Укрощение дракона 2. Дракон нашего времени  - Маргарита Ардо

– Точно. Хотя, может, дело в кольце? – я показала Славику своё обручальное. – Оно ведь так магию и сохранило. У нас с Иррандо до свадьбы браслеты были, чтоб не сбежали. Но энергия в них такая же была, мы даже супер толстую решетку ими, как лазером, перерезали. Причем, она включается только, когда мы вдвоём!

– Интересно!

– Это да, но болтать уже хватит. Мне надо идти спасать Иррандо.

– План есть?

Я почесала в затылке и скривилась.

– Буду действовать по обстоятельствам. Главное, покажу папе всё на Айфоне, передам Иррандо его кольчугу и супер-одежду, чтобы он потом голым по Москве не разгуливал. И вместе устроим папе показательную презентацию. Куда он потом денется? Отпустит и всё.

– Эх ты, Аня. Разве это план? – поджал губы Славик. – На видео и фото твой папа скажет: спецэффекты, фотошоп. Насчёт превращения в дракона не знаю. Это опасно. У них там автоматы есть. Полицейские – народ нервный. В тот раз дракона фокусником посчитали, а в этот могут и антитеррор объявить…

– Ой, а что же делать?

– Ну, если они возьмут анализ крови у Ира – это хорошо, на самом деле. Конечно, сначала медики с ума сойдут, но факты будут. Хорошо бы, чтоб из лаборатории по металлам твоему отцу тоже сообщили о золоте-не золоте и бриллиантах-не бриллиантах. Эти, кстати, тоже твёрже наших. Не только стекло, и железо разрежут.

– Это неизвестно когда будет, а Иррандо в тюрьме уже сейчас делать нечего.

– Значит, вызволяем, – спокойно сказал Славик.

– Побег? – загорелась я, предчувствуя приключения.

– Адвокат.

Славик посмотрел на меня снисходительно, как на глупую Барби. Неприятно.

– Тогда я звоню Плиману? – растерянно спросила я. – Но его папа много берёт.

– О деньгах теперь беспокоиться не стоит. Как выяснилось, на драконах можно озолотиться.

* * *

Вслед за представительным, уверенным и очень дорогим как с виду, так и по тарифам отцом Плимана мы ворвались в Кузьминское отделение полиции. Хорошо знающие меня в лицо сотрудники провожали нас удивлёнными взглядами. А Славика не пропустили, оставили ждать в предбаннике.

Меня потряхивало: папа может принять мой поступок, как предательство. Но разве он оставил нам с Иррандо шанс? Ведь даже поговорить нормально не хочет. А становиться современной Джульеттой, оплакивающей Ромео, я не собираюсь. Мне муж нужен живой, здоровый и желательно довольный жизнью. Нам ещё наследника воспитывать. Так что уж дудки! Я набрала в грудь побольше воздуха и вошла с лестничной клетки в холл второго этажа.

Папа вышел нам навстречу и, засунув руки в карманы чёрных джинсов, недовольно воззрился на удостоверение Ильи Моисеевича. Тот бодро продекламировал:

– Здравствуйте, Валерий Максимыч, ну вот мы и снова увиделись. Рад, что ваша дочь нашлась, – и расцвёл в фальшивой улыбке. – Я представляю гражданина Иррандо Бельмонте Лонтриэра, задержанного сегодня без объективных причин.

– Здрасьте. – Папа перевел взгляд на меня. Поджал губы. – Анна, что это за номера? Как ты здесь оказалась?

– На машине. А из дома выбралась через окно, – ответила я, пытаясь быть спокойной. – Ты ведь хотел, чтобы я адвокатом была? Так вот Илья Моисеевич Плиман любезно согласился мне пример показать типа стажировки. Освободи Иррандо.

– Не обсуждается.

– Как раз наоборот, – ехидно просиял старший Плиман. – Как адвокат господина Лонтриэра я требую незамедлительно освободить моего подзащитного!

– Он подозревается в похищении.

– Анна Исаева, пострадавшая, свидетельствует и готова подтвердить свои показания в суде, что господин Лонтриэр её не похищал и в преступных действиях против неё не участвовал.

Папа стал хмур, как зимний день.

– У вашего Лонтриэра нет документов. Может, он не Лонтриэр, а Семен Пупкин, скрывающийся по обвинению в разбойном нападении на коровник.

– Не волнуйтесь. Сразу отсюда, – елейно сообщил Илья Моисеевич, – мы отправляемся в суд для установления личности, которую готовы подтвердить двое свидетелей, а после постановления суда – в УФМС, чтобы подать документы на гражданство и получение паспорта.

– Ну, Анька! – буркнул папа. – Научил на свою голову! Но на этом разговор не окончен. Ты меня знаешь.

– Знаю, папа, – согласилась я, ничуть не показывая, что у меня все поджилки трясутся. – Подкупить тебя нельзя, а вот по закону решить вопрос можно. Надеюсь, ты теперь понял, что я трезва, и поговоришь нормально?

– Поговорил бы. С ремнём. Жалко ты беременная, дочь. А вот жениха твоего…

– …мужа.

– Мужа, – прокашлялся папа, словно ему это было невыносимо произносить, – ещё отхожу. Портупея с армии в шкафу лежит. Дождалась своего часа.

– Я протестую! – встрял старший Плиман. – Во-первых, вы угрожаете прямой агрессией моему клиенту. Во-вторых, приведите его уже.

Папа фыркнул. У меня заныло под ложечкой.

Илья Моисеевич осторожно тронул папу за локоть.

– И ещё. Без обид, юридических формальностей и даже бесплатно дам вам, Валерий Максимович, полезный совет. С детьми надо налаживать коммуникации. Слушать их надо.

– Сам разберусь, – буркнул папа.

И мне стало обидно – даже у Плимана отец понимает такие простые вещи! А мой не хочет. Разве это трудно – сесть и поговорить?

Полицейский вывел мрачного Иррандо.

– Свободен, зятёк, – сказал папа недобро. – Но я слежу за тобой. Из-под земли достану, если что.

Глаза Иррандо вспыхнули негодованием, он гордо вскинул подбородок, при этом опасно расставив руки, как перед обращением в дракона. Но, к счастью, увидев меня, расслабился и просветлел:

– Анрита…

Я бросилась к нему и подхватила под руку. Бедный, он выглядел замученным, и пахло от него, как из лужи. Да, обезьянник – это тебе не королевский дворец! Я сурово посмотрела на папу, на столпившихся чуть поодаль его коллег, раскрывших от любопытства рты, и сказала Иррандо:

– Пойдём, любимый. Папа, к ужину у нас будет мясная запеканка. И гости. Не опаздывай.

Наверное, то, что заскрежетало за моей спиной, было папиными зубами. Не стёр бы коронки! Эх…