(Не)счастье для дракона - Алиса Квин

– Лиллиан, – обратилась я к девушке, – твоя мама не дракон?

– Совершенно верно! – улыбнулась мне она, – Моя мама эльфийская принцесса.

– Что значит – истинная пара? – хлопала я глазами.

– Истинная пара – явление необычное и очень редкое, – начал рассказ Даррелл, – это две половинки одного целого. Обретая истинную пару, драконы обретают себя. У них одно сердце на двоих, одна душа, одна жизнь. Их магия становится неиссякаемой, дети таких пар получают возможности обоих родителей, обязательно имеют внутреннего дракона и способность к обороту.

– То есть, это пары влюбленные друг в друга? – мне было безумно интересно.

– Нет, не совсем так, – покачал головой дракон, – любовь – одна из составляющих в истинной паре, возможно, не самая важная и не обязательная. Тут сплетение судеб играют самую важную роль.

– Подождите, – взмолилась я, – вы сказали внутренний дракон. Как дракон может быть у ребенка эльфийки?

– Я не знаю, – он чуть раздраженно повел плечом, – раньше истинные пары все были межу драконами. Мой отец был первым и последним, у кого истинной оказалась не драконица. Хуже того, ею оказалась эльфийка – дочь врага. На тот момент была война между эльфами и драконами. Но когда мой отец увидел Элинаэль… больше они не расставались. Тогда драконы встали во главе Шатараса, обеспечивая другим народам мир и защиту.

Властелин замолчал на некоторое время. Я физически ощущала его напряжение. Видимо, он так и не смирился с выбором его отца. Хотя видно было, что сестру просто обожает.

– Я не умею оборачиваться, – печально сказала Лиллиан, – я дочь эльфийки. Полукровка. Оказалось, что закон истинных пар не работает на таких как я.

– С тех пор драконы перестали искать своих истинных и предпочитают жениться только на женщинах своего вида. В основном. Некоторые не чтут узы крови, выбирают себе в спутницы жизни женщин других рас. Но и жить предпочитают в таких деревеньках. – Мрачно сообщил Даррелл.

– Но, если до этого не бывало случаев подобных истинных пар, – медленно сказала я, – может быть он просто полюбил Элинаэль? Она не была его истинной.

– К сожалению, не так все просто, – пояснил дракон, – далеко не всегда истинные понимают, что они принадлежат друг другу. Но когда их души объединяются, на их телах появляются знаки. Так мужчина и женщина оказываются связаны между собой. Элинаэль – истинная моего отца. Другая сторона возникновения истинной пары – это невозможность существовать друг без друга. Они не выносят разлуку, жизнь одного обрывается, если погибает другой. Поэтому семья всегда принимает пару. Просто нет выбора. Это и благословение, и проклятие одновременно. Моя сестра не оборачивалась ни разу, но она имеет и эльфийскую магию и драконью. Ее дети пока тоже не взывали к своему внутреннему дракону. Возможно, это никогда и не произойдет.

Мне было искренне жаль. Жаль пару обреченную на подобную судьбу без права выбора, жаль Даррелла, оставшегося без матери, жаль Лиллиан, не имеющую способности летать.

– Но Лиллиан, ты же замужем? – встрепенулась я.

Белокурая красавица кивнула, и ее глаза засветились любовью.

– Твой муж тоже дракон? – может быть и нетактичный вопрос я задала, но мне очень хотелось разобраться во всем.

– Да, он воин.

– Воины редко заводят семью, – снова пояснил Даррелл, – такие как Гариет не ищут себе пару. И это тоже исключение из правил. Они любят друг друга.

– Я с ним счастлива, – улыбнулась его сестра, – и если мне суждено провести свою жизнь ни разу не встав на крыло, я согласна. Только очень надеюсь, что наши дети будут все в отца. Стефан еще маленький, верю, что он еще сможет оборачиваться.

Мое сердце сжала непонятная тоска. Бэтти слегка зашевелилась в складках моего платья.

– Ты это чувствуешь? – услышала ее голосок у себя в голове.

Утвердительно положила ладошку на спинку моего фамильяра. Я чувствовала. Воздух словно вибрировал. Я ощущала смутное беспокойство и потребность что-то сделать. Кончики пальцев не то, что покалывало, буквально жгло от переполняющей меня силы. Казалось, еще немного и она просто взорвет меня. Голова закружилась, перед глазами возникла пелена, а грудь сдавило обручем. Стало трудно дышать.

– Айрин, – словно сквозь одеяло услышала я обеспокоенный голос Даррелла, – что случилось?

Если бы я знала! Если бы я могла ответить!

Совершенно не понимаю, что делаю, я встала и пошла на улицу.

– Айрин, куда вы? – Даррелл ринулся за мной, но я не стала его дожидаться.

Я почти не разбирала дороги, неведомой нитью меня влекло… А куда меня влекло? Впрочем, это сейчас совершенно неважно. Просто не было сил сопротивляться зову. А потом я увидела это. Разноцветные нити. Такие же, как тогда, когда я лечила Бэтти. Только сейчас мои глаза были открыты, я видела окружающую меня деревеньку, встревоженных жителей. Только сейчас все это было словно на втором плане. Линии горели слепящим светом. При этом я заметила, что местами они не были цельными. Где-то прерывались, для того, чтобы возобновить свой путь дальше, а где-то и вовсе сходили на нет. Я видела – вся деревенька пронизывалась ими, словно окутана паутиной. Ее центр находился как раз у колодца. Но именно на этом месте в цветной сети и было больше всего разрывов.

Не размышляя больше и секунды, я шагнула в этот центр. Глубоко вдохнула, призывая стихию воздуха. Ветер чутко отозвался на призыв, игриво развевая мои волосы. Бэтти оторвалась от пояса, взмыла у меня над головой. Я мысленно потянулась к воде в колодце. Потоки силы воды послушно скользнули ко мне. Зачерпнув горсть земли, крепко сжала ее в кулаке, моля о помощи.

– Огонь, – подняла я глаза на ошарашено смотрящего на мои действия Даррелла, – пожалуйста, мне нужен огонь.

Мгновение дракон смотрел в мои глаза, затем в его зрачках вспыхнуло пламя, а потом и в его ладонях. Он швырнул горящий сгусток на землю неподалеку от меня.

Ко мне метнулась золотистая нить, впиваясь в тело. Ее примеру последовала синяя, за ней красная. Я чувствовала их силу, потоки энергий переполняли мое существо. Затем слепящая вспышка, и я поняла, что цветные линии рассыпались на миллиарды тончайших нитей, сетью опутывая все вокруг.

Больше не в силах сдерживаться от рвущейся наружу магии, я закричала, ощущая, как меня поднимает высоко вверх. Теперь я была центром паутины. От меня расходились нити. При этом каждая из них стала целой, прочной, яркой. Ветер трепал волосы, огонь, подаренный Дарреллом, с ревом взметнулся ввысь, вода в колодце бурлила, выплескиваясь за края, земля задрожала и начала трескаться.

Я словно сосуд, до краев заполненный чистой энергией, больше не могла ей сопротивляться. С облегчением отпустила ее на волю. Возможно, мне показалось, но нити превратились в целые канаты. Еще одна невыносимо яркая вспышка и видение исчезло, а я полетела вниз в полном беспамятстве.