – Позволите разобрать вещи?

– Благодарю, я сама, – поспешно ответила Маред. – А-а-а…

– Ванная комната в конце коридора, последняя дверь. Прислать горничную?

Слегка присев в реверансе после решительного отказа Маред, тьена Эвелин удалилась. Маред осторожно толкнула дверь из полированного бука, шагнула вперед, нащупала у двери кнопку – под потолком засиял астероновый светильник. Слава Бригите, никаких будуаров – обычная комната. Небольшая, уютная, безупречно чистая. Окна выходят во двор – плохо. На двери хлипенькая задвижка – осаду здесь явно не выдержишь. В проеме окон – большое, от пола до потолка, зеркало.

Маред хмыкнула, оглядывая себя. Сияющее стекло готовно отразило бледное взъерошенное нечто с кругами под глазами и пылающими щеками. Странный вкус у лэрда Монтроза… Еще и платье мятое. То, что в чемодане, ничуть не лучше, притом слишком простенькое для этого дома.

Настроение испортилось окончательно. Достав расческу, Маред ожесточенно разодрала спутавшиеся пряди. Заново свернула обычную тугую ракушку, закрепила шпильками и отправилась в ванную комнату. Ох, ничего себе… Это что, душ? Но зачем столько рычажков и кнопок? А это? Неужели ванна? Огромная, круглая, слишком большая для одного человека…

Щеки полыхнули еще сильнее. Маред осторожно открыла холодную воду и от души умылась. Как смогла, разгладила платье и протерла влажной салфеткой туфли, на этом справедливо решив, что больше ничего сделать не успеет. И отправилась вниз.

Столовая в особняке Монтроза оказалась такой же роскошной и сияющей, как все остальное. Белоснежная вышитая скатерть, серебро и фарфор столовых приборов. А вот стол почему-то, небольшой. Монтроз появился следом за нерешительно топчущейся Маред, отодвинул ей стул и сел сам – напротив. Еще одна странность. В доме лэрда нет лакеев? Или ему просто нравится самому ухаживать за гостями, пренебрегая этикетом?

Экономка принялась снимать крышки с блюд, и Маред невольно сглотнула слюну. Пюре. Тушеное мясо в соусе. Судя по запаху – утка с какими-то восточными пряностями. Салат из невесомо тонко порезанной капусты, ветчины и зеленого горошка. Свиная отбивная. Запеченная в тесте рыба. Крошечные рулетики из тонкого теста, начиненные чем-то непонятным… Ох, только бы в животе не заурчало…

– Приятного аппетита, – пожелал Монтроз.

Маред в ужасе глянула на серебряный прибор у своей тарелки. Почему так много вилок? У них был приличный дом, вполне респектабельный, и, конечно, ее учили этикету, но пользоваться большим столовым прибором за обычным ужином? Для чего эти ложечки? А этот странный нож?