Три пути - Сергей Ульянов

— Ты успел. Теперь Доспех твой. Молодец, парень!

Он снова раскрыл рот. Да, в этот раз совершенно точно — голос Рольфа отчётливо звучал внутри головы!

— Как ты…

— Нет времени! Мы должны убить фе́моро!

— Феморо?

— Чудище с красным глазом. Я ранил его — ты довершишь начатое! Доспех поможет, а я подскажу. Скорее, он не мог уйти далеко!

Сердце Подкидыша учащённо забилось. Он вспомнил, что Этельстен — его настоящий отец — говорил про Стражей Границы и их врагов. Получается, Рольф — воин Страны Холмов. И просит его помощи. Но разве он, Атли, не выбрал мир людей? Какое дело ему до альвов с феморо? Пусть разбираются сами! Его долг — защищать своих: Рагнара, Гуннара, Гудмунда…

— Я никуда не пойду! — сказал он сердито.

— Феморо — это угроза всем! Они питаются людьми!

— Почему я должен тебе верить?

— Потому что у тебя на шее амулет Гара.

Атли закусил губу. Да, это Рольф подарил ему амулет-молот, не давший Этельстену забрать сына в Страну Холмов. Значит…

— Я позволил тебе остаться и защитить тех, кого любишь. Помоги мне и ты! Прошу!

Мальчик не успел ответить. В поле зрения возник громадный силуэт, подсвеченный золотисто-бурым. Он проломился через кустарник и вывалился на прогалину с криком и треском. Человек! Но здоровый как тролль, окровавленный, в лапищах — цельный древесный ствол с прилипшей к корням землёй. За широкой спиной выли и хохотали ульфхеднары. Громила застонал и, воздев дубьё, попёр на Подкидыша.

— Атли! Лук!

Атли пришёл в себя и бросился к оружию. Благо, недалеко! Встал на одно колено, вскинул лук…

И не смог отпустить тетиву. С покатых плеч громилы на него смотрела маленькая детская голова. Пухлые губы, блестящие от слюны. Смешные вихры на макушке. Курносый нос.

И глаза. Глаза обречённого животного. Всё ближе и ближе…

— Стреляй!

Пальцы разжались. Стрела по самое оперение вошла громиле под ключицу. Он заплакал, детское лицо исказилось. Справа выскочил Гуннар — вонзил копьё в обвислый живот. Рагнар зашёл слева и полоснул по ноге. Большой ребёнок, всхлипнув, пал на колено. Рагнар отбросил щит, взял меч двойным хватом, приметился…

Подкидыш отвернулся, пряча в рукаве жгучие слёзы. Шаркнул по ушам звук удара, а вот грузная туша сползла на землю совсем неслышно.

«Зачем я здесь?» — думал Атли, сжимая зубы. Он ведь решил, что сражается за правое дело… А потом убил несчастное испуганное существо. Где тут правда? Где справедливость? На лезвиях мечей?..

«Кто же привёл его сюда, кто заставил участвовать в жестокой игре? Кто ответит за эту ненужную смерть?»

— Феморо, — напомнил Рольф. — Время не ждёт. Тебе понадобятся ви.

— Но сейчас ночь. Они спят…

— Доспех прибавит им сил. Вызывай!

«Прыг? Скок?» — мысленно произнёс мальчик.

Над головой зажглись два зеленоватых огонька. Они выглядели крупнее, чем обычно, и ярко сверкали в темноте.

— Вели им взять след!

Прыг — более зелёный, чем изумрудный — и Скок — более изумрудный, чем зелёный — понятливо мигнули и закружились возле древнего дуба.

— Готово. Вперёд!

Подошли оба кузена. Остановились у мёртвого тела Рольфа. Рагнар, присвистнув, сунул меч в ножны и подобрал клинок хирдманна. Крутанул в руке, довольно оскалился. Гуннар вздохнул и хлопнул Подкидыша по плечу.

Тот шмыгнул носом, решаясь.

— Есть дело, — он посмотрел на братьев через прищур. — Прикроете меня? Как тогда, с троллем.

— Мы с тобой, — заверил Гуннар. Рагнар свирепо кивнул.

И они втроём побежали за огоньками.

Узел девятый

Хиттер даже ахнуть не успел. Всё произошло слишком быстро.

Господин заорал, будто его резали, и схватился за лицо. В следующее мгновенье легко взбежал по крутому склону оврага. Чёрный сюрко исчез меж стволов, как камень в мутной воде.

Потом раздался далёкий крик. Он и привёл наёмника в чувство.

«Skildir?! Это же на варанге — щиты…»

А вот слитный вой заставил похолодеть. Волчья стая? Беда не приходит одна! Хиттер попятился, развернулся и обнаружил, что на него вылупились шесть пар глаз. Кнехты сгрудились полукругом, их лица тревожно белели в темноте.

Наёмник сглотнул. Нужно решать, что делать. И решать быстро. Прямо сейчас!

Какой у него выбор? Тащить обессиленных кнехтов на поиски? Не выйдет — они уже на пределе. Если и найдут беглеца, то сами прикончат. Да нет — скорее, потеряются в чаще и станут добычей волков…

Тащиться самому? Нет уж, дудки. Он не нанимался к безумцу в няньки. Хватит с него этого дерьма! Заночует с бойцами здесь, а завтра поведёт их обратно в Хэмптун…

…в Хэмптун, где серые глаза и каштановые волосы. Хиттер вспомнил её и покраснел до ушей, как нашкодивший малец.

…

— Спасите его, мастер Фрай!

— Я постараюсь.

…

Каков же итог стараний? «Соболезную, госпожа: ваш брат убежал в лес навстречу волкам, а мне стало темно и страшно. Я бросил его и со всех ног помчался в Хэмптун, чтобы рассказать вам об этом. Где Лотар? А Лотар просто погиб ни за что ни про что…»

— Nacht ut Mor-rt!

Хиттер выругался и обвёл бойцов бешеным взглядом.

— Гуго!

Крепыш, которого он победил у ворот, шевельнул перебитым носом.

— Ты старший! Из этой балки ни шагу. Один караульный. Костра не разводить… если только волки не сунутся.

— Хатеман Фрай, — гулко прошептал Альфред в полной тишине, — вы уходите?

— Я должен, — ответил наёмник сквозь зубы. — До полудня не ворочусь — снимайтесь, и в Хэмптун.

— Вместе вернёмся, — твёрдо сказал Гуго.

— Да, хатеман! Возвращайтесь! — загомонили остальные.

— Увидимся.

«Лотару ты говорил то же самое, Фрай».

Немилосердно кряхтя, он взобрался по склону. «Проклятый мальчишка… скакал как сайга», — зависть кольнула сапожной иглой, да прям в бочину… Опёрся о дерево, силясь продохнуть, и вздрогнул всем телом.

Снова крики. Да не простые. Так кричат люди, когда в них погружают острое железо.

«Что тут творится, Великий Сол? Куда мне идти? Темень кругом, а я отнюдь не сова. Ни тропы, ни следа, ни подсказки…»

Далеко впереди, за деревьями, мигнул знакомый опаловый свет.

— Дитер? — вскинулся арангиец.

Свет мигнул ещё раз. «Я иду, брат!» — и он припустил в ту сторону. Оскальзываясь на корнях, задевая сучья, раздвигая подлесок. Лишь бы не потерять! Завывания волков и урчание козодоя подгоняли, словно хлыст в спину.

Неожиданно перед Хиттером вырос человек. И кубарем полетел влево, столкнувшись с массивным арангийцем. Сам Фрай, хоть и крутнуло его знатно, на ногах удержался и даже дубину не выронил.

Человек завозился в сырой листве и приподнял голову. Лицо как творог, тёмный