Воздаяние - Тарас Асачёв

Мне епископ что-то сказал в след, но я этого не слышал, точнее, не слушал. Вышел через ворота храмового парка, поздоровался с монахами на охране и довольный собой, пошел домой.

Третий день недели! Наконец, начались приключения! После моего поспешного завтрака, я сидел у городских ворот и играл в кости со стражниками. Странные они люди, на деньги играть со мной они отказались, а вот на конфеты, что стоят тех же самых денег — пожалуйста. Игра у нас была напряженная. Дабы исключить мухлежа и сговора, мои соперники все были из разных подразделений. Шесть игроков и около десятка зрителей следили, как я раскидываю кости на столе и проигрываю очередную жменю леденцов. Хитрый Стрелок со стены сгребает выигрыш. Командир стражи сначала хотел разогнать неуставное сборище, но заценив игру, сам сходил в свою сторожку и вынес халву нарезанную кубиками. Игра получила новый импульс, и всем стало интереснее. Не каждый день можно ободрать своего командира. Однако доиграть нам не позволили. Грохот сторожевой трубы заставил воинов подняться и рассовать по карманам свой выигрыш. Я же только этого и ждал, поэтому просто встал недалеко от стены и принялся ждать.

Процессия во главе с нашим принцем въехала в город. Солдаты размахивали флагами, грязный монах, что был с ними, сразу помчался в храм. А вот принц встал около повозки с клеткой и начал свою речь.

— Люди Старогольда. Сегодня великий день для нас и наших детей. В одном дне пути от нас жила ведьма. — народ охнул. — Но не бойтесь, ибо я нашел ее логово и пленил коварное порождение тьмы. Мы возвращались домой, когда наш монах заметил силы зла в стороне от дороги, мы нашли подлую ведьму и захватили ее для публичной казни!

Принц подошел к одному из конных и снял с его седла арбалет.

— Убери оружие! — спокойно сказал я. Люди вокруг, словно только сейчас меня заметили, расступились и стали живо переговариваться.

— Отличное начало дня. Новый палач. Решил послужить короне? — спросил он, но арбалет снимать перестал.

— Я всегда служу короне. А вам не стоит марать руки в грехе убийства. Не ваше это дело.

— Ты палач, похоже, зазнался? — начал наезд принц столицы. Два раза за сутки, может реально зазнаюсь? — Забыл где твое место?

— Мое место на эшафоте, а ваше, господин наследник, самое время искать себе жену, а то в вашем возрасте да без спутницы жизни…. Люди начнут поговаривать нехорошее….

Он не стерпел и, выхватив меч из ножен, кинулся на меня. В прошлой жизни мы были на равных, он был подготовлен, я был растерян и неопытен. Сейчас, после стольких боев и событий в моей памяти, я не был легкой целью ни для кого. Однако он был с мечом.

Пришлось быстро сместиться с его рубящего удара и дать пинка с разворота. Но то ли я силы не рассчитал, то ли он все равно бы упал, но полетел он на каменную площадь очень быстро и громко. Кираса загремела, меч отлетел в сторону. Люди вокруг затаили дыхание. А вот рыцари принца стали вынимать оружие из ножен. Что-то пошло не так…. Надо выправлять….

— Отставить! — зарычал принц поднимаясь. — Он мой!

— Ваше величество, одумайтесь. Не вам заниматься убийствами. Да и я же вас как Бог черепаху отделаю. — с улыбкой на лице сказал я, не расцепляя скрещенных рук на груди.

Он снова кинулся на меня, в этот раз пришлось уходить, пригнувшись и сбивать его с ног своими неловкими действиями. В этот раз, когда он ухватился за свой меч, он не смог его даже поднять. Я мальчик не толстый, но весомый. Обеими ногами стоя на мече, я смотрел на принца. Подал ему руку. Но он как-то озлобленно по ней ударил и выхватил кинжал из-за пояса и вонзил его в мое бедро. Было чертовски больно, но он даже в кость не попал, поэтому я просто отступил, сдерживая естественный позыв заорать, и молча вынул кинжал. Кровь плеснула на камни, а я протянул кинжал принцу.

— Не стоит нападать на своих граждан, ваше величество. — сказал я протягивая окровавленный кинжал. А на лице принца читалась… паника что ли. Пролитая кровь включила сознание? Люди вокруг недобро гудели, а его рыцари откровенно терялись. Он принял кинжал и встал.

— Я прошу… — я поднял руку, пресекая его речь.

— Мне не о чем с вами разговаривать. Мое почтение. — я поклонился и повернувшись пошел сквозь толпу прихрамывая на левую ногу.

Как только я удалился от посторонних глаз, я сразу призвал тьму и вылечил ногу. Больно стало намного сильнее, но рана затянулась, оставив слегка розовый шрам длинною в три сантиметра. Малая жертва, зато сегодня можно ожидать принца к себе в гости и рассчитывать на его расположение, когда я буду…. МЛЯ! Мирия! Я забыл про нее!!!

Быстро разорвав рубашку, я перебинтовал ногу, для порядка испачкав ткань, и побежал к дороге, что соединяла храм и городские ворота. Успел, хотя уже и не надеялся. Повозка шла в окружении монахов и городской стражи. Рона среди них не было, а жаль, было бы веселее.

— Вы кто? — обернулся ко мне один из стражников, но почти сразу опознал меня и махнул рукой.

— Чего вам угодно? — с противным голосом обратился ко мне старый монах, что был ближе остальных ко мне.

— Хотелось бы сопроводить ведьму до камеры и охранять людей от ее злых чар! — без запинки отрапортовал я.

— Это похвальное стремление! — покачал головой старый монах. — Но мы и сами можем с этим справиться, ведьму надлежит допросить, а уже потом мы усадим ее в камеру.

— Ваша светлость, не стоит рисковать вашим здоровьем и душами своих братьев. А вдруг это ловушка и ведьма специально попала в плен, дабы навредить вашему ордену? Думали ли вы об этом? Темные коварны и хитры. — продолжал я пороть чушь с толикой правды. А вот монах новым взглядом посмотрел на остановившуюся повозку с ведьмой. Все ждали его ответа.

— Может вы и правы. Ведьмы хитры и независимы. Давайте поступим, как вы говорите. Вы Темны душой и она вам не должна навредить…. Но если вы ее хотите отпустить! — пригрозил мне старым пальцем монах.

— Ни в коем разе, я буду с ней для безопасности и сберегу ее до эшафота! — ответил я и встал по стойке смирно.

— Пошли! Чего все встали! — гаркнул он на процессию и вновь повернулся ко мне. — И вы пройдемте с нами, покажем, что у нас тут и где….

Мы прибыли в монастырь и сняли клетку с ведьмой. Ее выволакивать никто не хотел, поэтому это делал я. Я отнес Мирию на два этажа ниже, спустился в темницу и уложил ее прохладные деревянные нары. Затем повернулся к монахам.

— Заприте меня с ней. — сказал я и ввел в ступор служителей церкви. — Разве вы не понимаете? А если она сможет поработить мой разум? Я же тогда ее выпущу. Никакого риска. Заприте меня в камере…. И еды мне с вином принесите, а то я с утра не кушал…. И казнь на сегодня перенесите, дабы не ждать и не рисковать. Не дадим ей времени на подготовку!

Вешать лапшу на уши суеверной публике не трудно, поэтому мне принесли жуткого отвара, названного с какого-то перепуга супом, два куска сыра, бутылка дешевого вина и две свечки с огнивом. А затем я остался один. До казни часов шесть или семь. Стянув повязку со рта и глаз девушки, я заглянул в ее лицо. Она смотрела с испугом и немного с интересом, еще бы, я тут столько наплел. Молчание затягивалось.