Вампиресса Туманной долины - Василиса Прекрасная

- Так и будете молчать, мазель Шойн? Я же слышал ваш разговор,  - обращённый ко мне вопрос магистра заставил мëртвое сердце тревожно забиться.

Наверняка ему уже казалось подозрительным, что не оборачиваюсь к нему, но и сделать этого не могу. Может притвориться, что его тут нет? А он возьмёт и исчезнет как страшный сон. Один из тех, что одолевали меня за последние сутки.

- И вам прекрасно известно как всё было на самом деле, - продолжил обращаться ко мне Блей.

- Уходите мезир, - буркнула подруга, отворачиваясь от него. – Мы не одеты для этого разговора.

- Может, что-то всё же скажете? – продолжил Вуд настаивать на своём, открыто игнорируя Жаклин.

- Как сказала моя подопечная, - проскрежетала не своим голосом, наконец, решаясь и выбирая тактику поведения. – Вам лучше уйти или как минимум отвернуться, чтобы мы смогли привести себя в порядок. Я же прослежу, чтобы вскоре дуарэ Дане оказалась в своей спальне и легла спать. В таком случае? Уверена, что она будет молчать о том, что случилось сегодня. Как и вы об этом… инциденте.

- Учитесь шантажу у своей подружки? – коротко хохотнул мужчина. – Неудивительно, что вы так быстро и легко сдружились. Хорошо! Я отвернусь! Но не уйду, это ясно? Сначала провожу вас до места назначения и убежусь, что вы больше не выйдете до самого утра.

Едва уловимый шорох травы подсказал, что магистр действительно отвернулся. Это послужило знаком, что пора одеваться! И как можно быстрее! Но всё же не стала торопиться, так как это было бы слишком подозрительно и смешно.

Аккуратно встала, подошла к своей одежде и не спеша облачилась в своё платье, не забывая коситься на спину Вуда. Бельё спрятала в карман, одновременно нажимая на камень и возвращая себе внешность Нерлин Шойн. Правда пришлось мысленно его подкорректировать её, чтобы волосы так и остались распущенными и мокрыми. Иначе вышло бы худо.

Восх! Надеюсь, артефакт, распознающий иллюзию у него не с собой!

- Мы готовы, - объявила Джеки, тоже уже одетая и поднимающая с земли покрывало с одной из прихваченных с собой бутылок.

Магистр обернулся, с кривой улыбкой на лице осматривая нас обеих.

- Видел бы вас сейчас тот самый двор, которым вы посмели мне угрожать. Слухи были бы похлеще тех, что обещали мне.

Подруга хмыкнула, а я предпочла лишний раз смолчать. Чем быстрее мы доберёмся до комнат дуарэ Дане, тем лучше. И желательно в молчании.

- Ведите, мезир, - милостиво разрешила Джеки. – Нам не терпится избавиться от вашего общества.

- Поверьте, мне тоже, - не отстал от неё Блей.

В этот момент они были похожи на детей. Невольно рассмеялась, чем привлекла к себе лишнее внимание. Пристальный взгляд магистра заставил меня заткнуться и уткнуться глазами в землю, сверля там небольшую дыру.

- Быстрее уже, - влезла подруга, умело перетягивая одеяло на себя.

И наша процессия, в самом деле, тронулась с места таким странным составом – молоденькая взбалмошная вампирша, лжеНерлин и магистр собственной персоной. Хорошо ещё, что когда мы сами пошли к тайному проходу, ведущему во дворец, Вуд и не подумал возражать, осознавая правильность подобного пути.

Только вот по какой-то причине настоял, чтобы мы вышли в коридоре, а не в самой гостиной. Но мы не стали ничего говорить по этому поводу, решив, что это вызовет лишние споры, которые сейчас ни к чему. Особенно нам.

Так мы и дошли до покоев. Джеки проскользнула первой, но остановилась на пороге, выжидающе поглядывая на меня. И уже когда хотела зайти вслед за ней, голос Блейка Вуда остановил меня.

- А вы задержитесь, мазель Шойн. Нам есть что обсудить, не находите?

Не нахожу! Но кто бы меня спрашивал всерьёз, а не для элементарной вежливости?

Джеки подняла правую бровь, одним взглядом давая понять, что стоит мне только возразить, как она вступится, но я покачала головой. Всё равно это неизбежно. Готовой к этому разговору не стану… никогда. Так зачем оттягивать неприятное? Это не в моём характере.

Но стоило нам остаться одним, как мужчина задумчиво достал артефакт распознающий иллюзию из кармана сюртука и насмешливо произнёс:

- Ну что Даниэль? Не думала же ты что останешься не узнанной?