Пришлые - Виктор Гутеев

Съязвить ещё раз Алексей не успел. Повинуясь приказу подполковника, в кубрик ворвалось отделение пехоты. Не церемонясь, они свалили всю группу на пол.

— Этих отпустите. — Подполковник недобро взглянул на распластанного Алексея. — Этого оттащите в шлюз, пристрелите и выкиньте за борт.

Алексей попытался возразить, но пехотинцы молча поволокли его к выходу.

— О выполнении немедленно доложить.

Эти слова подхлестнули Алексея к действию. Вырвавшись из цепких рук, он кинулся в отчаянную драку. В кубрике вмиг образовалась свалка. Пока хватало сил, Алексей без разбора наносил удары, получая в ответ увесистые оплеухи.

Всё закончилось, когда командир взвода с расплющенным окровавленным носом рухнул на пол. В боку Алексея кольнуло, тело потеряло пластичность, руки, перестав слушаться, опали плетьми. Чей-то ботинок пребольно ударил в лицо. Свет окончательно померк.

С возвращением сознания пришла боль. Всё тело саднило. Не открывая глаз, Алексей пошевелил руками. Не тут-то было — руки и ноги никак не реагировали на призыв к действию. Открыл глаза. Когда мутные пятна постепенно обрели резкость, Алексей пожалел, что зрение ему по-прежнему подчиняется.

В сотнях километров под ним медленно вращалась планета, отдалённо напоминавшая матушку Землю. Залитый светом звезды континент, омываемый синевой океана, прекрасно просматривался сквозь редкий пушок облаков. Узор рек и водоёмов, изрисовавший хребты и долины, невольно притягивал взгляд. Девственная поверхность планеты, налитая праздником жизни, призывала восторгаться первобытной красотой.

Столь грандиозное зрелище Алексей видел всего лишь третий раз в жизни, но от восторгов он был далёк. Планета, заметно увеличиваясь в размерах, с огромной скоростью неслась ему навстречу. Остановить падение было невозможно. Гарда магнитом тянула к своей поверхности человека, одетого в скорлупу скафандра.

«Подполковник, мать твою, — метались в голове мысли, — вместо спасительной пули приказал вырядить меня в скафандр, ввести парализатор и отправить жариться в плотных слоях».

Воображение мигом нарисовало жуткую картину.

«Если он хотел потешить самолюбие и посмотреть, как я обделаюсь, то ждать осталось недолго».

Застывшим от страха взглядом Алексей смотрел на приближающуюся твердыню. Гарда полностью заслонила собой лицевой щиток, и на ее поверхности проявились отдельные пики и водоёмы.

Алексей прилагал отчаянные усилия, пытаясь дотянуться подбородком до консоли управления, но препараты по-прежнему блокировали нервные окончания. С каждой секундой жить хотелось всё сильнее. Он вдруг остро ощутил, что попал в безвыходную ситуацию.

Отчаяние и безысходность захлестнули сознание. От жалости к себе, любимому, на глаза навернулись слёзы. Вспомнив поговорку, что безвыходных ситуаций не бывает, Алексей, давя из себя редкие всхлипы, неумело заплакал. Наперекор бытующему мнению легче не стало. Тогда он набрал в лёгкие воздуха и потихоньку завыл. Постепенно вой перерос в отчаянный, душераздирающий вопль, полный животного страха. Утешало одно — о минуте его слабости никто никогда не узнает.

— Не ори, придурок, — от голоса в наушнике Алексея окатило словно ушатом ледяной воды.

— Кто здесь? — От неожиданности Алексей громко икнул.

— Я здесь.

Перед его лицом показалась перчатка и несколько раз хлопнула по лицевому забралу.

«О господи, спасибо тебе, что не оставил в трудную минуту, — мгновенно пронеслось в голове. — Клянусь мамой, которую никогда не видел, и папой, которого никогда не знал, что больше не буду грубить командирам. Честное слово».

— И я здесь.

Алексей почувствовал, что его толкнули в другой бок.

— Ребята, что происходит?

— Объяснения потом, сейчас не мешай. Мы тебя ведём, не вздумай включить ранец.

— Да я пукнуть без посторонней помощи не смогу, не то что ранец включить.

— Вот и хорошо, действие препарата скоро кончится. Не отвлекай нас.

— Я так рад вас слы…

— Заткнись, сказал, — непреклонно потребовал Алекс. — Ворстон, вижу объект, ноль три вниз, расстояние тысяча двести.

— Переходим в горизонт.

Поверхность планеты замедлила приближение и плавно заскользила в сторону. Вскоре Алексей увидел цель их полёта.

Крупный сегмент разбитого корабля с огромной скоростью летел по низкой орбите. Медленно вращаясь, он разбрасывал солнечные блики, отражённые в растерзанных рёбрах остова. Алекс и Ворстон, виртуозно управляя ранцами, сравняли скорость и сели на край сегмента. Щёлкнули магнитные упоры, троица продолжила путь внутри остатков некогда могучего механизма.

Дикий хохот сотрясал товарищей несколько минут.

— Кто здесь? — давясь смехом, спародировал Алексея Ворстон и смачно икнул.

Раздался новый взрыв смеха.

Алексей ржал вместе со всеми. Теперь всё пережитое казалось досадным недоразумением, и улыбка долго не сходила с его лица.

— Ладно, посмеялись и хватит. — Ворстон отстегнул от скафандра тюки со снаряжением. — Сколько?

— До расчётной точки четыре минуты, можно начинать.

Алекс примагнитил тюки Ворстона к корпусу.

— Действуем, как условились. Если у меня не получится, работайте от контрольной точки.

По напряжённым интонациям Алексей понял, что Ворстон идёт первым.

— И ещё, — добавил Ворстон, — введи его в курс дела, а то опять панику поднимет, второго раза мои перепонки не выдержат.

— Всё будет хорошо. — Алекс хлопнул его по плечу. — Пора.

С усилием отрывая от пола намагниченные подошвы, Ворстон подошёл к краю, несколько секунд постоял над бездной и шагнул вперёд. Мимолётный импульс ранца задал нужное направление. Алексей, приподнявшись на ещё слабых руках, проводил взглядом одинокую фигуру, стремительно падающую на поверхность планеты.

— Удачи, — произнёс он вслед командиру.

— Да, удача нам не помешает. — Алекс помог Алексею сесть удобней. — Как самочувствие?

— Спасибо, хреново.

— Отпинали тебя на славу, скажи спасибо, что цел остался.

— Спасибо.

— Благодари Ворстона, его дядя шлёпнул бы тебя без зазрения совести.

— Дядя?

— Представь себе, да.

Алексей задумался. Может, он действительно чего-то не понимает. Ему казалось, что подполковник только и думает, как бы поскорее отправить их на убой. Выходит, что нет, оказалось, на убой отправляют и собственных родственников, а те беспрекословно туда лезут. Поразмыслив, Алексей пришёл к выводу, что кто-то всё-таки рассчитывает на возвращение группы.

— Я вёл себя как идиот?