Не драконьте ведьму! - Власта Бер

Я — ведьма!

Победно вскинула кулак над головой, а потом нахмурилась.

Что-то как-то все не на меня смотрели…

Обернулась, ойкнула и сжалась. Потому что позади оказался ОН.

Огромный. Опасный. Ужасный. Безбородый.

Драконище-приду-когда-не-ждали!

И тако-ое у него лицо было, что я прям задумалась, кого больше бояться — его или колдунов.

И магической пыльцы на моем лице — сомнительная конечно защита — не осталось….То-то он на него пялится. Потом его взгляд прошелся по наряду, который от всего мною пережитого стал еще более откровенным, огладил все изгибы…

Судорожный вздох, и вот уже император плащ с себя сбросил и меня в него закутал. Стало так тепло-тепло и уютно. Да еще и запах драконища… сразу вспомнилось мно-ого.

— Папочка! — завопил Хейм и бросился к своему отцу.

Ой.

«Такое» лицо у Эйнара Разозленного было раньше, пока он не знал, что драконышу тоже во всем этом беспределе досталось. А теперь, когда узнал, оно стало…

ТАКИМ.

— А мы тут Сойку спасаем… — прошептал мальчишка, обнимая отца за шею, и я только застонала про себя. Вот не мог он промолчать?

— А это кто с тобой сделал? — осторожно провел Хотьразвовремяпришедший пальцем по ранке на щеке, и та тут же затянулась.

— Ну… я точно не помню, кто-то из них, — наябедничал малыш и пальчиком куда надо показал

Император так на черных колдунов зыркнул, что они аж на целый шаг назад отступили одновременно. Но собрались быстренько, боевой клич издали и в бой ринулись.

И завязалась новая битва.

Ах, как император бился! Его сильные руки разили мечом беспощадно и точно, его глаза отправляли в далекий полет даже самых устойчивых, его уста изрыгали такие проклятья, что даже у бабки лисьи глазки из хитрых стали похожи на плошки, его чешуйки на висках и лбу отражали любые снаряды, его скрюченные пальцы с удлинившимися когтями направляли на колдунов все стихии разом — и тех посыпало градом, пеплом, сносило огнем, засасывало в землю, перемалывало камнями…

А его прекрасная драконья тень накрыла всех страшным пологом.

Любовалась бы и любовалась…

Но у меня же тоже дела были. Раз уж мне мир спасать больше не надо.

Во-первых, усадила Хейма повыше на ветки и наказала там и сидеть.

Во-вторых, оттащили раненного Тора в сторону и приложила к его руке несколько листов лошутника — так быстрее онемение пройдет.

В — третьих, краем глаза я таки присматривала за подлыми захватчиками — мало ли какая помощь моему… в смысле общенародному драконищу понадобится.

И потому не пропустила, когда два на вид уже полудохлых колдуна, воспользовавшись тем, что внимание Эйнара отвлекли другие, заползли сзади и начали сотворять что-то сложное и явно опасное.

— Твою ж во все дыры! — не сдержалась и кинулась на подмогу, судорожно соображая, что я вообще знаю из заклинаний.

Зажечь свечу? Запереть дверь? Поправить лепестки цветочков потоком воздуха? Наверняка с моей новой силой получится что-то более крупное… лишь бы не смешное. Ведь есть же сила, да? Иначе они не пытались бы ее забрать.

Выпростала вперед руки, развернула ладони, а потом пальцами сложила старшие руны и….

Бабахнуло. Да так, что мало не показалось не только колдунам, но и императору. Закружил их серебристый смерч, состоящий из острых, словно иглы, льдинок, перелился горячим металлом, сковывая жалкие останки врагов — да сколько же их там?! неужто все те годы пока были в изгнании только и делали, что плодились и размножались? — а некоторых еще и подморозил.

Я с сомнением на свои руки посмотрела… ведь ничего толком еще не произнесла и не сделала. Может в этом дар и есть? Что легко, с задором, мысленно?

— Сойвель! — раздался позади обеспокоенно-насмешливый голос ректора. — Ты в порядке? Эх, вот так и знал, что только звать на свидания можешь, а сама с другими гуляешь.

Ну конечно.

Появление Рагнара эсс Самомнение-больше-елки я пропустила. А это он, а не я, похоже, помог своему кузену.

Вздохнула и выставленные вперед руки опустила.

Какая-то мысль мелькнула у меня, пока я смотрела на серебряноволосого, но поймать ее в такой обстановке и грохоте не получалось…

Ректор бросился в гущу событий, которая уже изрядно утихла, я же позволила себе еще минутку полюбоваться и решила вернуться к женщинам — то есть лисе — раненым и детям. Пусть мужчины сами разбираются.

И нахмурилась.

Потому как лиса была на месте. Хольд был на месте — никуда бы он и не делся, а вот…

— Хеймвальд где?!

Оба удивленно на меня посмотрели, а потом принялись обыскивать глазами полянку.

И тут мы увидели спеленутого заклинаниями малыша, которого утаскивало два изрядно потрепанных колдуна, решивших заполучить хоть что-то! Они уже почти добежали до кромки леса и…

Будем честными, я психанула.

Слишком как-то это все оказалось: потребность постоянно инициироваться, оправдываться, защищаться. Похищение, алтарь, все эти мерзкие мужики… и теперь драконыша утаскивают, наверняка с гадкими намерениями!

Моего драконыша, между прочим!

Завизжала так громко и тонко, что чуть сама не лопнула, а потом начертила в воздухе руну, которая вдруг навязчивой картинкой в голове возникла, и прошипела:

— Колдуны все…. вон!

В лесу стало тихо.

Даже ветер присмирел.

А я… сглотнула и осмотрелась.

— Э-ээ…

— Сойвель? — первым от потрясения очнулся ректор. — Вот это… да… Ты как это сделала?

Пожала плечами.

Потому что и правда сделала. В округе ни одного колдуна не осталось. Ни живого, ни мертвого, ни раненного.

От шока словно говорить разучилась.

— И куда их отправила? — осторожно продолжил Рагнар расспросы и ко мне шагнул.

— Ну… — кажется, голос восстанавливается. Второй буду. — Если честно, понятия не имею. Но надеюсь, они оттуда больше не вернуться.

— Ты спасла меня, Сойка! — малыш в грязной и порванной пижамке бросился ко мне. Третьим очнулся — вот что значит детство.

Я посмотрела на хольда, но тот еще никуда бросаться не мог.