Возвращение - Александр Прозоров

— Там… Он был там… — указала на туалет Гарита.

Олег вытянул саблю, распахнул дверь в санузел — там было пусто. Маленькая тесная кабинка.

— Он был там, там, там! — мотнула головой несчастная.

— Вот, попей еще. До конца допивай, внизу еще есть. — Тюлень вздохнул. — После вчерашнего мне самому призраки по углам мерещатся. Надо внизу аптечку проверить. Может, чего успокаивающего тут держат?

— Я его видела! Собственными глазами!

— Да-да, милая, я верю… — Виктор крепче прижал ее к плечу и поднес к губам бутылку.

Гарита сделала четыре глубоких глотка, отерла лицо. Всхлипы прошли.

— Напугался человек, бывает, — выпрямился Сергей. — Господи, скорее вниз! Как я хочу выпить!

Олег перешел к себе в номер. Урсула успела одеться в джинсы и футболку, собрала волосы в кичку на затылке, но на ноги вместо подходящих по стилю кроссовок надела замшевые туфельки.

— Они тебе так нравятся? — улыбнулся Середин.

— Еще как, господин!

— Здорово. Тогда побереги их и надень вон ту обувку, со шнурками.

Девушка кивнула и стала переодеваться. Ни звука поперек! Мама права: где в наше время еще такую найдешь? Ни слова о том, что он ничего не понимает в новой моде или что так ей больше нравится.

— Что случается с людьми, которые становятся рабами русалок? — Олег и не услышал, как за его спиной появился антиквар.

— С русалками все очень просто, — причмокнул ведун. — На них можно жениться, а то и просто пару раз переспать. Они от смертных ищут любви. С навками хуже. Эти хотят тепла. Заласкают, защекотят, в омут заволокут, все силы высосут. С непривычки люди часто тонут. А коли их навки, набаловавшись, отпускают — за неделю-другую чахнут до смерти. От слабости. Кое-кто, правда, выживает. Хотя и редко. Но от навок можно откупиться. Они не злые, они просто замерзшие. А вот мавки от людей хотят одного: истребить. Губят, а потом повелевают утопленниками. Ни смерти не дают, ни жизни.

— И что теперь со мной будет?

— Попытаемся уговориться, — пожал плечами Середин. — В худшем случае придется тебе, Вячеслав Григорьевич, по гроб жизни воды открытой сторониться. Ванна, бассейн — можно. Река, море, озеро — уже нельзя. Заберут. Ты для них как меченый станешь. Потерянная хорошими знакомыми вещица.

— А в лучшем?

— В лучшем? — усмехнулся Олег. — Своим для них можешь стать. Под водой дышать научат, от любой напасти в воде спасут. Хочешь рискнуть?

— Это как?

— К навке в воду. Вдруг очаровать получится?

Вячеслав Григорьевич кашлянул и отрицательно покачал головой:

— Откупимся.

— Эй, отдыхающие! — позвал снизу Тюлень. — Пожалуйте завтракать! Стол накрыт.

— Стол накрыт? — Ведуна это известие поразило куда больше, нежели обнаруженный при антикваре гребешок. — А ну, пошли вниз!

Сергей не обманул: в трапезной стоял один из тяжелых столов, накрытый обычным в скиту постным завтраком: хлеб, маргарин, рыба копченая, соленая, жареная и печеная, мелкая и крупная красная икра, свежая зелень, кувшины с квасом и бутылки с минералкой и лимонадом. Тюлень уже был здесь — уплетал толстенный бутерброд из булки и рыбы трех сортов, запивая это водочкой из запотевшей чарки.

— Откуда? — только и смог выдохнуть ведун.

— Я с поварихой уже поболтал, — охотно сообщил Сергей. — Она вчера все слышала, но решила, что клиенты балуются. У них тут все просто: делай, че хошь. Бей, круши, ешь гвозди, ломай головой дверь. Просто в счет поставят все до последней битой рюмки. — Он подмигнул и хлопнул чаркой об пол. Потом прогулялся к стойке бара и вернулся с полным бокалом пива. — В общем, вышли они с помощницей, посмотрели, как мы набедокурили, один стол на место вернули и накрыли, как положено. Хоть клиент и дурак, но обед — по расписанию. Вы давайте, присаживайтесь. Сейчас подкрепимся, патронов в оружейке наберем, да пойдем дизель чинить. Может, и правда пошутил вчера кто-то?

Еще через пару минут к столу спустились молодые супруги. Гарита выглядела ужасно: зрачки расширены, взгляд какой-то шальной, руки не могли с первой попытки ухватить вилку.

— Я сейчас, — покачал головой Тюлень и, заглотив пиво, поднялся. — Спрошу у поварихи, где у них лекарства. Ты, Вить, с нами не ходи, с женой оставайся. Мы сами управимся. Да, мужики?

Сергей вернулся минут через пять, передал Виктору коробку с какими-то таблетками — Олег не вглядывался. Супруги ушли наверх, а остальные гости скита приготовились к экспедиции наружу: ведун забрал из шкафа с оружием последнюю обойму, Тюлень распихал по карманам две коробки патронов к помповому ружью, антиквару чуть не силой вручили простую, но надежную ижевскую двустволку. Потом мужчины сняли с баррикады перед дверью скамейки, отодвинули столы и один за другим выбрались из дома.

День и вправду был чудесным до неправдоподобия. Солнце грело землю с невероятной для севера щедростью, но слабый ветерок с озера освежал, не давал устать от жары. На воде шлепали крыльями, крякали, барахтались у самого берега утки, над головой деловито стучал по сосновому стволу дятел. Любой человек сразу бы понял: в таком чудесном месте ничего страшного случиться не могло. Кровожадным монстрам, призракам или иной нежити здесь никак не место.

— В двигателях кто-нибудь шарит? — шепотом спросил Тюлень. Олег и Вячеслав Григорьевич промолчали. — Плохо. Я тоже только адрес автосервиса знаю. Ладно, может, так разберемся. Пошли…

Пригнувшись, Сергей побежал вдоль дома, настороженно выглянул за угол. Отпрянул и, перехватив удобнее оружие, метнулся вперед, к срубу без окон, спрятанному в кустах бузины. Середин побежал было следом, но увидел на траве кровавое пятно, разбросанные кости, остановился, повернул туда и опустился на одно колено, разглядывая место трагедии. Трава была заляпана самой настоящей кровью — она уже спеклась, пропитала землю, и теперь здесь радостно кружилось облако мух, ползали сотни муравьев, торопливо насыщались жуки. Еще хищник оставил обрывки рубашки, несколько тонких, изогнутых, переломанных костей — скорее всего, ребер — и вычищенную снаружи и изнутри человеческую черепушку.

— Ты чего, Олега?! — окликнул его Тюлень. — Уходи с открытого места! Уходи! Вдруг он рядом?

— Его нужно убить, — выпрямился ведун. — Эта тварь сожрала человека. Ее нужно выследить и уничтожить. Такого прощать нельзя.

— Кого ты хочешь преследовать?! — замахал ему Сергей. — Сюда иди! Сделаем свет, включим передатчик, вызовем вертушку — и нафиг отсюда! Пусть сами разбираются.

— А если он опять выйдет на охоту? — подошел к домику ведун. — Начнет убивать снова?

— Милицию вызовем, она поймает…

В домике стоял массивный дизель-генератор, формой и размерами напоминающий сундук с приданым богатой невесты. Железный каркас, синие стенки и верх. Три кнопки, две шкалы со стрелками. От стены к генератору тянулся пластиковый армированный шланг, вверх уходила черная выхлопная труба, к двери — скрученный электрокабель. Ведун почесал в затылке, по очереди нажал на каждую из кнопок. Никакой реакции. Вперед протиснулся Вячеслав Григорьевич, попытался нажимать кнопки по две. С точно таким же эффектом.