Договор с вампиром - Ника Фрост

Однако сон не был крепким: обрывки воспоминаний, мыслей и страхов постоянно выдергивали меня из небытия. Окончательно я проснулась, когда совсем рядом раздался тихий шорох и, прямо передо мной, словно из ниоткуда, возникла высокая фигура в черном.

— Райн? — прохрипела я, невольно сократив его имя.

— Ага… — едва слышно прошептал он, и как подкошенный рухнул на землю.

Слова застряли в моем горле и я, на коленях, быстро подползла к мужчине и обомлела.

Выглядел он жутко. Половина лица была сожжена чуть ли не до кости. Оставшаяся кожа, на другой половине, была мертвенно-серого цвета. Из груди Райнорана доносились жуткие хрипы, дыхание рваное, глаза закрыты.

Без лишних слов я подхватила его подмышки и, скрипя зубами от натуги, потащила его внутрь своего маленького убежища. Я не знаю, сколько он весил, мне показалось, что целую тонну. Пять метров показались мне пятью километрами, и тонкие струйки пота текли по моему лицу, несмотря на жуткий холод. Уложив Райнорана на свое импровизированное ложе, я тихонько заплакала. Некогда прекрасное лицо превратилось в страшную и безжизненную маску. И все это было только по моей вине. Я прекрасно видела, что с каждым вздохом жизнь покидает его.

— Прошу, не покидай меня, — всхлипнула я, и аккуратно прикоснулась к неповрежденному участку кожи на лице. — Я сделаю все, что ты скажешь. Как мне помочь тебе?

— Мне поможет… только кровь, малышка… — голос вампира был тусклым, слова давались ему с огромным трудом, — так что никак не сможешь… Просто слушай…

— Кровь! — воскликнула я. — Почему не могу?! Возьми моей! Прошу!

— Не… перебивай… Ты умрешь…

— Почему умру? — я не унималась, не понимая причину, почему он не хочет выпить моей крови, если она ему поможет. — Ты уже пил, сам говорил!

— Мы не… на Земле… Ты на… — он замолчал, чтобы перевести дыхание, — яд убьет…

— Мне плевать! И вообще, с чего ты это взял, что я умру?! — я не сдержалась, от нахлынувших чувств и закричала. — Пей! Как мне… шею тебе подставить или руку, или что?!

— Дослушай… ты наконец! — последнее слово он прорычал, но мне было плевать.

— Из-за меня ты сейчас умираешь. Я могу помочь, поэтому, просто заткнись! — я схватила его руку и со всей силы полоснула металлическим когтем по своей шее. Почувствовав, как из раны потекла кровь, я аккуратно, чтобы не навредить еще больше, обхватила его голову, и приподняв, приложила его губы прямо к порезу.

Он попытался вырваться, но сил у него сейчас было даже меньше, чем у меня. Послышался протяжный то ли стон, то ли вой:

— Малышка… я…

— Все будет хорошо, просто поверь, — пробормотала я, и тут же резкая боль пронзила меня, острые клыки впились в кожу, проткнув ее.

Я чувствовала его жажду, его «голод», но меня это не пугало, я лишь крепче прижимала его голову к своей шее. Если я могу его спасти — пусть возьмет сколько надо. Главное — он будет жить, пусть даже и с обезображенным лицом, для меня не будет никого прекраснее него. Того, кто помогал, жертвовал собой ради меня… Осознав это, я внезапно поняла, что полюбила Райнорана! Нашла того, кого обычно называют половинкой…

И плевать, что он вампир из другого мира, не важно, что нам не суждено быть вместе и что сейчас он может убить меня и это последние минуты моей жизни… Плевать вообще на все, главное, что тот, кого я люблю, будет жить.

Прошло не меньше пяти минут, прежде чем Райноран осторожно отодвинулся от меня и лег обратно на лежанку.

— Я… не прощу себя… если ты умрешь…

— А я бы не простила себя, если бы умер ты, — пробормотала я, и хотела встать, но он внезапно схватил меня за руку.

— Полчаса. Через столько… начинает действовать яд. Ты пони…

— Господи! Да помолчи ты уже, и просто отдыхай! — выпалила я, но отодвинув край плаща, улеглась рядом с ним. И, прижавшись к его боку, укрылась. — Полчаса — значит, полчаса.

— Почему ты… такая?

— Какая?

— Упертая и… вредная… — тихонько усмехнулся мужчина и обхватив меня за плечи, покрепче прижав к себе.

— Какая уж уродилась. Хотя… по жизни мне всегда было проще махнуть рукой, молча смириться, и забыть обо всем. Проще… да.

— Но не в этот раз?

— Нет. Не в этот раз.

— И почему же?

— Какая разница, почему? — не объяснять же, что потому, что безумно его люблю. Ему это знать совсем не обязательно. Или я скоро умру… или выживу, и вскоре мы с ним навсегда расстанемся. Так что пускай мои чувства останутся при мне. — Ты мне лучше расскажи, что это было за странное сборище неделю назад, в клубе.

— Хитрая… — было слышно, что в его голосе стали появляться интонации, безжизненный шелест бесследно исчез, и я была этому рада, — но почему бы и не рассказать. Это более для тебя не тайна, про существование вампиров в твоем мире. В тот день там проходило наше «собрание». Поскольку мы должны действовать аккуратно, чтобы люди в вашем мире про нас не узнали, мы всегда обсуждаем стратегии развития и внедрения, так сказать… Мы, через скупщиков, продаем драгоценные камни. Через подставных лиц покупаем себе уже действующие компании, различные заведения. Тот клуб как раз принадлежит одному из нас… Не привлекая внимание к себе, мы укрепляем свои позиции, при этом действуем сообща, чтобы вложения приносили максимальную пользу для нашего клана.

— Клана?

— Да, малышка, моего клана. Я Лаэрд клана, или, если по-вашему… даже не знаю, «Правитель», наверное, больше всего подойдет.

— И… и большой у тебя клан? — ого, как я и думала, большая шишка, этот Лаэрд! Не удивительно, что эти психи, с таким безумным рвением, за ним гоняются. Только странно, что сам «правитель» пришел спасать меня, и, при этом, в одиночестве.

— Один из самых немногочисленных. Нас чуть больше двух сотен.

— «Один из»… Значит, есть и другие? — все интереснее и интереснее!

— Да. Есть еще четыре клана. Они раньше нас покинули этот мир. Два клана обосновались в Северной Америке. — Голос Райнорана начал потихоньку затихать. — Один — в Западной Европе. Мы же выбрали Восточную Европу. Хотели Азию — больше возможностей, но нам, с нашей внешностью, затеряться среди вас намного проще, так что…

Мужчина, не договорив, внезапно замолчал, посмотрев на него, я поняла, что он просто уснул.

А я осталась в одиночестве, дожидаться, когда пройдет полчаса и я узнаю — буду ли я жить, или умру. Страшно ли мне было? Совру, если скажу, что нет. Просто ужасно страшно — я думаю, умирать никому не хочется, тем более еще в столь раннем возрасте. Но все равно, на моей душе было от чего-то светло. Возможно, виной тому было осознание того, что я нашла дорогого своему сердцу че… мужчину? И сейчас я лежала в его объятиях, слышала его ровное дыхание и спокойный стук его сердца. Вся грязная, израненная, с ужасной головной болью и тошнотой… и, впервые в своей жизни, я была по-настоящему счастлива! Поняв это, страх тут же окончательно испарился, и я, улыбнувшись, закрыла глаза. На смену ему пришла абсолютная уверенность в том, что я буду жить.