Невеста безликого Аспида - Полина Рей

– Нехитро, но чем богаты, – донёсся до меня голос Ардис, и я обернулась. Викка уже поставила поднос на невысокий столик и теперь расставляла на нём чашки, молочник и тарелки с холодным мясом, хлебом и фруктами.

– Мне кажется, я сейчас слона готова съесть, – призналась я Ардис. – Где у вас можно умыться?

Когда я всё же устроилась за столиком и с жадностью принялась за еду, поняла, что первые впечатления от пребывания в незнакомом месте схлынули, замещаясь обидой. Снова стало очень жаль себя за то, что мне пришлось вытерпеть от Тео. И хоть я не привыкла зацикливаться на негативных ощущениях, исчезать эта обида никуда не торопилась. Напротив, крепла с каждой минутой.

– Он придёт за тобой, – словно прочитав мои мысли, заверила меня Ардис, подливая мне чая. – Я про господина Адальмара.

– Если только для того, чтобы убить, – буркнула я, откладывая недоеденный бутерброд. – Ну или в камере запереть.

– Нет. – Ардис помотала головой. – Он придёт за тобой, потому что захочет вернуть. И любить.

Игнорируя тепло, которое разлилось в груди от произнесённых слов, я принялась складывать льняную салфетку, которую постелила на колени перед трапезой.

– Я – его бывшая жена?

– И да, и нет.

Похоже, Ардис было ничем не удивить, и она действительно знала если не всё, то очень и очень многое. И я могла наконец разузнать то, что мне было недоступно до этого момента.

– Ты – новое воплощение Адель. Но не то же самое, что она. У тебя теперь новая жизнь, и только ты решаешь как её прожить. Без оглядки на Адель, разумеется.

– Звучит просто. Но не думаю, что всё настолько беспроблемно. Ведь Теогард любит именно Адель.

– Нет. В этом ты неправа. Он начал испытывать чувства к тебе. К тебе той, которая была рядом с ним всё это время. Несмотря на то, что ты совершенно непохожа внешне на его жену. И несмотря на ненависть, которую испытывал к тебе задолго до того, как вы познакомились.

– А сильфы? Ведь я же точно такая же, какой была Адель.

– И это не так. Твой дар – он только твой. И он ещё дремлет. А проснётся или нет – даже я тебе этого не могу сказать.

Я тяжело вздохнула. Вроде как кое-что стало понятнее, в остальном же – вопросы только прибавились. Итак, я не Адель – это уже хорошо, потому что этот момент меня очень даже смущал. Так и хотелось при мысли о погибшей жене Адальмара, спросить – а как же Аделина? Как же её желания, чувства, интересы? Ведь они же есть и существуют, как сказала Ардис, без оглядки на Адель.

Что же касается остального… По правде, я очень сомневалась в том, что Теогард действительно придёт за мной с теми целями, которые обрисовала викка.

– Скажите…

– Да?

– А если я захочу вернуться обратно? В мой мир? Это возможно?

– Нет ничего невозможного, Элла. А ты этого действительно желаешь?

От меня не укрылась та эмоция, которая мелькнула всего на мгновение во взгляде Ардис. Страх. Она боялась, что я всё же решу покинуть этот мир?

– Я не знаю. Когда этот остолоп ведёт себя со мной так, будто я преступница или – хуже того – вещь, последнее, чего мне хочется – оставаться здесь.

– Я тебя понимаю, Элла. Теогард порой вспыльчивый, непримиримый, эгоистичный. Но он умеет любить, как никто другой. Действительно умеет. Он считал, что его сердце окаменело, когда Адель не стало, а сейчас… сейчас ты смогла пробудить в нём то давно забытое, что похоронено так глубоко, что не сразу и отыщешь.

– Видимо, очень глубоко, – буркнула я. – Иначе он бы не практиковал со мной всяческое насилие.

– Но теперь только тебе решать, что будет дальше. Если ты не разрешишь Теогарду к себе приблизиться – он не посмеет пойти против твоей воли.

– Что это значит?

– В этот дом он сможет войти только с твоего разрешения. И если откажешь – смирится с твоим выбором.

– И уйдёт?

– Зная Адальмара – да. Но если останется, если ты позволишь ему остаться, он покажет тебе, как умеет любить.

Это звучало слишком хорошо, чтобы стать правдой. Хотя, наверное, в словах Ардис было здравое зерно. Теогард уже не раз давал понять, что его отношение может кардинально измениться в считанные часы. Но сейчас, опять же если верить викке, все карты были у меня в руках.

Эти мысли успокоили, а ещё я поняла, что устала. Крик устроился рядом со мной и положил голову мне на колени, и от этой картины меня потянуло в сон. Я зевнула, прикрыв рот ладонью, а всё остальное ощущала и слышала через полудрёму.

– Поспи, Аделина, – шепнула Ардис и я провалилась в сон.

Меня разбудил стук. Вроде бы и настойчивый, но в то же время осторожный. Вскочив из кресла, я заозиралась, не сразу понимая, где именно нахожусь. Но чем больше вспоминала, тем тревожнее становилось на душе.

Ардис рядом не оказалось, а шлёпнувшийся на пол с моих коленей Крик зашелестел и уполз в сторону камина. Я прислушалась к доносящимся звукам, и когда стук повторился, почувствовала, как сердце моё ускоряет бег.

Выйдя из гостиной, я остановилась возле входной двери и осмотрелась. Ардис как сквозь землю провалилась, и это навело меня на мысли о том, что она попросту ушла, чтобы не мешать нам с Адальмаром. Если конечно, за дверью стоял он, а не кто-то другой. Впрочем, мне словно бы шептало шестое чувство – это действительно Теогард. Он пришёл за мной, и теперь только от меня будет зависеть, останемся ли мы вместе или нет.

Всё же решившись, когда стук повторился в третий раз, я распахнула дверь, и тут же судорожно вздохнула. На меня смотрел Адальмар, в этот момент показавшийся ещё более огромным, чем то было раньше. Он заполонил собой всё – чудилось, что от него нет спасения.

– Элла… – шепнул Тео и замер. А я стояла, смотрела на него во все глаза, и не знала, что мне делать. Понимала только, что уже не смогу уйти. Не смогу вернуться обратно и жить спокойно в своём мире, зная, что где-то в другой реальности остался этот невыносимый мужчина, способный свести с ума тем, что он порой творил. И всё же… я не собиралась бросаться ему на шею и прощать его вот так быстро. Тем более, что прощения он у меня и не просил.

– Я слушаю. – Сложив руки на груди, я не без труда отвела взгляд и уставилась на какую-то экспозицию из сушёных трав на стене.

– Элла, мне очень жаль, что всё так вышло.

– Это вы поняли, до того, как протрезвели, господин Адальмар? Или после?

Я перевела взгляд на его лицо и увидела, что он скривился, словно бы от боли.

– Мне очень жаль, что я сделал то, что сделал. Я пришёл сюда в надежде, что ты меня простишь. И готов пообещать, что подобного больше не повторится.

– Вот как? Кажется, вы мне уже это обещали. Когда изнасиловали.

Он снова скривился, после чего отступил и растёр лицо ладонью. Я впервые видела его таким – растерянным, уязвимым. Непривычным. Ликовала ли я? Нет. Но хотела, чтобы его слова стали правдой. Хотела верить им, но не могла вот так быстро этого сделать.