Долина Тьмы - Раймонд Фейст

Джимми прохаживался по Большому залу. Тронный зал принца готовили к предстоящей церемонии, и все остальные сквайры надзирали за работой пажей и слуг - наносились последние штрихи перед празднеством. Все думали только о свадьбе - до ее начала оставалось меньше часа. Джимми обнаружил, что итогом его освобождения от обязанностей оказалось полнейшее безделье, а так как Аруте скорее всего не понравилось бы, если бы Джимми вертелся сейчас у него под ногами, то новоиспеченному сквайру оставалось самому себе находить развлечения.

Джимми не мог избавиться от чувства, будто в горячке приготовлений мало кто помнил о недавней опасности, угрожавшей принцу. Ужасы "Ивы" были скрыты под ворохами свадебных букетов и праздничными декорациями.

В дверях появился носильщик. Джимми посторонился, пропуская его. Из коробки в руках носильщика выпал букетик цветов, и Джимми поднял его. Возвращая букетик в коробку, он вдруг подумал, что цветы - белые хризантемы - имеют едва заметный янтарный оттенок.

Джимми бросил взгляд вверх. Там, на высоте никак не ниже четвертого этажа, сводчатый потолок прорезали большие витражные окна и солнце светило прямо в них. Джимми разглядывал витражи, снова ощущая то самое беспокойство, которое уже не раз подсказывало ему - что-то не так. Оконные рамы располагались в толще купола, глубина ниши составляла футов пять, а то и шесть: вполне достаточно, чтобы мог укрыться человек. Но как туда попасть? Взобраться по лестнице? Но в последние дни здесь постоянно кто-нибудь суетился.

Джимми поспешно покинул зал и вышел в садик, тянувшийся вдоль наружной стены тронного зала. Мимо проходили двое гвардейцев, охранявших территорию между дальней стеной и главным зданием дворца, и Джимми остановил их:

- Передайте всем: я собираюсь прогуляться по стене Большого зала.

Стражники обменялись взглядами, но капитан Гардан приказал не мешать этому странному сквайру, если вдруг его заметят на дворцовых крышах.

- Хорошо, сквайр. Мы скажем лучникам, чтобы не стреляли в вас.

И Джимми пошел вдоль стены тронного зала. "Если бы я был убийцей, как бы я туда попал?" - подумал он и огляделся. К стене зала, соседнего с тронным, была пристроена решетка для вьющихся цветов. Оттуда недалеко до крыши, а там...

Джимми решил додумать потом. Скидывая ненавистные сапоги, юный сквайр разглядывал каменную кладку. Он взобрался по решетке и пробежал вдоль края крыши. Оттуда он легко перепрыгнул на невысокий карниз, выложенный по стене тронного зала. С удивительной ловкостью, прижавшись к стене, он двинулся к дальнему концу зала. На полпути он поднял голову и посмотрел вверх. Этажом выше, дразняще близко, нависали подоконники витражей. Но Джимми знал, что здесь ему не взобраться, и продолжал движение по карнизу, пока не прошел две трети стены.

Приблизительно отсюда в зале начинался помост, на котором стоял трон принца, и помещение расширялось. От стены, к которой прижимался Джимми, отходил выступ шириной два фута. Тут вполне можно было подняться. Джимми нащупал в стене трещину между каменными блоками. Он продвигался вверх очень медленно - казалось, вопреки законам притяжения, - упираясь в сходящиеся под углом стены. Это дело требовало всех сил, всего внимания, но прошло время (ему показалось, что целая вечность), и его пальцы коснулись выступа под окнами. Этот карниз, шириной всего в фут, мог вполне оказаться непреодолимым барьером - стоило пальцам соскользнуть, и Джимми полетел бы навстречу смерти, которая караулила его четырьмя этажами ниже. Джимми крепко схватился за карниз, на миг повис на одной руке и сразу ухватился второй; единым плавным движением он поднял на выступ ногу - и уже стоял на узком карнизе. Повернув за угол, Джимми оказался над задней частью помоста; он подобрался к окну, заглянул сквозь цветные стекла и зажмурился от солнечного света, бьющего прямо в глаза через противоположное окно.

Заслонившись от солнца, он ждал, когда глаза привыкнут к полумраку зала. Вдруг стекло под пальцами подалось. Сильные руки сдавили его шею и закрыли рот. Тяжелый удар по голове оглушил его, и перед глазами все поплыло.

Когда наконец в голове прояснилось, Джимми увидел перед собой перекошенное лицо Веселого Джека. Предатель пересмешник был не только жив, но и готов убивать: при нем был тяжелый арбалет.

- Опять ты, ублюдок, - прошептал он, затыкая рот Джимми тряпкой. - И опять влез туда, где тебя не ждали. Я бы выпустил тебе кишки прямо сейчас, да не хочу рисковать - вдруг кто-нибудь заметить, что сверху капает кровь. Но как только я сделаю свое дело, с тобой будет покончено, щенок. - И он указал вниз.

Запястья и лодыжки Джимми были болезненно туго стянуты веревкой. Мальчишка попытался издать хоть какой-то звук, но он потонул в общем гуле голосов внизу. Джек ударил Джимми по голове еще раз, и у юного сквайра опять потемнело в глазах.