Гонцы дурных вестей - Пан Борик

Демона словно вела интуиция. При встрече с Резерисом и осмотре товара, он заприметил инициалы на луке: <<БП>>. Посчитав это достойным подарком, демон выкупил его и передал владельцу. Делал он это с расчётом на громкую историю, которая прославит его щедрость. Табличку же, Граль нашёл, когда осматривал раны Золтеца.

— Что? Это ваш лук и ваши инициалы? Ох, ну и забавная же история! Что ж, пожалуй это хорошо, — падший смиренно принимал благодарности — Когда я был жив, один мой знакомый говорил: conventus sunt necessaria. Но зная при каких обстоятельствах это встреча может произойти, я не пожелал бы её никому из нас. Прощайте Бенджамин. И подумайте над случившимся. Из этого можно вынести ценный урок.

***

— Ну вот, ранницей двинем в дорогу. Ох, Бенджи, ну и зла же будет на меня твоя наставница, — бубнел Курви, разливая настойку — Ох, как и выскажет она мне всё… Как думаешь: может сразу в могилку прыгать? А? А вы маэстро Червини, как считаете?

— Я думаю, — с набитым ртом говорил маг — Под удар попадёт юное дарование, а вы мастер Курви, как бы и ни при чём. Господин Резерис, передайте колбаски. Благодарю. Кроме этого, небольшая встряска ещё никому не вредила. Domina Крузана понервничает, осушит пару бочек и встретит своего подопечного, с хлебом да солью. Да, да Бонд давайте выпьем. Будем пить за здоровье. Ура, за здоровье!

— Маэстро Червини, — разливая по бокалам вино говорил Амрес — Ни для кого не секрет, что этот гад Мази Шниц никакой не лекарь, и стало быть его лекарство — фуфло. Бенджамин, подставь бокал, я тебе подолью. Ну так вот, я разузнал о нём от Ольни. И он рассказал мне…

— А что рассказал, узнаем позже. Сейчас танцы! Танцы, все на танцы!

— Чёрт, говорил же не давать Культе пить. Бонд, ну прикрикни как ты умеешь.

— А чего кричать-то Хрящ. Ай да танцевать…

***

— Чувствуешь себя героем?

— Нет Фаил, скорее апостолом. Тем, кем я и должен быть. Мы прогуливаемся по кладбищу домов: деревянных и каменных, усадеб и хибар, лачуг и кабаков. Ты глядишь на небо с упрёком, словно спрашиваешь: <<Как Отец мог допустить это?>>, я же смиренно гляжу вперёд, с болью на сердце прохожу мимо застрявших в руинах трупов. Мы братья и…

— …И только эти узы мешают мне совершить самосуд. Довольно. Ангел осквернённый демоном, чужаки вершащие судьбы. Я-то думал, они за Господа, я-то посчитал мы сейчас вместе… И демонам каюк…

— Найди в своём сердце смирение.

— Нет. Смирится — значит опустить руки. Я не готов к этому, — Фаил остановился; Амрес обернулся ему вслед — Прощай Амрес. Может когда-нибудь мы ещё встретимся, и я очень хочу, чтобы мы были по одну сторону баррикады.

Апостол глядел в спину удаляющемуся брату, и горстке ангелов — ярых последователей Фаила, членов отряда <<Domini vivas>>. Вскоре они покинули город, растворяясь в неизвестности. Это был ещё один удар по Амресу. Но, он был готов выстоять все невзгоды, ради обещания Колете и самому себе: объединить падших и небесных ликов, под одним стягом. Даже если на это потребуется целая вечность.

***

— Куда это уважаемый Амрес пропал? Э? Маэстро Червини, а ваша магика может, чтобы так-сяк, опа-этак и значит существо найти?

Группа героев снова расположилась за столом. Исключением стал лишь Культя; юноша резвился на импровизированной сцене. Бокалы были налиты, рыбье мясо нарезано и подано. В такой обстановке и говорить приятно.

Червини прожевал хрустящие водоросли, а после ответил:

— Магия, мой дорогой друг, может всё. Бенджи, подай мне ту тарелку. Благодарю. Но к ней прибегать следует, лишь в крайнем случае. Вот вы, мастер Бонд, очевидно хотите узнать кто такой Мази Шниц и почему наступил такой переполох, стоило апостолу упомянуть его имя. Киваете. Вот. Я узнал это без помощи магии, как и о причине столь странного явление. Курви, вам кажется пора в кровать, вы пьяны, — уложив авантюриста на скамью, маг продолжил: — Мази Шниц был долгое время в розыске; он осквернил храм Рыб и украл какую-то там реликвию. Судя по всему после этого, medus повстречал Зелуша на которого вы вели охоту. Вот вам и ответ: шаманы не доверяют ему, и стало быть лекарство его пить не станут. Впрочем, то было и не лекарство вовсе. Так, баловство.

— Что тут сказать. Выпьем за маэстро Червини!

***

— Слышишь, э? Пьют за мага, и нам стоило бы выпить. Держи Якорь, светлое с пенкой, как ты любишь.

— Удивительно Тоби, как всё вышло. Вот сидим мы на скале, над нами руины города, на горизонте океан и я думаю: сколько раз наши жизни висели на волоске.

— Много, много раз. Но-но, не налегай на пиво. Перед этим — разговор. Впрочем, пей и слушай, отвечать необязательно. Оракул узнал меня, точно так же как и Мази Шниц. Чёрт бы побрал этого medus. Видишь ли, он и я — мы похожи, нас обоих изгнали. Мой срок изгнаний уже давно закончился, да и провинность была…скажем так, юношеской шалостью. Шаманы решили устроить погоню за этим spineless piece, и я вызвался помогать. Знаешь Якорь, впрочем, нет, Эрнест, когда цунами обрушилось на город, мне было страшно. Страшно не за свою жизнь и целостность клуба, а потому что я забыл каково это: нырять, жить под водой, плыть по течению. И я должен побороть этот страх, должен вернутся в семью, к Рыбам.

— Видит Господь, я уже две минуты терплю эти сопли, — мужчина ударил по плечу друга — Согласен, что уж тут. Да, понял я всё, понял. Тебе нужен приемник на место в клубе, капитан…э… Чёрты бы меня побрал, если Эрнест по кличке Якорь, то есть я, не справлюсь с обязанностями. Можешь смело отплывать с первым ветром, а твой добрый друг прикроет тыл. Ну, ещё по одной!

***

— Удивительное явление, — отмечал Золтец сидя под навесом пристройки — Мы снова проиграли. Кериф, ты часом не проклят?

Вместо ответа демон продолжил опустошать бутылку вина. Он был в той степени опьянения, когда падает маска обнажая уродливый лик. Товарищ глядел на него с сочувствием, разделяя горечь поражения. Они расположились, как бы обособлено от всех, что впрочем, было лишь их инициативой. Зло сокрушалось.

— Ну правда: сначала история с сердцем, которая… — падший пригубился к бутылке, чтобы не раскрыть тайну пропажи артефакта —…А потом всё это. Нет мой дорогой друг, я вас люблю, но дел вести больше не буду. Вернусь