Импорт правосудия - Вячеслав Шалыгин

Смотри, зажили ручонки, – Эрик указал на Ирину, которая прошла мимо автобусной остановки и теперь ловила такси у обочины чуть подальше.

– А что произошло? – спросил Красавчик.

– Из «браслета» выскользнула, – пояснил напарник.

– Чужое тело не жалко, – Красавчик покачал головой. – Вот в этом и заключается вся их дьявольская сущность! Хотя ей все равно было больно?

– Наверняка, – согласился Эрик. – Так, говоришь, к Апостолу наша дива собралась?

– К нему, родимому, – подтвердил Красавчик.

– К ней, – уточнил напарник. – Я не далее как час назад имел с Апостолом весьма приятную беседу.

– Ну и как? – удивленно спросил Красавчик.

– Договорились на ресторан, – Эрик многозначительно ухмыльнулся.

– Отлично! Я со вчерашнего вечера ничего не ел, – напарник потер руки. – Кухня, надеюсь, будет классическая? Или змеи, жабы, саранча?

– Ничего обещать не могу, почти серьезно ответил Эрик.

– Давненько я не пробовал супчика с гадюкой, – мечтательно протянул Красавчик и скривился. – Однако нам пора!

Ирина наконец поймала расписанный рекламными обещаниями автомобиль и по устаревшей традиции объяснила водителю маршрут до того, как уселась на заднее сиденье. Такси ловко вклинилось в довольно плотный поток транспорта и покатило в сторонуюго-западного района города.

– Надо было ехать на планере, – заметил Красавчик, с трудом удерживаясь на допустимом удалении от объекта. – Все бы уступали нам дорогу…

– И мы были бы видны, как фонарь, – Эрик указал на встречную полосу движения, над которой пролетел новый черный планер с транзитными номерами. – Богатеем на глазах…

– Брагин наконец-то внял моим молитвам, – живо отреагировал Красавчик. – Мне пришлось процитировать не меньше сотни раз знаменитое изречение товарища Форда, прежде чем он согласился покрасить партию планеров в черный цвет!

– «Машина может быть любого цвета, при условии, что она черная», – Эрик кивнул. – По-моему, девяносто раз из ста, я при этом присутствовал…

– Вы оба зануды и консерваторы, – огрызнулся Красавчик.

– Какого черта я сижу за рулем этой колымаги и пытаюсь выследить сумасшедшую ведьму из очередной нечеловеческой шайки? Лежал бы сейчас на пляже где-нибудь в Каннах…

– И подыхал со скуки, – закончил за него Эрик. – Они останавливаются…

– Вижу, – Красавчик вздохнул и включил правый поворот. – Как ни противно, ты снова прав. Куда это она направилась?

Ирина вышла из такси и быстро скрылась в арке, которая вела в замкнутый колодец старого двора. Из этого тупичка было только два выхода: через арку на улицу и в единственный на весь пятиэтажный дом подъезд. Сыщики остановились у подъездной двери и прислушались. Легкие шаги девушки оборвались, а спустя секунду хлопнула дверь.

– Четвертый? – озадаченно спросил Красавчик.

– Третий, – возразил Эрик. – А может, и четвертый… У меня с собой усилитель, так что не будем терять время.

Сыщик вынул из кармана звукоусилитель и вставил его миниатюрный динамик в ухо. Проводок с чувствительным микрофоном он воткнул в принимающее гнездо. После всех приготовлений Эрик достал пистолет и осторожно толкнул дверь.

На третьем этаже располагались четыре квартиры. За дверями двух из них царила полная тишина. В третьей ворчливыми старческими голосами переругивались мужчина и женщина. В четвертой тоже было тихо, но Эрик почему-то вернулся к первой из обследованных дверей.

– Здесь ты все-таки что-то услышал? – шепотом спросил Красавчик.

– В том-то и дело, что нет, – ответил напарник. – В тех двух тикают часы, в трубах журчит вода, мухи периодически жужжат, а здесь – как в гробу…

– Здравствуйте, девочки! – кланяясь закрытой двери, прошептал Красавчик и снял оружие с предохранителя. – Сидорова ждать, как я понимаю, мы не будем?

– Или четвертый? – не отвечая на его вопрос, пробормотал Эрик. – Подержи дверь пару минут под прицелом, а я все же проверю четвертый этаж. Для надежности.

– Нет проблем, – Красавчик пожал плечами и приставил ствол к дверному «глазку».

Эрик быстро поднялся этажом выше и принялся выяснять, есть ли жизнь за еще одной четверкой дверей.

От увлекательного занятия его оторвал страшный грохот и появившийся в лестничном пролете клуб белой пыли. Из пыльного облака послышались торопливые, удаляющиеся вниз по лестнице шаги, сдавленный стон и затем глухой, но отборный боцманский мат.

Эрик, перепрыгивая по нескольку ступенек, спустился на третий этаж и обнаружил, что дверь в первую из прослушанных квартир вынесена вместе с косяком и теперь лежит на партнере.

– Догоняй этих… – Красавчик подобрал самый нелестный эпитет и закашлялся. – Я уж сам… как-нибудь… выберусь…

Эрик пулей спустился на первый этаж и пинком раскрыл дверь подъезда. Все, что он успел заметить, это две мелькнувшие в просвете арки женские фигуры. Сыщик сунул руку с пистолетом за пазуху и побежал следом.