Клан волчицы - Майте Карранса

— И в чем же подвох?

— Не знаю! Не имею ни малейшего представления! Не верите — попробуйте сами!

— Конечно, попробую. Пусти меня!

Усевшись на место крупье, директор одарил девушек ослепительной улыбкой. Какие красавицы! Темненькая и рыженькая! Рыжая с первого взгляда производила неизгладимое впечатление, но и темноволосая с белоснежной кожей и холеными руками поражала чувственной красотой.

— Дорогие дамы, я к вашим услугам!

Рыжеволосая зеленоглазая девушка подняла голову. Ее глаза с расширенными зрачками блестели, как у любого игрока, поставившего на кон все, чтобы сорвать банк. Хотя рыжеволосая и не походила на профессионального игрока, именно она дала знак продолжать игру легким кивком головы, в котором чувствовалась уверенность человека, предвкушающего радость выигрыша.

Рулетка закрутилась. По ней с бешеной скоростью запрыгал шарик. Вокруг их стола собралась толпа любопытных. Директор поморщился. Ему ни к чему были свидетели. В подходящий момент он незаметно нажал на тормоз — с таким расчетом, чтобы шарик попал достаточно близко к двадцать шестому номеру на черном поле — примерно на номер двадцать четыре.

По мере того как рулетка замедляла ход, вокруг стола воцарялось гробовое молчание. Взгляды собравшихся были прикованы к маленькому шарику, скакавшему до тех пор, пока он не упал в гнездо, обозначенное… двадцать шесть, черное.

Директор побледнел, не в силах оторвать взгляд от последних медленных оборотов колеса. Огромный зал с роскошными люстрами и мягкими коврами содрогнулся от ликующего крика завсегдатаев. Девушки обнялись, поздравляя друг друга с победой.

Мысленно подсчитав причитавшуюся им сумму выигрыша, директор содрогнулся. В кассе нет таких денег. Казино пойдет с молотка. Он будет уволен. Его карьере конец!

Расположившись в джакузи шикарного номера в самом дорогом отеле Монте-Карло, Селена пила французское шампанское.

Ванну из севрского фарфора наполняли теплая вода и пена. Шампанское было очень холодным, и Селена медленно смаковала его изысканный вкус.

— Сколько миллионов мы выиграли? — спросила она, зажмурившись на слове «миллионов».

— Почти пять, — ответила из спальни уже скинувшая сиреневое платье Сальма, неторопливо поедавшая гусиный паштет с карамелью. — Четыре миллиона семьсот тридцать две тысячи евро.

— И все эти деньги мои? — выдохнула Селена.

— Твои, твои.

Селене показалось, что она вот-вот лишится чувств от счастья.

— И я могу делать с ними все, что хочу?

Ларва рассмеялась своим обычным невеселым и глухим смехом, словно доносившимся со дна глубокой кастрюли.

— Разумеется. И в любой момент ты можешь выиграть еще. Мы, одиоры, не станем мешать тебе использовать колдовство в корыстных целях. Этим-то мы и отличаемся от вас — омниор. И не только этим. Скоро ты сама все узнаешь.

— Ты хочешь сказать, что я могу… — начала Селена, разглядывая свои длинные ноги.

— Ты можешь все.

— …зачаровать любого мужчину, чтобы он в меня влюбился?

— Конечно. Но приворотное зелье — вернее.

Селена сдула пену с руки. По ванной полетели белые хлопья.

— И он меня полюбит? — мечтательно спросила она.

— Влюбится по уши! Падет к твоим ногам. Будет тебя обожать! Прыгнет ради тебя в пропасть!

— Вот это уж слишком! — воскликнула Селена, замотав головой так, что пышные рыжие волосы рассыпались у нее по плечам.

— А может, стоит попробовать? Вдруг тебе понравится?

— Не знаю, — немного подумав, ответила Селена. — Вот только боюсь, что сама я не смогу полюбить человека, которого опоила приворотным зельем.

— Конечно, не сможешь! А кто тебе говорил, что ты должна его любить? Любовь унижает. Это постыдное чувство. Из-за нее можно потерять голову и утратить власть над тем, что тебя окружает.

— Значит, одиоры не влюбляются?

— Нет, не влюбляются. Мы развлекаемся. А тебе нравится развлекаться?

— Иногда. Но не сегодня. Сегодня я хочу распорядиться моими деньгами — покупать, тратить, мечтать! Дай мне почувствовать себя богатой. Я еще никогда не была богатой.

— Что же ты будешь покупать?

— Сначала я выплачу все деньги по закладной. Мне не нужны долги. Потом я хочу купить новый дом у моря и землю вокруг него.

— Где?

Погрузившись в мечты о богатстве и приятной праздности, Селена поставила на пол пустой бокал из-под шампанского.

У нее было очень хорошее настроение. На умывальнике из каррарского мрамора стоял букет фиалок. Их аромат наполнял ванную, украшенную римской мозаикой на мифологические сюжеты. Мягкие, как шелк, полотенца; льняные простыни прохладны и пахнут лавандой. Одного нажатия кнопки достаточно, чтобы прислуга доставила в номер любые яства.

— Где-нибудь на берегу Средиземного моря. Возле Рима или Неаполя. Или на Сицилии. Я недавно там побывала. На Сицилии великолепные пляжи — в Сиракузах, Таормине или Агридженто.[7]У меня там друзья. То есть были друзья… Поместье на острове! Вот чего я хочу. Это моя давняя мечта.

Поднявшись на ноги и набросив на плечи ослепительно белый халат, Сальма подошла к телефону.

— Джек? Это я. Мне нужно поместье на Сицилии. Примерно пятьдесят тысяч гектаров земли и большой дом. Подыщите какое-нибудь, заложенное за долги или выставленное на продажу… Жду вашего звонка.

Ожидая ответа, ларва мерила номер широкими шагами.

От шампанского у Селены слегка кружилась голова. Не без труда поднявшись, она подошла к столу и взяла канапе с черной икрой.

К действительности ее вернул голос Сальмы, говорившей по телефону.

— Да! На Сицилии? С видом на море? Отлично! Боюсь, что с этим поместьем может произойти нечто такое, что вынудит владельцев его продать… Что именно? Кажется, те места кишат саранчой. Ее нашествие весьма вероятно. Следите за событиями, и как только поместье выставят на продажу, немедленно покупайте. До свидания, Джек. Жду от вас новостей.

— Откуда ты знаешь, что это поместье будут продавать? — удивленно спросила Селена.

Открыв шкаф, ларва начала одеваться.

— Завтра утром саранча опустошит тамошние поля. Ни о каком урожае в этом году не будет и речи. Владельцам поместья придется его продать.

— Ты нашлешь на Сицилию саранчу?! — не веря своим ушам, пробормотала Селена.

— Да, — рассмеялась Сальма. — И ты мне в этом поможешь.

— Я?!

— Но ведь я приобретаю поместье для тебя! Придется и тебе поучаствовать.