Пленники Зоны. Сталкеры навсегда - Сергей Коротков

– Насчет ее перепиха с тобой, батя? – улыбнулся Вовка, не отнимая уха от розетки в стене.

– Ща по жопе схлопочешь, орелик.

– Шучу, батянь, тетка клевая, чё бы не дрын-дрын ее?! – осклабился пацан. – Вот бы мне годков хотя бы двадцать, ох…

– Эй, Вован, варежку прикрой. На пятаки щас порублю твою хотелку. Ишь, дрын-дрын ему! Я насчет лажовости их.

– А-а, ну да, ждут какого-то Хукса… Хока. Нервничают. Слушай, батя, а чё они нас тащат? Раз подмогу ждут. На фиг мы им сдались? Или замочить хотят, чтоб не расплачиваться потом?

– Хитрожопые они, конечно, но не умнее нас. За работу они заплатили полностью, – сталкер похлопал по внутреннему карману, усмехнулся, – но под гарантии, что доведем вон до того здания, что за вешалкой мимикрима, переждем рядом, а потом в обратку и до «Теплого стана». Там их типа заберут уже на Большую землю.

– Странно. Ну, лады. Поглядим.

– Поэтому, сынок, будь предельно бдителен и осторожен. Валить нас им уже несподручно, а вот подставить или кидануть могут. Слушай, пойду спрячу я наш хабар здесь. От греха подальше.

– Давай, бать. Я на шухере.

Вовка зашагал в прихожую, Тагил осмотрел пыльную мебель, стены, истлевший ковер на полу. Достал кулек с А-Сертификатами, пачками банкнот, отстегнул пояс с артефактами. Прошел на кухню, достал кастрюлю, сложил все туда. Контейнерный пояс не поместился, его запихал внутрь ящика электроплиты «Лысьва», затем кастрюлю и обе сковороды. Закрыл, осмотрел, остался доволен.

А главное, спокоен.

«Ну все, на обратном пути заберу. Зато стимула кончить нас или ограбить не будет!»

Тагил тихо прошел к прежнему НП и снова стал шерстить вооруженным взглядом кварталы.

Он увидел и банду Басмача, вытекающую из кафешки, вокруг которой окончательно упокоились мертвецы, и отряд азиатов, показавшийся между детсадом и универмагом метров на триста левее «Блинной». А также трех незнакомцев вдалеке, у котельной, убегающих от злыдня. Принадлежность последних определить отсюда было сложно, но комбезы их показались синими, а тактика отхода чересчур правильной.

– Наемники? Стопудово! – вслух озвучил сталкер и вздохнул. – Вот, мля, начинается.

* * *

Бодайбо все-таки помог сталкеру-одиночке. В тот момент, когда толпа, жаждущая мести за десяток порубленных в капусту земляков, готова была сорваться и взять корпус садика приступом, Бодайбо бросил гранату. Нет, он не питал к азиатам чувств ненависти и злобы и не собирался убивать или калечить их. Только навредить и отвлечь. Это да!

Он ловко закинул гранату в кучу провизии и снаряги, возвышающуюся возле липы и охраняемую всего лишь одним часовым. Взрыв разметал ценный в Зоне скарб, резко уменьшив шансы азиатов на продолжительное путешествие.

Чертежник из окна увидел, как сталкер приветственно махнул ему рукой и затем легко разделался с припасами чужаков. И, может быть, впервые за этот десяток лет улыбнулся – видать, был все-таки в Зоне честной народ, сочувствующий ему и понимающий. Под крики рассвирепевшей толпы, ринувшейся к ограждению детсада, где прогремел взрыв и мелькнул обидчик, Чертежник спокойно слез с подоконника, вынул носовой платок и протер грязные следы своих ботинок.

А Бодайбо резво нырнул за угол ближнего дома. Скрыться от узкоглазых преследователей среди закоулков города опытному сталкеру не составило труда. И на душе осталось приятное чувство от помощи, оказанной сподвижнику и ходячей легенде Зоны.

* * *

Поредевший отряд Хокса осторожно, украдкой и, чего греха таить, боязливо пробирался кварталом (когда-то жилым) из южной части города в сторону улицы имени Пятидесятилетия Комсомола. Бойцы терпеливо и молча выполняли распоряжения командира, чётко следуя инструкциям марш-броска в городских условиях и соблюдая все правила маскировки. Майор знал, что парни голодны, устали и порядком напуганы, поэтому искал подходящее место для привала, не забывая о цели рейда и опасностях города.

В инструкции на Большой земле он подробно изучил информацию, касающуюся обитателей Туманска, аномалий и схем улиц и объектов.

Но постоянные стычки с зомби, скелетонами и собаками, угроза многочисленных аномальный полей заметно мешали плавному и чёткому продвижению, замедляли его темп, понижали уровень героизма и повышали адреналин в крови.

Да-а, это не моджахедов с талибами по горам Гиндукуша гонять или абхазцев отстреливать на Кавказе, маскируясь под грузинский спецназ!

Здесь не война. Здесь что-то среднее между бойней, хоррором и дерьмом. Самым натуральным дерьмом! Иначе и не назовешь все то, где и в чем оказались рейнджеры Хокса в эту ночь на двадцать седьмое апреля две тысячи шестнадцатого года.

Нужно было срочно сделать привал, тем более перед последним щелчком до цели – спорткомплекса в соседнем квартале, возле НИИ. Выбрав в качестве приюта трехэтажный дом, когда-то заселенный работниками соседней фабрики, желтеющей напротив, Хокс дал указание двум бойцам разведать обстановку внутри, а сам с остальными занял круговую у подъезда.

Пока было тихо.

Парни вернулись и доложили, что все в ажуре, не считая двух аномалий на разных этажах и свежего трупа аасмена, заколотого холодным оружием. Хокс было призадумался, но грязные потные и сонные лица солдат сбили его мысли.

– Капрал, бери пилота и всех парней. Выбрать самую большую квартиру с круговым обзором, и привал три… нет, два часа. Я пока здесь окопаюсь, сменишь меня кем-нибудь через полчаса. Ясно?

– Да, сэр.

– Выполнять.

– Есть, сэр.

Отряд исчез в подъезде, будто муравьи в норке от дождя, а майор двумя ударами выломал верхнюю часть фанерной двери, озираясь, забаррикадировал себя скамейкой, урной и парой ящиков из-под сварочных электродов, оставшихся с древних времен.

Заняв позицию внутри подъезда с затхлым спертым воздухом, он уложил винтовку на обломок дверного полотна и только сейчас позволил себе потянуться и немного расслабиться.

Что-то нехорошее свербило его мозг и отвлекало, мешая забыться. Хокс массировал виски и лоб, пытаясь не потерять рабочую волну.

Прислушался. Наверху топот «берцев» затих, но отдельные звуки присутствия в доме его парней слышались. Те размещались в заброшенной квартире, справляли нужду, облегчая организм, разгружались, освобождая натруженные плечи, устраивали перекус. Кто-то приступил к чистке оружия, другие к гигиеническим процедурам, третьи сразу впали в сон. Больше всех маялся пилот вертушки, не привыкший к таким марш-броскам и ужасам Зоны. Он живым трупом свалился в углу кухни и, успев снять только шлем, тут же вырубился.

Хокс протер сонные глаза, задрав боевые очки наверх, пригляделся. Снаружи на улице было пусто, а на той ее стороне еле слышно отсюда подвывали и стонали несколько скелетонов, бродя вдоль завалившегося чугунного забора фабрики.