Последыш древних - Василий Сахаров

Наша рота оказалась внутри большого крепостного двора первой. Мы вошли сразу за кавалеристами и чародеями и остановились.

Вокруг нас неторопливо шла размеренная и спокойная жизнь крепости. В углу двора стояло множество повозок, и рабы разгружали припасы. Конюхи распрягали лошадей и вели их в конюшню. Наемники медленно разбредались и направлялись в казармы. С кухни тянуло ароматом наваристого мясного бульона. Куда-то спешили слуги местного коменданта, барона Рамая Панвербока по кличке Лысый Пень. А сам комендант, пожилой и неопрятный мужик с блестящей лысиной и огромным пивным животом, вместе с несколькими офицерами-наемниками и парой охранников стоял на внутренней стене, откуда окликал дер Бегаса:

– Рожер, мой друг! Как я рад, что ты подошел! Теперь-то мы точно удержим крепость и докажем этим морейским засранцам, что не стоило им к нам соваться! Поднимайся к нам! У нас вино и девочки – все, что ты любишь! А ночью Закария появится, и совсем весело станет!

Дер Бегас только глупо хлопал глазами и никак не мог понять, где он и что с ним происходит. И пока противник не разобрался, что мы не те, за кого себя выдаем, Агликано вскинул меч и выкрикнул:

– Ата-ка-а-а!!! Бей! Море-а-а!!!

Команда прозвучала, и начался бой, застрельщиками которого выступили маги.

Без долгих раздумий Антей Царьер влепил в коменданта и его гостей мощный огнешар, который взорвался, обвалил кусок стены и уничтожил всех, кто попал под удар. Жуткое зрелище, ошметки прожаренного мяса раскидало поверх обломков, и вражеским командирам не помогли даже защитные амулеты, наверняка имевшиеся у них в избытке. А второй наш чародей, Лукас Эстербатто, занялся воротами. Он направил на гарнизонных вояк бурое кислотное облако, и они, теряя сознание, попадали наземь. А затем чародей бросил молнию, вонзившуюся в запорный механизм, оплавившую металл и заклинившую его. Теперь даже если наша миссия потерпит неудачу, ворота все равно будут открыты, и мы сможем отступить, а затем повторить попытку вместе с линейными пехотинцами.

Впрочем, действия магов я отметил краем глаза. Отвлекаться на это было нельзя. Следовало захватывать крепость, и главные объекты были распределены заранее. Наша рота блокирует казармы и по возможности давит сопротивление. Еще одна захватывает внутренний донжон, ключевую позицию. А третья берет на себя очистку стен и внешних оборонительных башен с катапультами, откуда могли обстрелять наше подкрепление.

– Воины! За мной! – Скидывая с плеч грязный и вонючий плащ, снятый с вражеского вояки, я выхватил скьявону и увлек за собой взвод.

С диким ревом солдаты кинулись на врагов, большинство из которых были растеряны и не понимали, что происходит. А мы этим воспользовались и убивали их без сомнений и колебаний.

На пути возник наемник, пожилой дядька с роскошными вислыми усами в добротном кожаном доспехе.

– Что… – Он не договорил. Мой клинок рассек ему горло, и я прыгнул на следующего противника.

Молодой слуга в линялой синей рубахе, тянувший из ножен длинный кинжал. Его я ударил ногой в грудь, и он кубарем покатился по брусчатке, остановился у стены, и парня мимоходом добил сержант Юссир.

Следующий. Конюх-здоровяк поднял оглоблю и начал ее раскручивать, а я пригнулся. Тяжелая дубина просвистела над головой, и я скользнул в сторону отчаянного противника, а затем достал его выпадом в грудь.

Дальше. Взвод свернул за угол, и перед казармами мы столкнулись с первым серьезным сопротивлением. Не меньше дюжины наемников, выставив щиты и короткие копья, напоминавшие дротики, преградили нам путь. И здесь я вновь применил магию. Нельзя ее без должной подготовки и обучения часто использовать. Пару-тройку заклятий в день, а потом необходим отдых. Но иначе было никак, воины не успевали за мной, и я обрушил на противника удушающее облако. Слабенько, конечно, но на большее сил не хватало, я не рисковал использовать огонь или силовую плеть, а облако сработало. Оно накрыло вражеских воинов и стало быстро рассеиваться, надолго его не хватило, а наемники, чихая и отхаркиваясь, сами разрушили монолитность строя, и подоспевшие штурмовики моего взвода налетели на них, словно ястребы на цыплят.

Несколько быстрых шагов вперед. Я оказался среди врагов, и в нос ударил запах прелого сена, остатки заклятия. Но я не обращал на это внимания и продолжал сражаться. Выпад, и острие скьявоны вонзилось в глаз противника. Замах от плеча, и клинок, разрубив войлочную шапку, рассек череп. А затем, на краткий миг, мой взвод оказался не у дел, и я, подобрав щит наемника, смог оглядеться.

Позади, во дворе крепости, идет резня. На стенах тоже рубка. Справа взвод Ари, опередивший нас и бьющийся за вход в казарму, длинное продолговатое здание из камня. Ему на помощь спешит Гуннар. Где взвод Рунольва и маги, непонятно. Все при деле, и приказов нет, однако что делать дальше – вопроса не возникало. Прямо перед нами еще одна казарма, а возле нее небольшой плац, и на него выбегали воины, судя по всему, дружинники сгоревшего в магическом пламени и разорванного на куски барона Панвербока. Кто-то смог их организовать, и они готовились ударить во фланг второму взводу, а нам предстояло их остановить.

– Стрелки, не спать! – надрывая горло, выкрикнул я и клинком указал на дружинников: – Бей!

Щелкнули арбалеты, и болты, всего несколько штук, устремились к цели. Не самый удачный залп, стрелки свалили только двоих. Но это была лишь разминка, поскольку затем на дружинников обрушился мой взвод.

– Строй! Сомкнуть щиты!

Солдаты выполнили команду четко и рванулись на противника.

Удар! Мы столкнулись с грохотом и шумом. Щит в щит. Лицо в лицо. Мечи против мечей. И победить должен был тот, кто сильнее и лучше организован.

– Жми! – отдал я команду и принял на щит чужое тело. – Жми! Не отступай!

– Счет! – вклинился голос сержанта Юссира.

– Раз! – выкрикнули штурмовики и дружно налегли на щиты.

– Два! – общий толчок.

– Три! – еще один.

– Четыре! – шаг на противника, не выдержавшего давления и прогнувшегося.

– Ломай! – мой клинок, скользнув в узкую щель, рассек бедро открывшегося противника.

Дружинник отшатнулся назад и задел кого-то из своих товарищей. Именно этого я и добивался. Вражеский строй рассыпался, а значит, победа уже наша. Штурмовики надавили на противника сильнее, и замелькали наши клинки. Мы выполняли свою кровавую работу на совесть, и вход в казарму был запечатан. Быстро и четко, пока остальные вражеские вояки не опомнились.

Мы забросали вход бочками и трупами убитых, и всех, кто пытался вылезти, встречали арбалетными болтами и копьями. То же самое Ари и Гуннар сделали возле соседней казармы, и было слышно, как внутри готовятся к последнему бою враги. Выход из помещения только один, а окна узкие, не вылезешь. Правда, имелись проходы в основной донжон, но там уже хозяйничали штурмовики из другой роты, которые тоже не сплоховали.