Власть несбывшегося - Макс Фрай

— Кто-нибудь из ребят доставит его на место, — отмахнулся Кофа. — А вот пузырь без меня не взлетит. Нехорошо оставлять его здесь надолго…

— Ваша правда, — согласился я.

Кофа помог мне подняться в корзину летающего пузыря. Меня хватило на то, чтобы вежливо поздороваться с четырьмя молоденькими полицейскими, зато выполнить давешнее обещание насчет нытья я так и не собрался. Вместо этого я прислонился спиной к мягкой обивке и заснул так крепко, что Кофе стоило большого труда избавиться от моего тела после того, как наш диковинный летательный аппарат аккуратно приземлился у калитки, ведущей в сад Джуффина.

— Ты до спальни-то доберешься? — с сомнением спросил Кофа.

— Доберусь. Больше всего на свете мне сейчас хочется, чтобы вы посидели со мной и рассказали мне какую-нибудь сказку, но раз уж мне все равно не светит такое удовольствие… Одним словом, я сам себя как-нибудь доставлю в спальню и убаюкаю заодно.

— Между прочим, я не знаю ни одной сказки, — усмехнулся он.

— Правда? — удивился я. — Ну, вы могли бы просто рассказать мне о тех легендарных временах, когда вы были генералом полиции Правого Берега и гонялись за Джуффином. На мой вкус, это куда лучше, чем какие-то сказки!

— На мой вкус тоже, — согласился Кофа. — Сегодня действительно ничего не получится, но как-нибудь обязательно расскажу, обещаю!

— Ладно. А я обязательно постараюсь дожить до этого самого «как-нибудь»!

— Непременно постарайся, — серьезно сказал он. — Хорошей ночи, Макс… Нет, погоди, один вопрос: Джуффин озадачил лейтенанта Апурру Блакки просьбой срочно доставить в его кабинет несколько крепких скелетов. У нас что-то затевается?

— У нас что-то затевается, — эхом откликнулся я.

— Это может вернуть Ехо к жизни?

— Посмотрим. Во всяком случае, мне очень нравится жить с мыслью, что так оно и будет.

— Знаешь, мальчик, мне тоже очень нравится жить с этой мыслью.

Кофа мечтательно улыбнулся и скрылся в корзине летающего пузыря. Я стоял на густой серебристой траве и смотрел, как пузырь Буурахри поднимается в небо. Это фантасмагорическое зрелище оказало на меня самое благотворное воздействие: я временно перестал верить в реальность происходящего — а мало ли какие сны снятся людям? Особенно таким психам, как я…

Потом я отправился в спальню, не раздеваясь рухнул на мягкий ворс кровати и наконец отрубился, на сей раз капитально.

Меня разбудили лучи солнца, пробившиеся в спальню сквозь неплотно задернутые шторы. Солнечные зайчики нахально сновали по моему лицу, так что мне поневоле пришлось проснуться и уставиться в окно.

Там было замечательное солнечное утро, что совершенно не соответствовало печальным обстоятельствам нашей жизни. До сих пор мне почему-то казалось, что в городе, почти все жители которого обречены на смерть, должны воцариться бесконечные пасмурные сумерки, время от времени сменяющиеся совсем уж мрачной темнотой безлунных ночей: на своем веку я прочитал кучу книг, где именно так все и было…

Через несколько секунд я с удивлением понял, что солнечная щекотка подняла мне настроение, и пошел умываться. Больше всего на свете мне хотелось поскорее заняться делами. Отправиться на Темную Сторону, быстренько убить поганца Угурбадо, вернуться домой и обнаружить, что прекрасная столица Соединенного Королевства снова стала похожа на дивный город из моих снов. Чудесное утро за окном свидетельствовало, что это вполне возможно. Почему бы и нет?!

Окунувшись в ароматную воду бассейна, я вспомнил о Теххи. Самое время с ней поболтать: через часок-другой мне, скорее всего, будет не до того. А потом — Магистры знают сколько времени пройдет здесь, пока я буду бродить по Темной Стороне…

Она отозвалась не сразу, так что я успел пережить несколько неописуемо кошмарных мгновений. Наконец я почувствовал, что она меня слышит.

«Я тебя разбудил?» — виновато спросил я.

«Что-то в этом роде. Но услышать твой зов — не худший способ проснуться… А что, уже утро?»

«Да, причем вполне симпатичное солнечное утро. Разве сама не видишь?»

«Я же сижу в подвале, — напомнила Теххи. — А здесь одно время суток — подземное…»

Ее ответы показались мне какими-то подозрительно вялыми. Я снова замер от жуткого предчувствия. Меньше всего на свете мне хотелось формулировать причину своей тревоги, но пришлось.

«Теххи, ты здорова? — спросил я. — Имей в виду, вчера я успел вылечить чуть ли не десять дюжин совершенно посторонних людей: оказалось, что мои Смертные шары способны и на это. Так что теперь у тебя есть знакомый знахарь».

«Да нет, Макс, я совершенно здорова. Эта зараза теперь вряд ли сможет что-то со мной сделать!»

Мне показалось, что она улыбается. Это было здорово, но тревога меня не покидала.

«Почему именно теперь?» — спросил я.

«Просто потому что я успела принять свои меры, — туманно объяснила она. — У каждого из нас есть свои маленькие секреты, которые помогают справляться с неприятностями, правда?»

«Ну, если ты говоришь, значит, так оно и есть… — с облегчением согласился я. — Я скоро уйду на Темную Сторону, милая. Сама знаешь, как течет там время! Трудно сказать, когда я снова пришлю тебе зов… Поэтому не беспокойся, если я надолго замолчу, ладно?»

«Ладно, — эхом откликнулась Теххи. — Ты тоже не беспокойся, Макс. У меня действительно все хорошо. Просто я ужасно устала сидеть в этом грешном подвале».

«Могу себе представить!» — посочувствовал я.

Мы еще немного поболтали, потом мне показалось, что Теххи больше всего на свете сейчас хочется еще немного поспать. Поэтому я решил сделать доброе дело и избавить ее от необходимости выслушивать мои пространные лирические монологи. Безмолвная речь — чертовски удобная штука, но некоторые вещи следует говорить только вслух, шепотом, касаясь губами теплого, живого ушка.

Мы попрощались. Потом я проанализировал свои ощущения и понял, что после нашего разговора камень на моем сердце не только не исчез, но даже немного потяжелел.

— А что ты, собственно говоря, хочешь, дорогуша? — вслух сказал я сам себе. — В Ехо сейчас вряд ли найдется хоть один человек, который может похвастаться приподнятым настроением. С какой стати она должна быть исключением из этого правила? Главное, что мы живы, все остальные удовольствия откладываются на потом. В отличие от многих других, у нас хотя бы есть это самое «потом» — по нынешним временам просто бесстыдная роскошь!

Собственная болтовня всегда оказывала на меня благотворное воздействие. Так что я быстренько добрался до финала водных процедур, кое-как связал в хвост свои патлы, в очередной раз дал себе слово покончить с этим дурацким изобилием растительности при первом же удобном случае — недавно этому обещанию как раз исполнилось два года! — и отправился в гостиную. Я здорово надеялся обнаружить там хоть какое-то подобие завтрака.