Два пути одного сердца - Ива Миленич

– Переживает, – согласилась я и нашла глазами часы. – Но если это всё, что ей известно, с ума от беспокойства не сходит. Ложится она далеко за полночь, поэтому звонок подождёт ещё немного.

Решительно оторвав наконец щёку от невыносимо пьянящей своим ароматом белой рубашки, я сразу отступила на пару шагов.

Дрей кивнул и начал:

– Пары из Старых Семей связываются под Древом Безмирья. Но перед этим обручает Сущий. Затем брак на Земле. И только потом – под Большим Древом.

– Почему на Земле надо, а на Сиате – нет? – сразу немножко не поняла я.

– У нас руны Безмирья безусловно подтверждают такой брак, ничего больше не нужно, – пожал плечами Дрей. – Это знаки на запястьях... Вроде того, что ты видела на лбу каира. Наносит Сущий при обручении, но проявлять их по собственной воле получается только после церемонии в Безмирье. Это и есть достаточное доказательство в Дорсе – Старая Кровь и руны.

– А здесь-то предварительно зачем? – нахмурилась я, а затем фыркнула: – Неужели следует показать Эйо свидетельство о браке? Без бумажки он что ли не поверит, что мы всё это затеяли всерьёз?

– Нет. Предполагается, что следует стать парой в храме, прежде, чем идти к Древу. Божественный брак, – тихо пояснил Дрей и странно на меня взглянул. – А здесь давно уже не венчают без штампа в паспорте. Но это и не проблема, потому что государственная регистрация всё равно нужна. В Талафе-то Старую Кровь не скрывают, однако здесь ведь жить тоже предстоит, а руны вместо свидетельства уже нигде не предъявишь.

С регистрацией я сразу поняла, а вот церковный брак стал пока что самым неожиданным известием! Я попятилась до кресла, упала в него и задумалась.

– Ты хочешь сказать, что на Земле… вера какая-то более правильная?

– На Сиате всё в этом смысле очень похоже. До мелочей, на самом деле, если говорить о дорсийских религиях. Всё равно – здесь или там. В России просто из-за сопутствующего официального брака удобнее, поэтому так и сложилось.

Я кивнула, помолчала и решилась:

– Довольно! Всё понятно с этим, Дрей, спасибо! Если появятся ещё вопросы, я потом уточню. Давай теперь о том, что у нас пошло наперекосяк, – попросила я. – Как оказалось, что мы уже связаны раньше всех этих процедур и почему я из-за этого должна рассердиться? Как там Эйо сказал?.. Рассердиться, а потом подумать, вот!

Я заранее страшилась ответа и снова затряслась. Нащупала за спиной подушку-думку, обняла её и сжалась в пружину. Поднять взгляд после этого вопроса я тоже больше не решалась.

Дрей подошёл к креслу и сел возле него прямо на пол. Я почувствовала, что он-то как раз смотрит на меня, не выдержала собственного напряжения и выпалила самое важное и мучительное:

– Давно мы связаны, Дрей? Как мне теперь вообще разобраться, что между нами… происходит? Где я, а где Связь?!

Он вздохнул, вытянул из-под подушки мою кисть и прижал к своей щеке.

– Вот поэтому я и хочу заключить всё же твой дурацкий договор. Прямо утром и поедем, если ты не против. И поэтому ты должна знать кое-то ещё. Чтобы… хорошо подумать.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍  Дрей обжёг мои заледеневшие от страха пальцы горячими сухими губами. Промелькнула мысль, что теперь я совсем не справлюсь с дрожью, но она почему-то сразу унялась.

– Валентайн – это я, Элис. Личная Связь быстро и сама по себе установилась, потому что мы уже долгие годы очень близки. Хотя и… своеобразно.

Я превратилась в камень, даже не моргала. Не знаю, сколько. Час или дольше. Потому что такой шокирующей новости никак не ожидала, да и вообще в своей жизни не слышала! Valentine?!!

– Тина? – в конце концов выдавила я глупый уточняющий вопрос.

Дрей шумно вдохнул и твёрдо ответил:

– Да, Элис.

Валентайн… Валентина, Тина.

Моя русская подруга из Сети. Почти родной человек, о котором я вспомнила даже у Древа, при смерти! Которому я столько лет доверяла все свои секреты и подробности жизни. Потому что… да потому что столько лет, боги!

Мы познакомились в ISQ совсем подростками, ещё когда не было даже в помине никаких соцсетей. Она подтягивала английский, я практиковала разговорный русский. Она… она?!

– Почему ты назвался женским именем? – чужим голосом просипела я. – Понимал, что с молодым человеком я не стану откровенничать и сближаться?

– Нет, разве же я знал тогда, какая ты бука и вредина, – грустно хмыкнул Дрей. – Всё проще, Элис. Я не назывался женским именем, ты сама так решила. А я всего лишь... был романтичным юнцом и под никнеймом вообще-то подразумевал свою фамилию и... валентинку, любовную открытку.

Он прислонился лбом к моим коленям и приглушённо пробормотал из плотных шёлковых складок:

– Ты же хоть и вредина, но очень неиспорченная и наивная. Только Алиса Меликова могла при знакомстве в чате в слове valentine увидеть в первую очередь... русское женское имя. Даже не мужское, заметь!

Я потихоньку оттаивала… смогла даже на это улыбнуться.

Дрей словно почувствовал и моментально снова прижался губами к моей руке.

– И как? Эйо не зря предупреждал? Сердишься?

– Почему-то… нет.

– А думать будешь?

– Думать буду. Долго.