Его непокорная пара - Ясмина Сапфир

- и все.

- Вот! А границы сейчас очень важны! Можно сказать, все нынешнее общество построено на личных границах. Между начальниками и подчиненными. Между женщинами и мужчинами. Между сильными и слабыми. Старые законы больше не действуют. Будь осторожен Артар. Ты можешь собственными руками разрушить свое счастливое будущее.

- А если. - Ревский сглотнул. Вот уж не думал Артар, что когда -то настанет минута - и он не сможет сказать о том, что накипело в душе. Вербер протолкнул ком в горле и все же выдавил из себя. По слову, по капле. Буквально заставляя себя, ломая... Наверное, ему еще ничего так тяжело не давалось, как эти два вопроса, адресованные Минину. В окопах под фашистскими бомбами в сорок втором - и то было легче. - А если она меня все же не примет? И не полюбит как своего мужчину?

- Тогда придется ее отпустить.

Слова Минина камнями упали на грудь. И, кажется, все там раздробили. Ребра, внутренности, сердце.

Артар задохнулся от того как распирает и печет все внутри. Впервые в жизни ему было так неуютно, так неприятно в собственном теле. Как будто оно и не его вовсе. Чужое. Слишком тяжелое. Слишком массивное и неповоротливое.

Это незнакомое, новое ощущение вдруг сломало железную волю Ревского, да и его самого тоже сломало. Артар бессильно хлопнул руками по рулю, а затем утробно зарычал.

Минин молча вышел из машины, предоставив Ревского самому себе и его невеселым размышлениям.

***

Аля

Вечер прошел у нас с Людой под знаком Артара. Иначе и не скажешь. Я возмущалась действиями и словами Ревского. А подруга слушала и почему -то совсем не поддерживала. Даже порой восхищалась вербером. Как это у нее водилось.

Началось с того, что я появилась на пороге нашего номера, вся красная от злости на Ревского и с головы до ног одетая в его подарки.

На мне были тонкие серые лосины из нежного, гладкого трикотажа. Носить их, действительно, было одно удовольствие. К тому же, они удивительно подчеркивали ноги и бедра. Так что я сама себе казалась сексуальней.

Блузка тоже была очень приятной к телу. Мягкой, тонкой и воздушной. Немного жатая голубоватая ткань с переходами на белый и серый, одновременно подчеркивала фигуру и не слишком ее обтягивала.

И все удивительно сочеталось с моими любимыми черными босоножками на толстой подошве.

Люда сидела на нашем диванчике и пила чай с финиками.

Мое фееричное появление подруга восприняла как фанатка воспринимает появление знаменитости на ковровой дорожке.

- О-о-о! Ты пришла! Я так понимаю, у вас там с Ревским было такое-е... В конце вашего танца от него можно было батарейки заряжать. И продавать партиями. У мужика энергия любви торчала буквально из всех мест!

Я аж поперхнулась от комментария Люды. Она заботливо налила мне чаю и усадила на диван.

Забрала пакет с вещами. Я подумывала оставить его в ВИП-номере. Но потом решила лично отдать Артару. Мало ли, еще кто чего украдет. А Ревский решит, что это я прикарманила ради сувенира. И станет хранить твердую уверенность, что и меня можно купить.

Конечно, Артара здесь все уважали. Но жуликоватость прислуги это не исключало. Тем более, мы на востоке. В Египте! В том самом месте, где у туриста больше шансов загрызть насмерть акулу, чем выиграть в торге у местного продавца.

- Воу! - воскликнула Люда, вываливая содержимое пакета Ревского на наш диван. - Вот это шмотки! Вот это я понимаю! Подарки! Да это целое состояние! Все равно что пару золотых слитков подарить просто так, в качестве знака симпатии к женщине. Аля! Реально! Ты глянь! Здесь же одни бренды! Я в таких вещах видела только знаменитостей, жен олигархов и членов правительства!

- Пожалуй, переоденусь в свое! - выпалила я и рванула в спальню, торопливо снимая подарки Артара. После слов Люды они буквально жгли кожу. Да и причин продолжать в них ходить у меня уже не было. Я добралась до собственного номера, и теперь могла надеть свое, еще не пущенное Ревским на половые тряпки.

Я сняла вещи, залезла в душ и с удовольствием окатилась. После полученного наслаждения с вербером, усталая нега сменилась расслабленным блаженством от массирующих водяных струй. Я еще немного попользовалась массажной версией душа, хорошенько потерлась мочалкой с тем же прицелом и вышла к Люде в своем домашнем сарафане. Трикотажном, сером и балахонистом.

- Вот это у тебя сила воли! - воскликнула подруга. - Я бы такие вещи даже под дулом пушки с себя не сняла! Хотя ты права. В таких только на выход...

- Я надела их только потому, что мои вещи Артар порвал! - выпалила я, не подумав. Но сразу же пожалела о сказанном. Люда прыснула чаем, который только что глотнула. Прокашлялась, и округлив глаза до размера чайных блюдец, уточнила:

- Ты это серьезно?

- Вполне. Он прямо зверь, когда тебя хочет.

- Когда тебя хочет! - поправила Люда. - Если ты еще не заметила, мужик кроме тебя вообще женщин вокруг не видит. Хоть разденься догола, хоть сиськами тряси.

Я пожала плечами.

- Он хорош только в двух вещах. В танцах и сексе.

- Смотрю вы опять не сошлись во мнениях: кто шовинист, а кто феминистка? - Люда протянула мне финик.

Я откусила сладкий плод и запила чаем. Кивнула. Потому что подруга была права. И что-то подсказывало, жаждала скорее высказаться, чем послушать мое мнение на счет убеждений, привычек и замашек Артара Ревского.

- Аля! Он же - из древних! Ты хоть представляешь какие были правила у оборотней на счет пары во времена, когда Артар только достиг зрелости?

Я кивнула. Да. Представляю. И те законы отлично знаю. Но мы давно уже не в средневековье. И я - не обычный оборотень. Да и законы сейчас у двусущих совсем другие.

- Вот пусть и катится в свое средневековье. И там берет женщин, как вещи! - не сдержалась, выпалила я. - А я ему - не бессловесный питомец! И я заставлю себя уважать!

- Аля! - вскинула брови Люда. - Ну ты правда считаешь, что Ревский не уважает тебя?

- Ты бы видела, как мы расстались. Ну после секса...

Я аж передернулась. Как вспомнила. Все вот это. Ты моя, мы съедемся. Твое мнение не имеет значения.

- Уверена, он пойдет на попятную.

- С чего бы? - поразилась я мнению подруги.

- Ну ты представь. Мужик хотел тебя несколько дней. Мужик! Оборотень! Да у него гормоны разве что из ушей не лились! Я даже не представляю, как он все это выдержал. С его то тестостероном и альфасамцовостью. У него, наверное, реально в штанах все дымилось! Как ракета перед стартом.

Я усмехнулась. Умеет она создавать образы.

- Не, ну а что? Я не права? - совершенно невинно хлопнула ресницами Люда. - А тут ты вдруг на все согласилась. У мужика просто крыша поехала. И как отказаться потом от того, чтобы заполучить тебя насовсем? Ну ты его-то глазами на все посмотри! Я уверена, он успокоится, немного остынет и изменит свое поведение.