Трофей для Зверя - Полина Верховцева

— Размечталась, — андракиец блеснул в ее сторону янтарными глазами, — справится она, как же. Нарвешься на кого-нибудь типа нее, и все.

Они кивнул в сторону приближающегося императора, за спиной которого маячил унылый силуэт Мелены. Доминика метнула быстрый взгляд на приближающуюся парочку и пожала плечами:

— А чего ты хотел? Мы влезли на их территорию, конечно нам не будут рады.

— Мы забираем свое, — холодно возразил Брейр, — и я не понимаю, как такая дрянь могла попасться в пару…

— Во-первых, — сердито прошептала целительница, — он все слышит. А во-вторых, пару не выбирают. Я вот, знаешь ли, тоже не горела желанием быть с тобой, после того как ты другую невесту в замок притащил.

Брейр нахохлился:

— Ты будешь мне вечно об этом напоминать?

— Нет, только когда ты будешь говорить какую-нибудь ерунду и строить из себя святого.

— Что я такого сказал?

Ответить на этот вопрос Доминика не успела, потому что Маэс уже поравнялся с ним. Он был собран и молчалив, Мелена за его спиной выглядела подавленной, и на шее у нее тускло поблескивал золотой ошейник.

— Готовы?

— Да, — Брейр легко спрыгнул с бочки, а Ника, как раз закончив с Эдом, мыла руки в старом корыте, — продукты и необходимое собрали. На четверых, на неделю. Как вы и просили.

— Тогда, пять минут на сборы и в путь. И да. — усмехнулся Маэс, — я все слышал.

Брейр виновато насупился, а Доминика, улучив момент, когда император отошел, мстительно шепнула:

— Обожаю, когда ты краснеешь.

— Получишь.

Мелена отрешенно наблюдала за их перепалкой. Только слепой не понял бы, что между этими двумя полыхает, и что за ссорой пойдет жаркое примирение. Она смотрела и искренне недоумевала, как человеческая девушка может быть рядом со зверем. Но целительница, хоть и ворчала, но выглядела счастливой. Несмотря на войну, на потери и сложности, она светилась. И такой ее делал кхассер.

Разве это нормально? Отравить его и дело с концом…

Пока она размышляла о том, сколько яда потребуется на то, чтобы свалить с ног молодого сильного кхассера, тот сбегал на конюшню и вернулся с двумя тяжелыми походными мешками.

— Вы уверены, что нам надо брать Доминику?

— Нам потребуется сильный лекарь, чтобы пройти через ядовитые болота. Еще вопросы?

Брейр угрюмо покачал головой. Он сам был готов идти за императором хоть в адово пекло, но, когда речь заходила о Доминике, ему отчаянно хотелось спрятать ее подальше от опасностей. Из-за этого и ругались. Она категорически отказывалась его слушать.

— Тогда отправляемся.

* * *

После этих слов молодой кхассер обернулся. Только что рядом стоял молодой парень, и вот уже на его месте гибкий кот с серой, пятнистой шкурой и светлым брюхом. Он раздраженно дергал кончиком хвоста и покачивал пепельными крыльями. Потом опустился на землю, чтобы целительнице было проще карабкаться, и когда она забралась к нему на спину, снова поднялся.

Наблюдая за тем, как доверчиво она обнимает его за шею, как тонкие девичьи пальчики зарываются в густую звериную шерсть, Мелена ухмыльнулась. Вряд ли ее саму так же посадят на горб, скорее за ногу и волоком, вниз головой.

Даже интересно стало.

Она обернулась к Тхе’Маэсу, и замерла, столкнувшись нос к носу с огромным зверем. Он был в полтора раза крупнее молодого кхассера, и по его огненно-красной шкуре шли резкие, словно молнии черные полосы. Крылья выглядели так, будто сквозь застывшую лаву, пробивалось пульсирующее пламя, а на сгибах блестели острые, загнутые когти.

Не сводя с нее взгляда, зверь принюхался и громко фыркнул, а у нее сердце провалилось до самых пяток. Робостью Мел не отличалась, но сейчас едва дышала и чувствовала себя абсолютно беспомощным завтраком для зубастой морды. При желании он мог перекусить ее пополам, разодрать на лохмотья и сожрать.

Мелена сделала крохотный шаг назад. Зрачки в янтаре тут же сузились, превращаясь и тонкие расселины. Зверь кровожадно провел языком по белоснежным клыкам, потом приблизился и щелкнул зубами прямо перед ее лицом, заставив вздрогнуть.

Жуткий!

Но красивый!

Этого Мелена не могла не признать. Ярость, грация, мощь — все это сквозило в каждом его движении и заставляло сердце сжиматься чуть быстрее.

Он взмахнул тяжелыми крыльями, поднялся в воздух и сделал неспешный круг над замком, осматривая свои новые владения. Зарычал, широко распахнув пасть, и в ответ со всех сторон раздалось рычание других кхассеров, приветствующих своего предводителя. Стрелой взметнувшись до вершины самой высокой башни, император замер, резко раскинув крылья, а потом камнем упал вниз, и скользя над головами своих воинов, устремился к Мелене.

Она все-таки не выдержала и бросилась бежать. Но спустя десяток шагов почувствовала, как ее подхватывают и отрывают от земли могучие лапы.

Что ж, не так и сильно она ошиблась в своих предположениях. К себе на спину он ее сажать не собирался. Держал будто мешок с тряпьем, а внизу, стремительно проносились деревенские дома.

Было страшно. Мелена не могла не думать о том, что стоило ему только разжать лапы, и для нее все закончится. В этот момент она ненавидела его сильнее чем прежде, но мысленно просила не отпускать.

Постепенно страх уступил место любопытству. Мелена прекратила жмурится, приоткрыла сначала один глаз, потом другой. С такой позиции ей еще не доводилось видеть свою страну, поэтому дух захватывало от волнения и красоты.

Под ними пролетали деревни, узкие ленты едва различимых среди снега замерзших рек, черные полосы дорог, и до самого горизонта, насколько хватало взгляда, простирались темные, припорошенные белым леса. Она обернулась, насколько позволяло ее положение, и чуть позади увидела пятнистого кхассера, на спине которого восседала целительница с таким видом, будто для нее не было ничего привычнее воздушных путешествий.

Самой Мелене было неудобно. Жесткие лапы сжимали ее, не позволяя лишний раз шевельнуться, в лицо порывами бил студеный ветер. Кое-как ей удалось натянуть голову капюшон и спрятать руки в тяжелых складках плащах, но когда попробовала устроить чуть поудобнее, в голове прогремело:

— Будешь дергаться — сброшу, — и для наглядности чуть разжал когти.

Наполовину выскользнув из его хватки, Мелена ахнула, сердце же провалилось до самых пяток и практически остановилось. Она сама не заметила, как изо всех вил вцепилась в лохматую лапу.

— Мы поняли друг друга? — бесконечный холод вымораживал изнутри.

— Да.

Удовлетворенный ответом, Маэс подкинул ее, перехватывая поудобнее, и продолжил путь.

Спустя пару часов раскинувшаяся внизу картина стала надоедать. Одно и то же. Возможно летом, такое путешествие было бы интереснее, но сейчас было холодно и от белизны снега слезились глаза. Поэтому Мел