Посланник - Александр Прозоров

— Что там, Найл? — окликнула с берега Мерлью.

Принцесса успела переодеться в легкое, почти прозрачное розовое платье, в ушах сверкали сапфиры, волосы аккуратно собраны сзади. Она выглядела не по-походному изысканной. Можно подумать — только что вышла в сад из своего дома. Не сводя с девушки глаз, правитель вышел на берег, опустился перед ней на колени:

— Как ты красива…

Мерлью улыбнулась, присела на выпирающий из земли корень, наклонилась немного вперед, протянула благоухающую можжевельником руку и медленно провела кончиками пальцев от мочки уха, которое когда-то игриво покусывала, до уголка губ молодого человека.

— Так почему мы остановились, Найл?

Посланник Богини откинулся назад и решительно встал.

— Найл? — Принцесса настолько естественным жестом протянула ему руку, что правитель не мог не помочь ей подняться. — Что случилось?

— Нам нужно на тот берег.

— Туда? — Принцесса вгляделась в зеленую рощу за рекой, потом опустила взгляд и покачала головой: — Пауки скорее умрут, чем войдут в воду.

— Знаю. Но нам все равно нужно туда.

— Ладно, утром чего-нибудь придумаем. — Мерлью подошла к Найлу и положила ладони ему на плечи. Улыбнулась и опять тихонько коснулась кончиком пальца мочки его уха. — Утро вечера мудренее…

Послышались торопливые шаги. Едва Мерлью успела отдернуть руки, как на берег спустилась Нефтис.

— Ужин готов, господин мой.

— Ну что ж, — пожала плечами принцесса. — Тогда пошли ужинать.

В пожранной гусеницами роще наступала весна — проклюнулись из земли первые росточки травы, на обглоданных сучьях деревьев набухли бурые почки. Однако еще очень долго такая густая недавно чащоба будет просматриваться насквозь, и ни о каком уединении в ней думать не приходилось. Роща утратила аромат некой домашности, уюта. Несмотря на «весну», все вокруг дышало напряженной мрачностью. Оставаться здесь на ночь не хотелось, но и деваться было некуда. Сверкающая лента реки казалась непреодолимым препятствием.

К утру Найл составил сложный план, как уговорить смертоносцев переправиться на другой берег. На одной из пепельно-серых полян он нашел бывшего начальника охраны Смертоносца-Повелителя — пауки, не переносящие вида жующего человека, во время привалов предпочитали держаться подальше от двуногих — и задумчиво спросил:

— Ты не слышал голоса Богини, Дравиг?

— Нет, Посланник Богини, — взволновался старый смертоносец. — А ты уже разговаривал с ней?

— Что ты. — Правитель рассеянно отмахнулся. — Люди слышат мысли намного хуже вас. Я надеялся, может быть, хоть ты…

— Но ведь ты ее Посланник. К тебе она прислушается в первую очередь.

— Пока от нее никаких сигналов…

— Может, помочь тебе, Посланник Богини? Попробуй вызвать ее еще раз.

— Хорошо.

Не особенно надеясь на успех, Найл закрыл глаза, изгнал все мысли, немного выждал, привыкая к первозданной чистоте своего сознания, а потом потянулся на юг, превращая объем своего чистого разума в некое подобие руки. Он чувствовал суетливое мельтешение невероятного числа существ, обжигающий жар нагнетаемой Великой Богиней жизненной энергии, покой целого моря растений, но прикосновение к величайшему интеллекту Земли никак не достигалось.

Внезапно мир вокруг исчез, правитель рухнул в пропасть, закричал от ужаса и мгновенно сжался в маленькое, но надежное человеческое тело, покрытое холодным потом.

— Что это было, Посланник Богини? — спросил Дравиг.

— Сейчас. — Найл упреждающе вскинул ладонь, останавливая паука. Правителю нужно было отдышаться, прийти в себя.

Ничего страшного. Что бы ни происходило с путешествующим разумом, он в безопасности, пока цело человеческое тело. Но что же это было?

— Я тоже ничего не понял, Посланник Богини. Смотри.

Правитель опять ощутил свой разум вытягивающимся к югу, плотную и горячую жизненную энергию, закрывающую Дельту, суету множества сознаний, населяющих ее. На этот раз он смог прощупать каждую мелочь, происходившую во время короткого ментального опыта, — великолепная память смертоносцев позволяла рассматривать отложившиеся в их сознании события с такой же легкостью, с какой человек разглядывает карандашные наброски. Вот и сейчас Дравиг демонстрировал самые интересные эпизоды так, словно в кинопроекторе жуков-бомбардиров остановили и показывают кадр за кадром пленку. Вот: мир вокруг рванулся в разные стороны, расширяясь в сотни раз. Теперь Найл понял, что это смертоносцы подключились к нему своим объединенным сознанием, усиливая разум Посланника Богини, как бы накачивая его своими способностями.

— Обрати внимание, — предупредил Дравиг, и Найл почувствовал…

Это был не образ, а так, ощущение. Как если ты поднимаешься на дюну и видишь внизу юркнувшую в норку ящерицу. Точнее, не ящерицу, а движение уже спрятавшегося тела — тень исчезающего хвоста, завихрение песчинок, колебание застоявшегося воздуха. Никого уже нет — только ощущение.

— Что это было?

— Не знаю. — Правителю оставалось только поразиться огромному ментальному преимуществу пауков. Ведь Дравиг заметил, проанализировал и подробно передал столь мелкий нюанс, каковой, на взгляд Найла, вообще невозможно почувствовать.

— Мы слишком далеко, — сказал правитель. — Нужно подойти к Богине поближе.

— Давай спустимся ниже по течению, — согласился старый смертоносец.

— Двигаясь вдоль реки, мы будем оставаться от нее на одном и том же расстоянии. Нам нужно на тот берег.

— Мы вызовем корабли, и они нас перевезут, — спокойно предложил Дравиг, но Найл сразу почувствовал, как в сознании паука расползается холодок.

— Им никогда не подняться по реке, — покачал головой правитель. — Река слишком мелкая.

— Мы спустимся до моря и там поднимемся на палубы.

— Ближе к морю нам придется переправляться через множество мелких протоков, Дравиг. Лучше переправиться через реку один раз. Здесь.

— Мы дойдем до моря по пескам, мы вернемся в пустыню! — Сознание смертоносца начала захлестывать паника.

— Ты установил контакт с пауками на кораблях?! — повысил голос правитель. — Ты слышишь их?!

— Нет… Но я услышу… — Паника усиливалась, и ужас Дравига начал расползаться по сторонам. Смертоносцы вокруг зашевелились, забеспокоились.

— Мы идем к Великой Богине Дельты, дарующей вам жизнь, мы должны приблизиться к ней…

Разум Дравига окончательно смялся, стал напоминать разодранную в мелкие клочки книгу — носятся в воздухе отдельные клочки мыслей, слов и букв, но ничего внятного разобрать невозможно.

Найл отступил.

За завтраком к правителю подсела принцесса. Она ничего не спрашивала, аккуратненько разделывая ножом и вилкой белое рассыпчатое мясо и маленькими кусочками отправляя в рот.