Континент - Андрей Красников

Алеко ободряюще кивнул, продолжая молчать.

— Я — охотник. Так в Пустоши называют людей, которые занимаются исследованием опасных мест и поисками реликтов древней войны. В один не очень счастливый день меня занесло в отдаленные места, где я наткнулся на старый скелет. У скелета было вот это, — я протянул коменданту перстень.

Некоторое время тот изучал печатку, затем кивнул.

— Да, это один из фамильных перстней Хранителей. А нашли вы, похоже, Брейка Хранителя.

— Возможно, я так и не узнал его имени. Так вот, при нем также нашелся истлевший дневник, благодаря которому я узнал, откуда он и кто его родственники. К тому времени у меня образовались серьезные неприятности в Пустоши, поэтому я решил побыть некоторое время вдали от дома, а заодно и совершить благое дело — рассказать семье о судьбе пропавшего родственника.

Алеко понимающе хмыкнут.

— Боюсь, его брат не очень обрадуется. Да и сестры тоже. Все-таки столько лет прошло, все уже забылось… Но вы правы, их обязательно нужно поставить в известность.

Я отметил, что он ни словом не заикнулся о том, чтобы посмотреть дневник. Все же воспитание у них здесь находится на высшем уровне. Понимает, что первому найденную реликвию читать нужно брату — и не лезет.

Тем временем, комендант достал из стола внушительную грамоту и принялся быстро что-то на ней писать. Затем поставил размашистую подпись, капнул на лист черной смолой и отпечатал там свой перстень.

— Держите, — протянул он мне получившийся документ. — С этой бумагой вам везде помогут, так что до столицы доберетесь без проблем. А пока я рекомендую остаться у нас на ночь — до ближайшего города вы все равно сегодня не доедете, а места здесь суровые.

Следующим утром, переночевав в уютной гостевой комнате и получив от заботливого коменданта отличную меховую куртку в подарок, я выбрался за пределы крепости. Вьюга утихла, вокруг меня был лишь чистый морозный воздух и запорошенные снегом скалы. Изо рта при каждом вздохе вылетали облачка пара. Некоторое время я даже забавлялся, стараясь придать им какую-нибудь особенную форму. Но не преуспел в этом.

А затем дорога незаметно пошла под уклон и в один прекрасный момент мне открылась вся долина, в которой располагалось княжество. Я даже придержал лошадь, рассматривая открывшуюся картину.

Огромная каменная чаша неправильной формы, теряющаяся своими краями в голубой дали. Массивные горные вершины по ее краям, то здесь, то там величаво уходящие в небо. Ленивые облачка, кое-где проплывающие подо мной, немного заслоняя вид. И — зелень. Настоящее буйство зеленого цвета там, далеко внизу. Более темные пятна — леса и рощи, менее светлые и более яркие — поля и луга.

А посреди этого всего виднеются несколько городов, соединенных тонкими светлыми ниточками дорог и толстыми синими речками.

Одна из рек, изрядно петляя и проходя через ближайший ко мне город, игриво подбегала к краю чаши, теряясь там из вида. Наверное, это — именно та из-за которой жителей княжества в Империи и зовут засранцами.

Я улыбнулся и тронулся вперед. Пора посмотреть, что творится внутри этой страны.

Постепенно становилось все теплее. Изредка порывы ветра даже доносили из глубины долины приятные запахи цветущих растений, а городок, располагающийся неподалеку от подножья гор, уже не казался нарисованным, приобретая все более и более реальные черты.

Дождавшись, пока холод окончательно уйдет, я остановился. Нужно было в качестве предосторожности сделать одну вещь, а именно — удалить с меча клеймо мастера и герб. А то, чувствую, с местных аристократов станется отобрать свое фамильное имущество обратно.

Присев на камень, я положил меч на колени и достал нож. По идее, он должен резать и такой металл тоже… Возможно, конечно, возникнут вопросы по поводу недавних царапин, но доказать никто ничего не сможет.

Лезвие ножа аккуратно дотронулось до увитой золотыми прожилками черной поверхности… И меч, словно живой, дернулся и соскользнул у меня с колен.

— Ах ты ж…

— Ну и чем ты здесь занимаешься? — послышался рядом недовольный голос. Я вздрогнул, но, обернувшись, успокоился — ко мне опять пожаловал Эйя собственной персоной.

— Так что ты делаешь с мечом, позволь полюбопытствовать? — мрачно произнес демон, рассматривая нож в моих руках.

— Нужно срезать знак мастера и герб, — ткнул я пальцем в символы на лезвии.

Эйя подошел поближе и забрал у меня меч.

— И ты, конечно же, не нашел ничего лучше, чем тыкать в него другой магической безделушкой? — демон уставился на черное лезвие и знаки, выбитые на нем, исчезли, словно растворившись в металле.

— Держи. И думай иногда, прежде чем что-то сделать.

Демон исчез, а я, наплевав на его недовольство, спрятал меч в ножны и отправился дальше по дороге. Цель достигнута, герб сведен — а уж каким образом это сделано — неважно.

Через пару часов я наконец спустился с горы. И оказался в теплом и приветливом месте, заполненном жужжанием насекомых, пением птиц и журчанием речки, текущей неподалеку.

Впрочем, к местным речкам у меня теперь очень осторожное отношение.

До города было уже рукой подать — я спустя всего полчаса вступил на его улочки. И на некоторое время притормозил, рассматривая местную обстановку. Здесь все было не так, как в привычном мне мире. Даже мостовая — и та оказалась не серого или черного цвета, а бледно-желтого. Дома же отличались просто разительно. Никаких темных тонов, массивных каменных блоков — только легкая кладка, изящные формы и веселые цвета.

Рядом со мной остановился вальяжный стражник, как-то по-доброму улыбнулся и произнес:

— Первый раз в княжестве, уважаемый? Все в первый раз так смотрят.

Я кивнул.

— А зимой не холодно в таких домах? Они какие-то слишком легкие.

— Нет, — беззаботно махнул рукой страж. — У нас здесь несколько вулканов, то и дело гейзеры попадаются, земля теплая. Так что зимы здесь даже мягче, чем у вас там, в Империи.

— Понятно…

— Кстати, раз уж вы в первый раз здесь, не могу не посоветовать. Отложите на денек все ваши дела и съездите во-он к той горе, — он развернулся и указал пальцем в сторону невысокой, но очень острой вершины. — Около Иглы находится самое красивое поле гейзеров. Больше вы такого нигде в мире не увидите.

— Спасибо, — я невольно заинтересовался. В конце концов, время у меня есть, семья аристократа, подождав пару десятков лет, подождет и еще сутки — почему бы и не съездить.

Но сначала — гостиница и новая одежда. Я, посматривая по сторонам, понял, что выгляжу, мягко скажем, не так, как все. В принципе, в среде крестьян и мастеровых княжества я, наверное, не вызвал бы вопросов, но мне все-таки нужно будет отправляться на прием к местной знати.

Хозяин найденной гостиницы поразил меня в самое сердце названной ценой за проживание. Два золотых. Два, демоны их побери, золотых за один день в самом жалком номере. И этот гад только посмеялся, услышав попытки робко поторговаться. Я почувствовал, что поездка к гейзерам отменяется. У меня, конечно, еще есть деньги, но уж точно не столько, чтобы жить в княжестве хоть одни лишние сутки.