Ариец. Книга первая. Аркаимский колдун - Александр Прозоров

Сначала появилась боль. Она очертила все его тело от пяток и до кончиков волос, обожгла кожу, ворвалась в легкие, заставив сделать судорожный вдох, сжала сердце, принудив резко сжаться, обмякнуть, снова сжаться и торопливо застучать, – а потом пришла слабость, и Андрей рухнул вниз. Несколько раз моргнул, пытаясь разобраться с неясными образами, но только минут через пять они наконец сложились в понятную картинку.

Он находился в храме. Темные стены, жар полыхающего костра, шелест сухих змеиных тел по шершавому камню… Но что-то вокруг было не так. Что-то изменилось за те болезненные мгновения, пока Андрей находился без сознания.

Молодой чародей напрягся, опираясь руками в пол, поднял голову.

Богиня Табити обнаружилась поблизости. Она скользила из стороны в сторону возле входа. И одета она была почему-то не в белую тунику, а в достаточно длинное замшевое платье с разрезанной на множество полосок юбкой.

– Ты вернулся к жизни, дикарь? – заметила она шевеление гостя, подплыла ближе. – Еще никто и никогда не унижал меня так сильно, как ты, вонючий шакал! Я думала, что твоя смерть смоет обиду. Что я буду радоваться виду твоего мертвого тела. Но каждый раз, когда на тебя падал мой взгляд, в моей душе снова рождался гнев. И я подумала, что такая простая и быстрая смерть слишком слабое наказание для тебя. Мгновение, и тебя уже нет. Нет, червяк, я хочу, чтобы ты умирал долго и мучительно, чтобы гнил заживо год за годом, сознавая всю безнадежность своего положения и не в силах что-либо изменить. Посему ты понесешь заслуженную кару, а я избавлюсь от противного напоминания. Я отправляю тебя в Аркаим, на медные рудники. Ты сдохнешь там, в тяжких муках и во славу моего народа!

– Чем же я так прогневал тебя, прародительница скифов? – выдохнул Андрей, с трудом поднимаясь на колени.

– Че-ем?! – Богиня чуть не мгновенно оказалась рядом. – Вот уже многие века каждый год, каждый день и час я надеюсь на появление достойного потомка! Вот уже многие века каждую весну юные скифы прыгают через костры с надеждой на то, что пламя разбудит в них божественное начало и что священный огонь перенесет их сюда, в мой храм, пред мои очи! Но случается подобное лишь раз в десятки лет, и неизменно скиф с даром моего наследия не выпрыгивает из огня, а выползает из него на карачках, ибо ноги неспособны носить потомков моей крови! И тут появился ты! Сильный и здоровый! Обладающий божественным началом! И назывался моим потомком! А потом ты оказался чужаком!!! – во весь голос заорала она, раскрасневшись от гнева, а ее ноги-змеи стали вскидывать головы и яростно шипеть. – Свяжите его!

Кто схватил Андрея, завел ему руки за спину, туго связал – колдун не видел. Но это не имело значения. Гость храма огня все равно чувствовал себя беспомощным, словно младенец.

– Ты, верно, надеешься обрести свободу, едва покинешь эти стены?! – наклонившись к нему, зловеще прошептала змееногая женщина. – Надеешься на свое божественное начало? Напрасно!

Табити зашла к нему за спину, и Андрей ощутил, как на лоб легла повязка, туго перехлестнувшая голову, затем она сошлась спереди на шее, а потом опять сзади.

– Этот амулет запрет все твои способности внутри тебя, вонючий дикарь, – сообщила богиня. – А освободишься ты от него только глубоко в медной шахте, под толстым-толстым слоем земли, который не позволит тебе использовать свой дар. И ты уже больше никогда не поднимешься наверх, не увидишь ни солнца, ни неба. Ты никогда не вдохнешь свежего воздуха и не ощутишь на лице струи дождя. Ты будешь похоронен там еще живым и не выберешься оттуда даже после своей смерти! Будешь гнить слепым, больным и вечно голодным!

Прародительница скифов торжествующе расхохоталась и приказала:

– Забирай его, Иритыш! Не забывай сам и напомни моей дочери: этот раб должен быть связан до тех пор, пока его не спустят в шахту! И если он попытается содрать свою повязку, пришей ее к голове дикаря толстой крепкой ниткой! Прямо к шкуре! Ты понял?

– Да, всемогущая!

– А ты, дикарь, понял? – Богиня оказалась перед Андреем.

– Скоро увидимся, уродина, – с чувством выдохнул колдун.

– Если ты намекаешь на свое бессмертие, дикарь, – улыбнулась женщина, – то отныне это стало твоим проклятием, а не даром. Вечность в медной шахте! – Прародительница скифов довольно засмеялась. – Очень на это надеюсь. Иритыш, отправляйтесь! Помни о моем предупреждении! Этот раб опасен.

– Твоя воля нерушима, всемогущая. – Андрея ухватила за плечо крепкая рука, приподняла, поволокла к выходу.