Призрак - Александр Рудазов

Поэтому просто пешком — не вариант. Так можно путешествовать годами.

С транспортом здесь тоже не очень. По загробному миру курсируют разные средства передвижения, но они плохо организованы. Здесь не получится, как в Лимбо, подождать Поезд Времени, который довезет куда угодно.

По счастью, это не особо-то и нужно. Загробный мир нематериален, и жители его нематериальны. Поэтому расстояния здесь субъективны и не играют важной роли. С места на место можно перемещаться очень быстро — если уметь.

Правда, в отличие от того же Лимбо, астрал тут очень плотный. Все места находятся в конкретных точках, есть какая-никакая география. При желании можно даже составить карту — хотя очень условную и очень странной формы.

Валерий объяснил, что этот самый плотный астрал тоже можно менять силой мысли, но тут желаний одного человека уже недостаточно. Нужны целые массы людей — если они верят в одно и то же, мир изменится соответствующе. Именно поэтому загробное существование в целом выглядит именно так, каким люди представляли его при жизни. С определенными поправками, конечно.

Однако для того, чтобы менять самого себя, достаточно собственного сознания. В астрале ты таков, каким себя представляешь. Каким себя чувствуешь. Это касается внешности, размеров, способностей, а также координат в пространстве.

Именно поэтому можно без труда переноситься с места на место. Да и вообще делать что угодно. Главное — поверить, что ты это можешь. По-настоящему поверить, сломать внутренние ограничения.

Только вот добиться этого гораздо сложнее, чем кажется.

Самостоятельно у Данилюка получилось далеко не сразу. Валерий ему помогал. Объяснял, что нужно отчетливо представить место назначения, крутить его в голове, повторять мысленно название — и идти вперед. В любом направлении.

И очень скоро выйдешь, куда нужно.

Пока Данилюк учился, Валерий водил его по нейтральным землям. Бескрайним полям и лесам, простирающимся между городами и странами мертвых. Ландшафты и климатические зоны соседствовали как попало — тундра могла резко перейти в жаркие джунгли, а гора торчать посреди степи. Одни территории ничем не отличались от земной природы, другие выглядели странно и зловеще, как в кривом зеркале.

Впрочем, туда Валерий посоветовал без причины не забредать. Именно в таких жутких местах особенно много разных неприятных созданий — от астральной нежити до духов-пожирателей.

А обычные леса и поля Загробья изобиловали духами животных. В основном современных, но были и вымершие. Данилюк несколько раз видел мамонтов, шерстистых носорогов, саблезубых тигров.

Однажды встретили даже игуанодона.

Валерий сказал, что большинство животных духов уходит на перерождение почти сразу же. Но некоторые по той или иной причине задерживаются. На просторах Загробья они ведут ту же самую жизнь, что вели на Земле — пасутся, охотятся, спариваются.

Вот разве что не размножаются. Валерий обмолвился, что духи порождают других духов только при каких-то уникальных, редчайших обстоятельствах. А при каких именно — бог весть. Сам Валерий подобного никогда не видел и знает об этом только с чужих слов.

Первым настоящим, полноценным «государством«, куда Валерий привел своего клиента, стала Навь. Загробный мир древних славян. Вполне логичный выбор, учитывая национальность Данилюка.

Хотя место оказалось не самое симпатичное. Валерий сказал, что у древних русов, как и у многих других, загробных миров было два. Ирий, райский сад для избранных, и Навь, для всех остальных. И здесь, в Загробье, находится именно Навь, а Ирий… не здесь. Где-то еще. И туда уже кого попало не пускают, так что увидеть не получится.

Зато Навь посмотрели. Данилюку было весьма любопытно пообщаться с духами далеких предков.

Большая часть Нави заросла дремучими черными лесами, а среди них кое-где стояли отдельные хаты, деревни и целые города призраков. Имелись теневые отражения Киева, Новгорода и других городов старой Руси. Здесь они стояли все в том же виде, что и тысячу лет назад. И духи вели все ту же жизнь — пахали, что-то мастерили, охотились, ловили рыбу, бортничали, пасли скот.

— Как я понимаю, у них тут вообще никаких отличий? — спросил Данилюк, глядя на очередной хутор.

— Да, почти никаких, — подтвердил Валерий.

— А почему? Разве они не могут… выдумать себе что-нибудь поинтереснее?

— Могут. Но для этого нужно, чтобы все представляли окружающее одинаково. На уровне подсознания. Поэтому загробный мир обычно выглядит так, каким его представляют в данной культуре. С поправками на деятельность богов, конечно.

— То есть это боги тут все организовывают?

— Немножко и они. Но большую часть формирует наше же коллективное бессознательное.

Почти все обитатели Нави были старыми — тысячелетними и больше. Однако Данилюк неожиданно встретил и нескольких современников. Неоязычников-родноверов. Эти смотрелись здесь чужеродно, многие явно чувствовали себя не в своей тарелке.

Однако Навь их приняла и уже начинала потихоньку подстраиваться. В самом центре загробного Киева, например, торчала девятиэтажная высотка — и контраст с лубочными теремками был просто разительный. Старые духи косились на нее с неодобрением, близко не подходили.

Каких-то известных личностей Данилюк в Нави не встретил. Да он не так уж их много и знал — тех, что жили еще в языческие времена. Князья разве что, самые первые Рюриковичи. Но они, наверное, в Ирии… черт уж их знает. Они вроде не особо-то хорошими людьми были, но в истории Данилюк откровенно плавал, так что судить не брался.

И остаться в Нави насовсем ему тоже не захотелось. Не видел он себя здесь, живущим в бревенчатой избе с печью. Неизвестно еще, каково тут будет зимой — а то сейчас-то лето, но времена года в Загробье тоже сменяются. Не во всех его мирках, правда, но в Нави — точно.

Похожую картину Данилюк увидел и в ближайшем соседе Нави — Хели. Загробном мире древних скандинавов. Разве что лесов было поменьше, зато гор побольше. Имелся и морской берег, испещренный скалистыми фьордами. На своих драккарах здесь плавали духи викингов.

Не самые знаменитые, правда. Валерий сказал, что у скандинавов, как и у славян, всяких выдающихся личностей забирали к себе боги. Из воинов половина отправлялась к Одину в Вальгаллу, а половина — к Фрейе в Фольквангр. Девственниц забирала Гевьон, богиня плодородия. Моряков — Ньёрд, бог морей. Тор тоже кого-то там прибирал к рукам.

Вроде бы все эти территории находятся на полях Идавёль, где расположен Асгард.

А тут — Хель. Безрадостный мир теней, которым правит… раньше когда-то правила одноименная богиня. И сюда попадали по остаточному принципу. Те, кем никто из богов не заинтересовался. Так что тут в целом довольно-таки скучно.

Настоящих викингов в Хели немного — в основном те, кто не сумел эпично сдохнуть или еще чем-то опорочил себя в глазах богов. Преобладают бывшие трэллы.