Дорога к себе - Даниил Рубинчик

Люди назвали бы это помещение залом. По нему бок о бок могли пройти человек двадцать, потолок терялся где-то в вышине, а входом служили огромные двустворчатые двери. Однако для местных жителей это был лишь коридор — здесь вообще любили простор.

Из боковой двери выскользнула девушка — юная, красивая, легкая, подобная дуновению ветра. Ее вполне можно было принять за человека, если бы не пара птичьих крыльев за спиной — больших, сильных, цвета светлого меда. Пробежав вдоль коридора, она без стука распахнула дверь с противоположной стороны и стремительно ворвалась внутрь. Волна длинных золотистых волос взметнулась и опала; подол темно-зеленого бархатного платья прошелестел по каменным плитам пола.

За дверью открылся кабинет — тоже очень просторный; вся мебель стояла по стенам, оставляя свободной середину помещения. И застеленные мягкими шкурами лавки, и шкаф с книгами и свитками, и массивный стол, и резные полки со стеклянными и глиняными фигурками зверей и птиц, и мозаичная картина на стене — все говорило не только о богатстве, но и о вкусе хозяина, тщательно подбиравшего обстановку. Дальняя от входа стена была полностью из стекла; за плотной занавеской, порой прикрывавшей ее и сейчас откинутой, находился широкий балкон, куда вела стеклянная же дверь. С балкона между белоснежных, украшенных причудливой резьбой колонн открывался прекрасный вид на город — и особенно на Орлиную башню, обитель владыки Орстида. А вот перил не было. Для тейнаров подобные балконы являлись входом в дом: к чему петлять по коридорам и лестницам, когда сразу можешь влететь в нужную комнату?

— Фьериль! — Келар, первый советник Орстида, поднял голову от свитка.

— Отец! — зеленые глаза дочери, светившиеся ожиданием и надеждой, встретились с его карими теплыми глазами. — Есть новости?

— Увы, нет… Снова ничего, — развел руками тот.

— Как же так? — Фьериль топнула ножкой в расшитом меховом сапожке. — Прошел уже год, как исчез мой жених, а до сих пор никто ничего не узнал?!

— Успокойся, — Келар встал, подошел к дочери и ласково погладил ее по голове. — Наши воины делают все возможное, чтобы отыскать принца Ниледа.

Девушка дернула плечом, принимая неприступный вид, хотя на самом деле с трудом сдерживала слезы.

— Светлый Тилаэр… Сколько мне еще томиться в неведении? Мы ведь ни с кем не воюем, это была обычная разведка… Я чувствую, случилось что-то ужасное, иначе мы бы уже знали… Любая правда лучше, чем придумывать причины его исчезновения, одну другой страшнее!.. — не удержавшись, она всхлипнула и прижалась к отцу.

Келар тяжело вздохнул, обнимая дочь:

— Уверен, что все прояснится в самом скором времени. Терпение правителя на исходе, он может запросто объявить войну той же Арденне, в которой исчез Нилед. Как ты понимаешь, допустить этого нельзя. Слабая надежда, что повелитель все же прислушается к голосу рассудка и не станет принимать поспешных и опасных решений…

Глава 8. Чудесное спасение и дерзкий план

Не зарекайся верить в невозможность чуда, Никто не знает, что за поворотом ждет… Судьбы таинственные знаки есть повсюду, Обласкан небом будет тот, кто их поймет.

Catharsis. Не зарекайся

Отряд стражников уже скрылся из виду, а Эльдалин все стояла, вцепившись в повод Арелата, и смотрела им вслед. Она сдерживалась изо всех сил, чтобы не разрыдаться в присутствии предавших их людей — проявить слабость у них на глазах казалось ей не меньшим предательством по отношению к Ломенару.

— Послушай, красавица… — хрипло начал Риган, бочком приближаясь к ней.

— Кто такой Фрах? — последние слова Ломенара еще звучали в ушах Эльдалин, но смысла она не понимала. Ломенар выругался при ней всего пару раз, когда рассказывал свою историю, но тогда она постеснялась спросить, кому принадлежит это имя.

— Чего? — опешил мужчина.

— Кто такой Фрах? — повторила Эльдалин, разворачиваясь и в упор глядя на Ригана. Тот слегка попятился, удивленный ее настойчивостью.

— Фрах? Ясно кто — демон, что огню хозяин! Как дохнёт — так от города ли, деревни одни головешки и останутся. Да ты откуда такая взялась, что про Фраха не знаешь?

— Оттуда, где еще помнят о великом Шиххаре, повелителе огненной стихии, — отчеканила Эльдалин, не сводя с предателя глаз. — Вот, значит, в кого превратили его люди… Я порадовалась бы, явись он сюда во плоти — именно этого заслуживают те, кто нарушает закон гостеприимства!

С гордо поднятой головой девушка прошла мимо опешившего хозяина, подняла теру Ломенара, за воротами взобралась на Арелата и, лишь отъехав на приличное расстояние, дала волю слезам. Сказалось недавнее напряжение, к тому же ей было очень страшно: почти так же, как тогда в лесу, до встречи с Ломенаром.

Наконец, успокоившись и вытерев глаза, принцесса несколько раз глубоко вздохнула и попыталась рассуждать здраво.