Ариец. Книга первая. Аркаимский колдун - Александр Прозоров

Несколько минут – и табор наполнился криками и стонами, покрылся кровавыми лужами, а лошади, вырвавшись обратно на степной простор, внезапно успокоились, опустили головы к траве и продолжили столь внезапно прерванный ужин.

Притопнув ногой, Андрей недовольно поморщился – сапоги оказались тесноватыми. Он топнул еще и махнул рукой:

– Ладно, кожа мягкая, растянутся. Или потом на другие поменяю. – Он опустился рядом с лежащим скифом на колено и спросил: – Мне нужен Иритыш. Знаешь, где он, смертный?

Раненый захрипел.

– Точно не знаешь? Досадно…

Колдун выпрямился, осматриваясь в задумчивости. Он был уверен, что топчущие степняков лошади на посланника змееногой богини нигде не наткнулись. Андрей бы это заметил, ощутил. Он умел смотреть глазами животных – даже если тех собрался целый табун.

Но где же тогда искать этого поганца?

– Еундрей, Еундрей! – Голый паренек с ножом в руке промчался между телег, остановился возле обрезков веревки, закричал: – Еундрей, ты где?! У скифов лошади взбесились, потоптали почти всех! Свобо-ода!!! Еундрей?!

Увидев одетого под степняка друга, юный лесовик осекся, сглотнул:

– Ты уже знаешь?

Андрей кивнул.

– Так побежали! Грабить можно сколько хочешь! Все теперь наше!

Колдун согласно кивнул еще раз. Паренек закрутился, не зная, куда кидаться. Он походил на голодного мышонка, ошалевшего от счастья в коробке с попкорном и теперь не понимающего, за что хвататься.

– Одежду себе найди, – посоветовал молодой чародей, взял под уздцы серого в яблоках скакуна и не спеша двинулся через разгромленный табор. Перешагнул мертвеца с продавленной грудной клеткой, еще одного. Услышал слабое дыхание, повернулся на звук, присел перед раненым: – Ты знаешь Иритыша, смертный? Лучше признайся! Зачем тебе лишние муки перед смертью? Знаешь? Где он? Плохо…

Андрей пошел дальше. Остановился возле другого стонущего степняка:

– Ты знаешь Иритыша, смертный?

Колдун был терпелив, задавая свой вопрос снова и снова, но безуспешно. А по табору тут и там носились с воплями лесовики. Потрошили тюки, добивали раненых мучителей, находили что-то в корзинах, а что-то, наоборот, бросали под колеса и перебегали к другому возку. Общаться с ними молодому чародею не хотелось, поэтому Андрей прикрывался мороком каждый раз, когда кто-то из освободившихся рабов оказывался рядом. На невольниках никаких оберегов не имелось, и заговор на отвод глаз действовал безотказно.

– Ты знаком с Иритышем, несчастный? – склонился колдун над переломанным бородатым воином, лежащим на боку, роняя кровавую пену.

– Добей… – прошептал тот. – Умоляю… Мука…

– Мне нужен Иритыш, – присел возле раненого студент-медик, провел ладонью над безрукавкой.

Переломы нескольких ребер, позвоночника, нижняя часть тела парализована. Должно быть, каждый вдох причинял скифу невероятную муку. Но не дышать воин тоже не мог. Рефлекс…

– Иритыша? Его нет…

Андрей вскинул голову, наконец-то услышав хоть что-то полезное.

– Где он?!

– Обоз… заблудился… Вернулся… Искать… – На глазах зрелого воина показалась слеза. – Умоляю, дикарь…

Колдун быстрым движением выхватил из петли на его поясе медный топорик и со всей силы всадил в макушку несчастного по самый обух. Перехватил узду скакуна:

– Пойдем, Яблочко, отсюда. Нам в другую сторону.

Андрей быстро зашагал между возками, на ходу составляя план поиска посланника Табити.

Если у скифов заблудился какой-то обоз, то, по логике, за ним нужно возвращаться назад. Догонять своих Иритыш должен по натоптанному тракту. Так что есть хороший шанс не разминуться.

Учуяв знакомый аромат сушеного мяса, колдун мимоходом подхватил с повозки легкий мешок, кинул на холку мерина. Через несколько шагов добавил к походным запасам мешок изюма.

– Еундрей, Еундрей!!! – Знакомый голос заставил Андрея остановиться. Загораживаться мороком от паренька, что подкармливал его в плохие дни, рискуя получить леща от товарищей, было бы неправильно. – Смотри, что я нашел!!! Вот, смотри! Меня аккурат за такой же продали!

Ченосик размахивал над головой темно-красным котелком, размером годящимся ему аккурат вместо шлема. Лесовик успел приодеться – в штаны, висящие на щуплом теле, как на вешалке, и в замшевую жилетку, доходящую до колен. Пояс с двумя ножами, сумкой и топориком на бывшем рабе, похоже, вовсе не застегнулся, и эту добычу паренек повесил на плечо.

– Хорошая вещь, – кивнул Андрей. – Теперь тебе будет с чем вернуться домой.

– Мы все теперь… – в восторге подпрыгнул паренек. – Мы теперь…

– Вы теперь богачи, – подсказал чародей и ласково похлопал скакуна по морде. – Удачи тебе, Ченосик! Прощай.

– Подожди, Еундрей! – пробежал немного сзади юный лесовик. – А ты чего награбил?

– Мне не нужно, – отмахнулся колдун.

– Громобой сказывает, путь на север знает! – похвастался Ченосик. – Люди сговорились добычу набрать и до вечера через реку уходить.

– Правильное решение, – согласился Андрей, снова перехватывая уздечку.

– А ты куда?

– Туда, – махнул рукой на запад чародей.

– Но все уходят на север!!! – отчаянно выкрикнул паренек.

– А мне нужно туда, – развел руками Андрей. – Прощай, дружище.

– Но все решили иначе! – Ченосик чуть не заплакал.

– Так иди! – разрешил колдун, помахал рукой и стал пробираться дальше.

Паренек позади чуть не застонал в отчаянии. Изгою во взрослой мужской компании никак не хотелось расставаться с единственным другом. Но и оторваться от толпы юный лесовик тоже не решался.

– А-а-а-а… Еундрей, подожди! – внезапно сломался он. – Я с тобой!

– Зря, – оглянулся Андрей. – Со мной выйдет долго и опасно. Дорога к моему дому запутана, рискованна, и тебя в него не впустят. Зачем?

– Что же ты, совсем один будешь? – Возражения, похоже, разбудили в парнишке детское упрямство. – Или ты мною брезгуешь?

– Да я не против, – пожал плечами колдун и честно признался: – В компании и правда веселее. Просто обманывать не хочу. Можешь сильно пожалеть.

– Хуже рабства уже ничего не случится! – бездумно отмахнулся Ченосик. – Так чего, еще пограбим?

– Жадность – это зло, – отрезал Андрей. – Лишний вес. А мы не на «Камазе». Однако идти пешком тоже глупо…

Он прислушался к табору, свернул влево и через полста шагов обнаружил переступающую у коновязи оседланную каурую кобылку. Решительно снял с нее узду с оберегом на налобной костяной пластине, срезал подвеску с талисманами у передней луки и кивнул Ченосику: