Я не люблю пятницу - Марек Гот

Так что мы сидели в своей каюте, дули пиво, играли в карты и слушали рассказки Виктора. Весь его снобизм исчез вместе с маникюром и он оказался весьма приятным собеседником и умелым рассказчиком. Правда все его самые интересные истории касались Терры и поэтому не было никикой возможности проверить правду он говорит или врет. Чересчур уж фантастичными они были. Альф слушал, открыв рот, ну а я был настроен более скептически. Иногда к нам заходила Алиса, но провести больше десяти миут в накуренной атмосфере пивного бара было выше ее сил. Со мной она не разговаривала по–прежнему, Альфом помыкала, а вот с Виктором была низменно любезна, мила и…

— Виктор, — спросил я, — вам не кажется, что Алиса пытается с вами кокетничать?

Виктор посмотрел на меня долгим взглядом и ничего не ответил. Было у него такое отвратительное качество — игнорировать неудобные вопросы. Я пожал плечами и уставился в свои карты.

— Понимаете ли, Питер… Дело в том, что люди иногда себя так ведут. Это называется "воспитание". Некоторых, знаете ли, специально обучают всяким таким штукам… ну, вроде того, чтобы есть не только ложкой или руками, а пользоваться ножом и вилкой.

— Неужели такой пустяк помогает стать более сытым? Как все сложно оказывается. Но вы прекрасно поняли, что я хочу сказать.

— А вы поняли, что хочу сказать я. Вам, наверное, следует пересмотреть немного свое отношение к людям. Легче от этого станет в первую очередь вам самим. Нельзя вести себя так, будто вокруг только враги.

Виктор вообще‑то был прав, но признавать это мне не хотелось.

— Последние двенадцать лет такое поведение спасало мне жизнь.

— Может быть. Но война закончилась. Или вы объявили личную вендетту всей Федерации?

Дела обстояли не совсем так. На этом пароходе просто было слишком много незнакомых людей и это меня нервировало. От незнакомцев можно ожидать чего угодно. Эту истину я усвоил твердо, хоть мама с папой никогда об этом мне не говорили.

— Ладно. Считайте, что я не начинал этот разговор.

— Что ж, тогда считайте, что его начал я. И я думаю, что вам нужно пригласить Алису на обед…

— И на хрена же МНЕ это нужно, позвольте узнать?

— У вас с Алисой несколько напряженные отношения… вы не находите? Может быть, если вы просто немного пообщаетесь с ней… Это ведь просто обед.

— Ну да. А ад — это просто тепленькое местечко.

— Питер, вы только немного пообщаетесь, а я смогу спать спокойно. А то, знаете ли, постоянно боюсь проснуться и обнаружить, что наша коалиция сократилась на четверть. Я имею в виду вас и Алису.

— Насчет меня будьте спокойны — я не собираюсь травить Алису

— А насчет вас я как раз и спокоен.

Идея Виктора мне не понравилась. То есть совсем. Абсолютно. Не то, чтобы я всерьез полагал, что Алиса подсыплет мне какой‑нибудь дряни в суп или пиво, но обедать с ней мне не хотелось. Однако мои возражения по этому поводу мало беспокоили Виктора.

— Да бросьте вы, Питер… Сходите, пообедаете, здесь хорошая кухня, послушаете музыку, поболтаете с Алисой. Вы же ни разу не разговаривали с ней нормально.

— Это не моя вина, а, припоминая наш первый разговор, я считаю, что сейчас у нас просто прекрасные отношения.

— Значит у нас разные понятия о прекрасном. И, кстати, когда пойдете на обед, оденьте приличный костюм. В этом тряпье вы похожи на попрошайку.

— Да кто бы говорил! Где я найду вам приличный костюм?

— В шкафу. Сегодня утром Альф по моей просьбе взял его в прокатной лавке на верхней палубе. Надеюсь, он придется впору.

— Постойте‑ка… вы что же, все это спланировали? Да еще и Альфа втянули?

— Конечно. Нельзя ничего пускать на самотек. И Альф, кстати, сам вызвался помочь. Столик в ресторане на верхней палубе зарезервирован на пять вечера. Я надеюсь что до этого времени Альф уговорит Алису. Ему тоже не нравится, как развиваются ваши с ней отношения. Попытайтесь их хоть немного наладить.