Год колючей проволоки - Александр Афанасьев

Еще в двух шкафах был выбор винтовок и карабинов, автоматических и полуавтоматических. На первом месте был Его Величество «калашников», на втором — Ar15 в различных вариантах, в основном полуавтоматическая с тяжелым стволом, на третьем — все остальное. «Мини-14», типичные для Техаса, пара «ФАЛов», «Сиг», два «Штайра» — в десятом году их снова разрешили поставлять в США, до этого был бан за то, что «Штайр» поставила восемьсот винтовок калибра 12,7 Ирану — как будто Иран не мог сделать их сам, в конце концов.

— Советский «калашников» есть?

— Откуда? Бан. Румынский, польский, болгарский… Возьми «Арсенал» — как брату посоветую. Невадская сборка.

Штаб-сержант взял предложенное, подкинул в руке. Автомат один в один повторял «черный» «калашников» последней модели, «АК-103», начиная от пластикового складного приклада и заканчивая пламегасителем. Выбор у невадского «Арсенала», надо сказать, был богатый — они производили кучу вариантов «АК», начиная от «АК-47» и заканчивая «сотой» серией, плюс еще вариации. Например, у русских не было «АКС-74У» под патроны 7,62 и 5,56 — а в Неваде такие делались.

— Короткий.

— Сейчас…

Негр погремел ключами, открыл один из шкафов и извлек из них на свет два «Булги» — один под 7,62 с прикладом как у «АКС» старой модели — второй под 5,56 с прикладом как у «Галиля», да еще с небольшим прицелом «Красная точка».

— Не истек срок еще — да явно не придут. Бери.

Нулан взял второй из предложенных, под 5,56. В цевье был встроенный фонарь, что само по себе очень удобно.

— Третий класс?

— Он самый. Я, кстати, запамятовал — у тебя лицензия на третий класс есть?

— Должна где-то быть. Дома, наверное, оставил.

— Я так и думал…

Оставалось выбрать нечто, напоминающее снайперскую винтовку, тут вообще выбор был огромный — четыре шкафа с самыми разными охотничьими карабинами и винтовками: в основном «Ремингтон-700», но хватает всего — «Кимбер», «Сэвидж», «Винчестер». Из полуавтоматики много китайского — даже «М14» есть китайские, есть китайские и румынские — «Дракула» — клоны «СВД», есть пара русских «Тигр». Внимание штаб-сержанта привлекла одна винтовка, выглядящая и привычно, и в то же время чем-то непривычно.

— «Ремингтон»?

— Он самый. Двадцать пятая модель, не так давно стали делать. По сути тот же «Мк11», только дешевле чуть ли не вдвое. Вроде как для охоты — но тут видишь, окраска «пустыня», причем заводская. И прицел — «Леопольд», стандартный.

— А магазин?

— На пять. Если берешь — найду парочку от «Найта» на двадцать — подойдут. Сошки в комплекте…

Штаб-сержант повесил винтовку на плечо.

В еще одной комнатушке, совсем маленькой, где лежали документы, они осмотрели оружие. Все, конечно, было не в лучшем состоянии, за ним не ухаживали, так, как это принято делать в армии, но не было ничего критического. У «Ремингтона» ствол оказался почти новый.

Ко всему этому Нулан приобрел ночной прицел русского (на самом деле белорусского, но здесь все, что шло из стран СНГ, проходило как русское) производства с боковым креплением как раз для «АК-47», и патроны — барнаульские калибра 7,62 и «Прво Партизан» — югославские — остальных калибров. Для снайперской винтовки он приобрел пять коробок желто-зеленого «Ремингтона». Еще он приобрел большой набор для чистки оружия.

— Бесшумного ничего нет?

— Парень, у тебя неприятности, — заявил негр, испытующе глядя на него.

Нулан ничего не ответил.

Вздохнув, негр вышел и вернулся с коробкой, увесисто плюхнул ее на стол. В коробке лежала «Беретта-Вертек», девятимиллиметровая, с глушителем от «AAC», который не наворачивается на ствол, а закрепляется специальным замком.

— Дарю. Не делай глупостей.

Нулан отсчитал еще полторы тысячи долларов.

— Я-то их не делаю. Их почему-то постоянно делают другие.

Попросив своего друга пока упаковать оружие, штаб-сержант вышел на час — и вернулся не пешком, а на колесах. На стоянке подержанных машин он купил большой старый «Шевроле Тахо» девяносто девятого года выпуска, такие машины жрали много бензина и поэтому продавались за бесценок — за этот он отдал три тысячи долларов. Это была простая и прочная машина, не требующая особого ухода, большая и проходимая, при необходимости в ней можно было даже переночевать. Все оружие он положил в багажник, накрыл его пледом. На прощание пожал другу руку.

Шериф Хаггис сидел в своем кабинете, включив настольную лампу, и тупо смотрел на лежащее перед ним дело. В деле уже было более чем достаточно информации — вот только до ареста было пока далековато. Личности ублюдков, которых они пробили по компьютеру, говорили о том, что к бойне в кафе прямо причастны мексиканские наркогангстеры.

Хосе, Альфредо и Мигель. Со значительной долей вероятности компьютер установил их как Хосе Парраса, Альфредо Бентеса и Мигеля Карио. Хосе Паррас — бывший мексиканский морской пехотинец, прошел специальную подготовку, по ее прохождении разорвал контракт. Мигель Карио — работал какое-то время дорожным полицейским, уволен «без оглашения обстоятельств» — это когда все знают, что парень возит в полицейской машине мешки с кокаином, но никто не может ничего доказать — и его просто увольняют «по соглашению сторон». В Мексике нередко происходило такое — при необходимости перевезти крупную партию кокаина его клали в мешки, полицейский «из своих» кого-то арестовывал, надевал наручники, а в багажнике — кокаин. Если такую машину остановить — все выглядит законно, полицейский арестовал наркоторговца с кокаином и везет его до отделения. Вот и этот… сначала работал на наркомафию тайно, потом его уволили, и он стал работать явно. Последний — интереснее всех, не работал в полиции, не служил в армии, зато на него есть информация, что он является членом организации, ставящей целью отторжение у США части территории с провозглашением на ней государства Атцлан, и придерживается коммунистических взглядов. Если первые двое еще как-то могли пройти границу, — а теперь всех, кто проходит границу, проверяют на отпечатки пальцев, — то как попал сюда этот молодой коммунист, у которого есть запрет на въезд в США, — было совершенно непонятно. Установили, что машину, на которой эта несвятая троица передвигалась по США, взяли несколько дней назад напрокат в Сан-Антонио на имя некоего Бедрегаля, уплатили наличными за четырнадцать суток с возможным последующим продлением. Насчет оружия, гильзы от которого собрали и отправили на экспертизу, информации не было. Или — почти не было: ДЕА не обязана сообщать о ходе расследования простому провинциальному шерифу, на территории которого все это произошло.

А вот пистолет, «рюгер» с тяжелым «бычьим» стволом — пробили. Мария лопнула и раскололась до конца — выглядело все до безумия глупо и дико, но так выглядят большинство убийств. Двое парней, разгорячившись пивом, начали приставать к девчонке, тут появился ее брат и бандиты с ним. Брат начал разборку, вытащил тот самый нож, который там нашли, — один из парней достал пистолет и начал в ответ стрелять. Сложно даже квалифицировать то, что произошло, как убийство — в конце концов, нож первым достал Хосе Мария, а шериф отчего-то подозревал, что здесь Мария солгала — тот парень, Генри Боун, скорее всего, не просто выхватил пистолет и открыл огонь. Скорее всего, он просто сказал им, чтобы они уходили, бросили нож… хотя могло быть всякое. Тем более — у одного из бандюков в руке зажат был пистолет… хороший адвокат без труда все подведет под необходимую оборону, тем более что у одного был нож, у второго пистолет, двое из Котов проходили пробацию.[32]