Тень Скорпиона - Александр Плахотин

Инвар исчерпал весь запас ругани, но этот схадов камень никак не хотел раскалываться.

— Может, все-таки попробуешь сконцентрироваться? — Каяс, полулежа в тенечке дуба, жевал травинку. — Брат Осиф, как полагаете, у него сегодня что-нибудь получится?

— На все воля Небес! — сыто рыгнув, прошамкал пузан, даже не поднимая головы от импровизированной травяной подушки.

— Дорогой Скорпо, и нужно вам истязать юношу, вместо того чтобы отпустить его пообедать? — лениво вмешался другой монах, почесывая ногу под задранной до колен рясой. — Кстати, вино сегодня было просто отменным, а жаркое из оленины… — он причмокнул, — выше всяких похвал!

— Спасибо, спасибо. Помимо искусства магики в свое время мне пришлось посетить и несколько уроков кулинарии… — Монахи вместе с волшебником дружно расхохотались. Отсмеявшись, Скорпо продолжил: — Увы, брат Юкола, этот лентяй обеда пока не заслужил.

— Молодой человек, — неотрывно разглядывая облака, изрек брат Осиф, — даже я, человек, ничего не сведущий в искусстве магии, ответственно вам заявляю: дабы расколоть этот камешек, нужно или знать какой-нибудь секретик, или просто… сосиска…

Услышав такое, Инвар недоуменно поперхнулся и сделал пассы руками немного не так, отчего камень вдруг резко взвился в воздух и с угрожающим гулом понесся на отдыхающую троицу.

— А при чем здесь «сосиска»? — Девин Каяс даже бровью не повел в сторону неумолимо приближающейся громадины.

— Да! При чем здесь «сосиска»? — поддакнул брат Юкола, одергивая рясу. — Мэтр, эта штука нас раздавит?

— Если ничего не предпринять, то да.

— На все воля Небес!.. — смиренно кивнул монах, разлегшись на мягком травяном ковре.

Инвар запаниковал. Первым его желанием было кинуться за парящим валуном вдогонку, но… Набрав в грудь побольше воздуха, подмастерье попытался мысленно дотянуться до летящего снаряда.

За шторами опущенных век сгустился светло-голубой, почти прозрачный туман. Здесь было все так же, как в обычной жизни, но все-таки… Чуть шевелящаяся под ветром трава замерла копьями вверх… Легкий ветерок рывками пробежал над землей. Еле-еле порхающая бабочка оставляла за собой рельефные следы там, где она была за мгновение до этого… В остановившемся времени Инвар протянул руку. Вполне материальную, ощутимую. Он дотянулся до уходящего камня, спрутом опутал его пальцами, наклоняя к земле все ниже… ниже…

С пугающим жужжанием камень упал в локте от ног брата Осифа, вспахав землю. Монах, лениво отмахнувшись от надоедливой мухи, пробормотал:

— Сосиска…

Плюнув в сердцах, Инвар развернулся, чтобы уйти в пещеру, как резкий голос учителя заставил обернуться.

— А урок?!

Камень, как ни в чем не бывало, стоял на том же месте.

— И даже не проси… — равнодушно сказал Скорпо в ответ на умоляющий взгляд ученика. — И, откинувшись обратно в траву, изрек приговор: — Лентяй!

— А чего вы, собственно говоря, от него добиваетесь? — зевнул Юкола. — Вроде малец вполне способен расколоть этот камень тем же способом, как и остановил его… В чем проблема?

— В способе… — огладил плоский животик чародей. — Сейчас он остановил его с помощью сознания…

— Телепатически, что ли?

— Вроде того… Парень умеет и знает все, что надо знать… В том смысле, что я передал ему свои знания…

— И в чем же «но»? — Брат Юкола, кряхтя, перевернулся на живот, одновременно подгребая под обросшую щеку побольше травы.

— Два «но»… — Чародей последовал примеру монаха. — Он не может управлять стихиями… Природными стихиями…

— Прискорбно… — Собеседник попытался убрать из-под пуза острый камешек. — А второе что за хрень? Вы говорили о двух «но». — И снова зевнул, еле справляясь с дремотой.

— Контроль… — Вывернул голову Каяс посмотреть, над чем сейчас усердствует его ученик. — Повелевать стихиями он рано или поздно научится, а вот контроль… Боюсь, это будет бичом всей его жизни.

— На все воля Небес… — пробормотал монах, засыпая.

— Ет точно… — покорно согласился волшебник, тоже перестав сопротивляться послеобеденной дремоте.

Тем временем Инвар, обливаясь потом, пытался вызвать огонь внутри валуна. Вроде все просто — войти в камень, это он сделал; далее, сросшись с каменной средой, нагреть ее до кипения… Вот здесь и начинались проблемы. Как ни старался ученик, ему хотелось перетечь в эйфорию подсознания и сотворить требуемое по-привычному, легко… Но нет, надо было, соединив силу воздуха и огня, родить пожар.

Стань воздухом… Растворись в нем… Стань одной из его бесчисленных частиц… а затем проникни сквозь поры камня… войди в него и достигни самого сердца… Теперь не спеши… Зачем? Ведь у тебя впереди вечность… Ты сам — вечность… время… Найди малую толику ничего и заставь его двигаться… Сначала медленно… затем быстрее и быстрее… Пока оно разом не вспыхнет жаром пламени… А теперь беги! Покинь его…

— ДА БЕГИ ЖЕ ТЫ, ОТЦА ТВОЕГО В…! — Инвар насилу вышел из прострации, не понимая, что происходит.

Мелькнула тень, и его снесло в сторону. Тут же раздался оглушительный грохот, и на подмастерье посыпался щебень.

— Инвар, мой дорогой, — Скорпо сел рядом, отряхивая пыль с одежды, — тебе еще Айдо говорил: контроль, контроль и еще раз контроль! От себя могу добавить только одно… — маг, поведя плечами, хрустнул шеей, — пойди-ка умойся! Грязен, как само Отродье!

— Не поминай нечистого всуе! — Брат Юкола привстал на локтях. — Мг-м… а ведь неплохо сказал!

— Запиши… а то забудешь, — перевернулся на бок брат Осиф.

Заключенного, неряшливо одетого плотного бородатого мужичка, остановили у толстой, крепко сбитой дощатой двери.

— Даю совет, паря, — взялся за ручку конвоир, — не зли этого мужика. Целей будешь.

— Ой! Да неужто сам Ведьмачий меня гостевать буде? — И хоть сказано это было с нескрываемой насмешкой, в глазах вора мелькнула тень страха.